Золотой след (ЛП)

Лейн встал и вышел из его кабинета, но остановился и обернулся, когда мужчина окликнул его по имени.
— Если вам понадобятся рекомендации, вы можете направить своих потенциальных клиентов ко мне, — заявил мужчина.
— Буду признателен, — пробормотал Лейн и вышел из кабинета.
Затем из здания, уже подходил к «Субурбану», когда зазвонил его сотовый. Он вытащил телефон, посмотрел на дисплей, открыл и приложил к уху.
— Привет, сладкие щечки.
— Тебе нравится дуб?
Лэйн нажал на брелок, запищала сигнализация, замки щелкнули.
— Не понял, что?
— Дуб. Дерево. Обеденный стол, — объяснила она. — Видишь ли, мне не нравится дуб. Я имею в виду, это нормально, но предпочитаю орех или вишню. Из красного дерева тоже. Но мы с твоей мамой нашли потрясающий обеденный стол. Стулья со спинкой из перекладин. У стола одна красиво вырезанная, увесистая центральная нога с четырьмя когтистыми лапами, выходящими снизу. Потрясающе. Раздвижной, можно вместить десять человек. Можно втиснуть даже двенадцать. Идеальный обеденный стол на День благодарения.
К тому времени, как она закончила говорить, Лейн сел и закрыл дверь.
— Тебе он нравится, покупай.
— Ну, похоже он тебе не понравится. Я имею в виду, дуб… не уверена.
— Тебе нравится, покупай, — повторил Лейн.
— Лейн...
— Рок, меня действительно не волнует мебель. Если он будет стоять у меня, я буду им пользоваться. Мне все равно, как он выглядит и из чего сделан. Так что, если тебе нравится стол, покупай.
Она замолчала.
Поскольку она сохраняла молчание некоторое время, Лейн позвал:
— Рок?
— Тебе не все равно, — тихо произнесла она.
— Что?
— Тебе не может быть все равно, Лейн, и это нормально. Ты можешь быть крутым парнем, а также иметь свой стиль. Я имею в виду, ты очень хорошо одеваешься.
Лейн моргнул, уставившись на руль, повторив:
— Что?
Она тихо рассмеялась.
— Дорогой, все хорошо, даже если у тебя есть свой стиль. От этого ты не становишься менее мужественным.
Какого хрена?
— Э-э... Рокки, о чем, черт возьми, ты говоришь?
— Твоя одежда, мебель, Лейн, стильные, красивые. Ты хорошо смотришься в этой одежде, особенно когда одеваешься на выход. Определенно выглядишь очень сексуально. — Он понял, что она сказала это с улыбкой, но был слишком занят, сосредоточив свое внимание на напряженных мышцах шеи, поэтому не позволил ее улыбке проникнуть внутрь. — И у тебя просто фантастическая мебель. Никогда бы не подумала, что ты сможешь так оформить свой дом, Лейн, он выглядит великолепно. Я имею в виду, что он выглядит комфортно и в то же время по-мужски, но все равно привлекательно. Мне нравится, я бы ничего не изменила.
Дерьмо.
— Рок…
— Итак, малыш, поскольку ты знаешь в этом толк, вернее выступаешь крутым декоратором стиля, скажи мне, как ты относишься к дубовому обеденному столу?
— Рок…
— Или ты хочешь на него взглянуть сначала? Может нам, стоит заскочить в субботу.
Поход по магазинам.
О, черт.
Он сделал глубокий вдох, затем выдохнул и принял решение. И принял решение, потому что дерьмо уже произошло, и, если он не признается, она в конце концов все равно узнает. Это дерьмо найдет лазейку, чтобы выбраться на свет. Обычно такое происходило через Триппа.
— Не я покупал всю ту мебель, детка, — тихо признался он.
— Что?
— И большую часть своей одежды.
Последовала тишина:
— Извини?
— Мелоди покупала.
Он ждал. Она молчала.
Бл*дь.
— Рокки…
— Эм... мне пора.
— Рок... — он замолчал, потому что она положила трубку.
— Черт! — прошипел он, бросив телефон на пассажирское сиденье, завел двигатель и направился к ней домой.
Прошло полтора часа он стоял у нее на балконе, курил, наблюдая, как подъехала ее машина, остановилась рядом с его внедорожником. Она вышла из машины, подняла на него глаза. Затем опустила голову и пошла по тротуару.
Лейн подошел к маленькому черному кованому столику, она привезла его из Садового центра, затушил сигарету в пепельнице, которую она оставила специально для него.
Когда она вошла в дверь, он был уже в квартире.
 
— Рокки... — начал он.
Она не смотрела на него, снимая пальто, заявила:
— Мне нужно немного побыть одной.
Он скрестил руки на груди и тихо сказал:
— Детка, ты же знаешь, что это неправильно.
Она бросила пальто на табурет у бара и повернулась к нему.
— Почему я должна это знать?
— Мы уже обсуждали это, — напомнил он ей.
— Да, в твоей жизни были женщины, это мы обсуждали, — согласилась она. — Но ты не упомянул во время той дискуссии, что я сплю на ее постели.
Черт, он начинал злиться.
Но попытался взять себя в руки, ответив:
— Она выбирала, я платил, и я сплю на той кровати, и это моя кровать, Рок.
— Она спала на ней? — выстрелила в ответ Рокки.
— Не начинай это дерьмо, — ответил Лейн.
— Значит спала, — пробормотала Рокки, опустив голову и направляясь на кухню.
Он последовал за ней, но держался на расстоянии, остановившись по другую сторону барной стойки.
— Как я уже говорил некоторое время назад, свитчикс, я не находился в анабиозе восемнадцать лет.
Роки стояла у холодильника, вытащила свое шикарное пиво. Открыла ящик, достала открывалку, открыла крышку, бросила ее и открывалку на стойку и повернулась к нему, опершись талией о край стойки, подняла пиво и сделала глоток.
Она опустила руку, ее глаза встретились с его глазами, произнесла:
— Знаешь, я тут подумала.
Он знал одно, когда Роки начинала думать, как правило, заканчивалось все не очень хорошо.
— Рокки, не надо, — предупредил он.
— Вот о чем я подумала, что ты был тогда прав. Я играла с тобой.
Лейн молчал.
Рокки продолжила.
— Ты также был прав, что я не осознавала этого, но, как следует поразмыслив, вдруг поняла. Я играла с тобой.
— И к чему ты завела этот разговор? — спросил Лейн, хотя на самом деле не хотел этого знать.
— Итак, вчера я тебя спросила, если бы я тогда на диване Мерри сделала шаг, ты бы сделал ответный, ты сказал, что не знаешь. Что означает нет.
— Ты не можешь знать, что это означает. Я даже сам, бл*дь, не знаю, — ответил Лейн.
— Значит это «нет».
— Рокки, черт возьми.
— Потому что она была в твоей жизни.
Лейн покачал головой, едва сдерживая гнев и чувствуя, как терпение иссякает.
— Я и это объяснил, — напомнил он ей.
— Сколько она была в твоей жизни?
— Суть в том, свитчикс, что сейчас ее нет в моей жизни.
— Она думала по-другому, поражая тебя на свой манер.
— Скажи честно, ты именно об этом хочешь поразмыслить?
— Я складываю два и два, Лейн, — объявила она.
— У тебя, свитчикс, получится пять.
— Не правда.
— Детка, у тебя именно так.
— Ты бы так не поступил, — заявила она таким тоном, что он понял, черт возьми, что бы она ни имела в виду, это важно.
— Не поступил как?
— Не сделал бы.
— Не сделал что?
— Шаг ко мне.
Черт возьми!
— Рок…
— У тебя были Мелодии, Касси, я тебе была не нужна, ты бы не стал играть в эту игру. И подумав об этом, и вспомнив, как ты говорил со мной в то первое утро, когда я пришла к тебе домой, ты не собирался снова заводить со мной отношения.
Лейн стиснул зубы, и когда он выиграл битву за самоконтроль, напомнил ей:
— Рокки, ты была замужем и до сих пор еще замужем.
Она прищурилась, ответив:
— Ты знал, что у меня все кончено, когда мы сидели на диване у Мерри, ты знал, что мой брак уже в прошлом. Ты знал, что ничего хорошего там не было. Но ты все равно ушел от меня.
— Но теперь я стою здесь перед тобой, так какая, бл*дь, разница?
— Я должна была сделать первой шаг.
Вот тогда-то он и потерял самообладание.
 
— Да, Рокки, потому что, свитчикс, ты сама бросила меня. Я не собирался ничего начинать, если бы не был уверен, что в этот раз будет другой конец.