Золотой след (ЛП)

Лейн начал смеяться, глаза Рок сфокусировались на нем, затем ее лицо покраснело.
— Я не имею в виду интимные...
— Детка, — произнес Лейн сквозь смех, — Трипп мой сын, и даже если он не был бы им по крови, он все равно мой сын. Вот и все.
— Он — твой сын, Лейн, я это знаю.
— Да, я тоже.
— Пап! — крикнул Трипп снизу. — Мне нужен твой бумажник!
— Мой в моей сумочке на прилавке на кухне, Трипп! — крикнула в ответ Рокки.
— Если ты возьмешь бумажник Рокки, Трипп, то будешь наказан на месяц. Иди сюда и возьми мой, — крикнул Лейн вслед за Рокки.
Ее глаза метнулись к нему.
— Я могу заплатить за ужин, Лейн.
— Я знаю, что ты можешь, просто не будешь.
— Лейн.
— Рокки.
— Лейн.
— Рок.
Их глазелки были прерваны появлением Триппа, который вошел в спальню, чтобы забрать бумажник Лейна, когда Трипп вышел, его глаза вернулись к Рокки, которая смотрела на него свирепо.
— Закрой дверь, приятель, — крикнул Лейн, не сводя глаз с Рокки.
— Хорошо, — пробормотал Трипп, и Лейн услышал, как дверь хлопнула.
Затем Лейн выбрал второй вариант, чтобы закончить пристальный взгляд. Он перевернул ее на спину и поцеловал, а когда закончил, уткнулся лицом ей в шею.
— Люблю тебя, детка, — прошептал он ей в кожу, его руки скользнули вверх по ее бокам.
— Я тоже люблю тебя, Лейн, — прошептала она в ответ и крепко обняла его.
Затем руки Лейна обвились вокруг нее, его лицо вжималось ей в шею, он развернул их вместе и выдохнул, дыхание, которое, казалось, он сдерживал десятилетиями.
И, лежа в его постели, в его объятиях, она крепко обнимала его, и ей было приятно наконец-то сделать вдох.
26
Так суждено
Лейн вышел из своей комнаты, прошел через тренажерный зал, обогнул лестницу и остановился как вкопанный, посмотрев вниз, увидел Веру и Дэвина, сидящих вместе на третьей ступеньки от верха.
Вера почувствовала его присутствие, повернула голову, задрав кверху, и приложила палец к губам.
— У тебя есть ее фотографии? — Услышал Лейн вопрос Триппа снизу, и все внимание Лейна переключилось на разговор внизу, он стал прислушиваться.
— Да, Трипп, — ответила Рокки.
Было воскресное утро, после блинчиков Веры, телевизор еще не включали. Лейн был не уверен, но предположил, что Трипп и Рокки расположились на колоссальном, мягком секционном, угловом диване, который становился квадратным плацдармом в разложенном виде, наполовину кроватью, наполовину диваном, был очень удобным, и теперь стоял в углу у переднего окна, занимая почти все свободное пространство.
— Она была хорошенькая, как ты? — спросил Трипп, Лейн сделал глубокий вдох, и мышцы у него на шеи напряглись.
Трипп спрашивал ее о матери.
Дэвин тоже повернул голову к Лейну и отрицательно качнул головой.
— Нет, — ответила Рокки. — Она была прекрасной.
— Ну, — вставил Джаспер, — как ты.
Лейн закрыл глаза, и его рука потянулась к верхней части столба лестницы, пальцы схватились за него.
— Это мило, Джас, с твоей стороны, — тихо произнесла Рокки.
— Да, я милый, Кира так говорит, — высокомерно ответил Джаспер, и Лейн открыл глаза и улыбнулся.
— Ты такой сладкий, — со смехом вставил Трипп.
— Смотри и учись, Трипп-о-матик, и ты серьезно подцепишь Жизель, — заметил Джаспер.
— Жизель и так уже подцеплена, чувак, она полностью зацепилась за меня, — ответил Трипп.
— Потому, что ты тоже милый, — произнесла Рокки.
— Да? — спросил Трипп таким тоном, словно утвердительный ответ означал для него все на свете.
— Ага, — тихо ответила Рокки, этим мягким словом, подарив его сыну весь мир.
Наступила тишина, затем Трипп заметил:
— Мне четырнадцать.
— Я знаю, Трипп, — ответила Рокки.
— В следующем месяце исполнится пятнадцать, — заявил он.
— Да? Что ты хочешь на свой день рождения? — спросила Рокки.
— Торт «Млечный путь», — ответил Трипп.
— Это можно устроить, — заявила Рокки.
— Тебе тоже было четырнадцать, — заметил Трипп, и Лейн заметил, как рука Веры взметнулась и схватила Девина за колено, она поняла, что Трипп имел в виду, они все поняли.
 
Тело Лейна напряглось, готовое спуститься по лестнице, если все пойдет не в ту сторону.
— Прости, милый? — спросила Рокки.
— Когда это случилось… эм, с твоей мамой, — ответил Трипп.
— Трипп, — тихо произнес Джаспер, предупреждая.
— Все нормально, — прошептала Рокки. — Да, Трипп, мне было тогда четырнадцать.
— Папу ранили, — объявил Трипп, и Лейн сделал нескольлко шагов, но Девин снова ему отрицательно покачал головой, обняв за плечи Веру.
— Я знаю, — тихо произнесла Рокки.
— Итак, эм… Я просто хочу, чтобы ты знала, э-э… ну, хотя это было не то же самое, но… Я понимаю, — заявил Трипп, и Лейн, спустившийся на две ступеньки, присел на лестничную площадку, в основном потому, черт возьми, его ноги больше не могли его держать.
— Думаю, понимаешь, — ответила Рокки.
— Хотя и не то же самое, — сказал Трипп то, что она уже знала.
— Да, это не значит, что все было хорошо, — ответила Рокки. — Я была там и видела, как вы переживали. Знаю, каково это. Моего отца тогда тоже ранили.
— Ты была в больнице у папы? — спросил Джаспер. — Ты была в больнице, когда в папу стреляли?
— Вы меня не видели, но, да, я была у него в больнице.
— Вау, совершенно это пропустил, — пробормотал Трипп.
— Папа говорит то, что в него стреляли, подтолкнуло тебя прийти к нему, — заметил Джаспер.
— Да, Джас, — подтвердила Рокки, Лейн мог сказать, что она улыбалась, — это меня подтолкнуло.
— Потому что ты была влюблена в него, хотя вы, ребята, расстались давно, — заявил Джаспер.
— Да, Джас, он мне очень нравился, — подтвердила Рокки.
— Все эти годы, верно? — спросил Джаспер.
— Ты думаешь, что это странно, да? — спросила Рокки.
— Нет, это круто. Я парень, но девочки говорят, что папа горячий, — ответил Джаспер. — Понимаю, что это заставило бы тебя остаться с ним.
— Да, твой отец очень горячий, и это одна из причин, почему я осталась с ним, — теперь Рокки звучала так, будто пыталась не рассмеяться. — Хотя, к твоему сведению, Джас, ты похож на своего отца, очень красивый, но не только по этой причине ты нравишься Кире.
— Не только? — спросил Трипп.
— Нет, — ответила Рок.
— Тогда почему же он ей нравится? — спросил Трипп.
— Мы уже говорили об этом, — ответила Рокки, — потому что он милый.
— Нет, ей нравятся мои шесть кубиков пресса, — сообщил им Джаспер, Лейн поджал губы, заметив, как спина его матери выпрямилась, а спина Девина затряслась от беззвучного смеха.
— Джаспер Лейн, я не хочу думать о том, откуда Кира Уинтерс узнала, что у тебя шесть кубиков пресса, — строго заявила Рокки.
Джаспер, всегда быстрый во всем, ответил:
— Она видела меня на вечеринке у бассейна прошлым летом.
Это вранье. Насколько Лейн знал, прошлым летом Джаспер не был на вечеринке у бассейна.
— Надеюсь, что так, — пробормотала Рокки.
— Чего я не понимаю, — начал Трипп, явно помогая брату сменить тему, — дерьмо случается по какой-то причине.
— Прости? — спросила Рокки.
— Ну, у вас с папой было что-то, и у него, типа, есть твои фотографии. Он показывал нам как-то. И, знаешь, это вроде как должно было случиться, понимаешь? — сказал Трипп.
— Ну…, — нерешительно ответила Рокки.
— Я хочу сказать, когда папу подстрелили, и это тебя подтолкнуло к нему, так это произошло не просто так. Это нехорошо, конечно, что папу ранили, а ты попала в такую ситуацию и все такое, но, поскольку вы, ребята, должны были быть вместе, что-то должно было произойти, чтобы вы, ребята, снова сошлись, я считаю, что это должно было быть чем-то серьезным и большим, — объяснил Трипп.
 
Лейн почувствовал, как у него обожгло грудь, и заметил, что голова матери упала на плечо Дэвина, но он не зациклился на этом, продолжая слушать своего сына и свою женщину.