Золотой след (ЛП)

— Итак, как Вай относится к помолвке? — спросил ее Лейн.
— Она чувствует себя старой, — ответила Рокки, Лейн ухмыльнулся и посмотрел на Вай, которая в этот момент стояла рядом с Кэлом у барбекю, Сэм был с бабушкой Киры, Беа. Кэл обнял Вай за плечи и прижал к своей груди, опустив голову и приблизив свое лицо к ее лицу. Вай выглядела такой взбешенной, Лейн понял, что она не хотела этого, и понял он это, потому что Кэл довольно ухмылялся. Вай не выглядела старой. Она выглядела загорелой, здоровой и полной сил.
Лейн сделал глоток пива, его глаза перешли на Колта и Феб, так же как он с Рок, развалившихся на траве. Анджела ползала по Колту, Джек пытался ее догнать, двигаясь за ней, Феб прижималась к своему мужчине, обнимая его. Колт ухмылялся, глядя сверху вниз на Анджелу и Джека. Феб не улыбалась. Лоб Феб был прижат к шее Колта и у нее был отсутствующий взгляд, ее лицо выглядело, по-другому не скажешь, умиротворенным.
Глаза Лейна продолжали сканировать собравшихся, и он увидел Лекси со своим последним парнем. Сет уехал в штат Болл, а Алексис двинулась дальше, «потом опять пошла дальше», по словам Рокки, Киры, Жизель и Лиссы, которые внимательно следили за активной личной жизнью Алексис. Теперь она встречалась с другом Триппа Шейном, и она была поражена, потому что Шейн был крутым. Она наконец-то встретила такого же соперника в играх, но Лекси боролась за победу. Трипп сказал, что Шейн влюблен в нее, и ей не придется слишком долго бороться за победу. Шейн просто не хотел быть еще одной зазубриной на кровати Лекси, он собирался сделать все по своим правилам.
Его глаза продолжали сканировать, и он увидел Лиссу и Райкера, которые после случившегося, каким-то образом осели в их компании, и занялись тем, чтобы закрепиться в ней навсегда. Сразу, как все закончилось, Райкер переехал к Лиссе и ее дочери. Вскоре Райкер также официально удочерил Алексис. Поэтому жизнь Райкера превратилась в сущий ад, он стал «молодым» отцом спитфайр, постоянно жаловался на это, но Лейн знал, что это было для отвода глаз. И по жалобам Райкера, Лейн понимал, что тому нравится каждая минута в его новой семье.
Райкер все еще иногда сотрудничал с Лейном, когда Лейн нуждался в нем, но большую часть времени, потому что Райкеру было скучно и ему нужно было чем-то заняться. Все остальное время Райкер был просто Райкером. Лейн давно искал что-то на Райкера и обнаружил, что Райкер был освобожден условно-досрочно через два года после того, как его посадили за крупную кражу автомобилей. После освобождения он был чист, никуда не ввязывался, и Лейн понятия не имел, чем он занимался и зарабатывал на жизнь, чтобы его «Харлей» был заправлен, а его женщина и дочь были счастливы. За исключением того факта, что он, не скрывая зарабатывал, продавая информацию, информация стоила недешево. У Лейна с этим тоже не было проблем, так как часто в работе Лейну требовалась информация, и Райкер делал ему скидку.
Его взгляд продолжал передвигаться дальше, и он увидел Девина, болтающего с отцом Феб, Джеком и Морри, Вера неподалеку болтала с матерью Феб Джеки. Дэвин и Вера официально объявили о своих отношениях, и шесть месяцев назад на небольшой частной церемонии, Лейн стоял рядом с Дэвином, тетя Фло рядом с Верой и единственной заполненной скамьей, на которой сидела Рокки с новорожденной Сиси на руках, Джаспером и Триппом, они дали друг другу клятвы. Лейн больше не сомневался, что он чувствует по этому поводу. У Веры была своя жизнь, ей нравилось жить так, как она жила, и она позволяла Дэву иметь свой путь. И Дэв шел своим путем без головной боли и постоянного нытья, требующих объяснений, с хорошей едой вечерами и женщиной, которая мирилась с его плохим настроением и чаще всего отдавала ему свою благодарность и привязанность, что получала взамен. Поэтому для Дэвина все сложилось как лучше, чего раньше у него никогда не было, так же намного лучше сложилось и для матери Лейна. Они были счастливы — Дев, ворчливо, Вера безумно. И Лейна это вполне устраивало.
Он почувствовал, как рука Рокки оторвалась от его пресса, опустил глаза, видя, как она сделала глоток пива, слушая постоянную болтоню Киры. Она оторвала горлышко бутылки от губ и улыбнулась Кире, затем тихо рассмеялась, а Кира продолжала говорить.
 
Именно тогда до Лейна дошло, что сейчас светит солнце, пиво холодное, вокруг находились его друзья и семья на заднем дворе Вай, который был прекрасен, сыновья Лейна были рядом, его дочь счастливо смеялась со старшим братом, а его женщина прижималась к нему, тихо смеясь.
Все.
Он лежал на траве со своими сыновьями, своей дочкой и своей женщиной, ничего не делая.
Что означало все.
Лейн почувствовал, как этот золотой след заскользил внутри него.
От золотого следа он перестал терять самообладание. След уже был не таким сильным, но в этом и не было необходимости. Он проходил через него часто, каждый день, иногда по нескольку раз. Он научился наслаждаться им, не принимать как должное, даже обычное.
Нет, особенно обычное.
Поэтому, решив ничего не принимать на веру, его глаза были прикованы к профилю Ракель, он приподнялся, она повернула голову к нему, он придвинулся, обнял ее за талию, притянув к своей груди.
— Лейн... — начала она, но он опустил голову и поцеловал жену.
Крепко.
Он пробовал ее на вкус, вдыхал ее запах, чувствовал, как ее мягкое тело прижимается к нему, и ему все это нравилось.
И услышал он хихиканье своей дочери.
И оно ему тоже нравилось.
* * *
Лейн положил спящую Сесилию на живот в ее кроватку в бывшей комнате Триппа.
Он натянул ей одеяло на плечи и на секунду положил руку на ягодицы, убедившись, что ей комфортно. Затем вышел из комнаты, не обращая внимания на излишние украшения ее спальни в розовых, пурпурных тонах и падающие звезды. Его жена умела ходить по магазинам, и она была безумно взволнована, когда была еще беременной, Лейн уже знал тогда, что у него родится дочь, потому что Док сообщил ему об этом, но Рокки, что необычно для будущих мам, не хотела знать пол ребенка, пока не наступит день родов. С момента ее рождения Лейн был не уверен, что его дочь дважды носила одну одежду, но он редко заходил в комнату Сиси, а когда заходил, то обязательно обращал внимание на какое-нибудь новое украшение или игрушки. Вера посоветовала ему обуздать склонность Рокки безумно баловать дочь. Его мать советовала, но Лейн не собирался следовать ее совету. Лейн намеревался позволить Рокки быть такой матерью, какой она хотела, и по прошествии нескольких месяцев он понял, что это было правильное решение. Главным образом потому, что Рокки была Рокки, а также потому, что у нее было два хороших учителя.
Он услышал голоса семьи, спускаясь вниз, но остановился, когда зазвонил его телефон. Он вытащил мобильный, взглянул на экран, открыл и приложил к уху.
— В чем дело, Салли? — поздоровался Лейн.
— Есть новости, Таннер, — ответил Салли, новости могли означать что угодно.
С тех пор как все произошло, нагрузка на работе на Лейна не уменьшилась. Теперь, когда его мать вела его бухгалтерию и у него появилась секретарша, нагрузка на него удвоилась. Поэтому комната его дочери заполнялась всяким девчачьим дерьмом, шкаф его жены был заполнен облегающими платьями, с его кредитной карты оплачивались счета за дорогие ужины, где он мог поесть, сидя напротив своей жены, пока она была одета в облегающие платья, у его младшего сына был «Камаро», а у его семьи был бассейн.
Поэтому, учитывая большую загруженность делами, которая часто включала работу с полицией Бурга, новости Салли могли означать что угодно.
 
— Что? — спросил Лейн.
— Харрисон Ратлидж умер, чувак. Это случилось вчера. Заточка в яремную вену. Он истек кровью до того, как охранники прибыли к нему.
Что ж, это заняло больше времени, чем он ожидал.
— Мир от этого не обеднеет, — пробормотал Лейн.
— Да, — согласился Салли. — Но я подумал, что ты захочешь знать.