Сто двадцать ударов в минуту (СИ)
Она выглядела такой уютной, с пушистой косой на плече, босая, ненакрашенная, что Борис испытал жгучее желание сжать ее в объятиях, клюнуть поцелуем в висок, потом вместе уснуть...
"Бред! — фыркнул Борис, мотая головой. Если бы он хотел отношения со всякими слюняво-бытовыми мелочами, давно бы завел. А Александра ему тем и нравилась, что не запустит руку в карман, и паспорт штампом не замарает. — Просто заездила меня, и мозг вместе со спермой вышел!"
— Ужинать будешь? — запросто спросила она. В ее голосе опять зазвенели льдинки.
Вряд ли Саша хотела разделить с ним трапезу. Скорее ее предложение было из вежливости, чем из желания продлить встречу.
— Спасибо, я пойду.
Александра пожала плечами, а Борис не знал, хочет ли он, чтобы она уговорила его. Наверное, всё же нет. Хотя, кто знает...
В глубоком молчании он оделся, вышел в коридор, равнодушно отметив, что Саша вышла его проводить.
— Созвонимся.
— Созвонимся, — кивнул Борис, оставив на ее губах лёгкий поцелуй. Александра не отстранилась, и даже ответила. Так же легко и незаметно, но ответила. Приободренный Борис секунду смотрел ей в глаза. Распутные, бесстыжие, чарующие. А затем выпалил прежде, чем успел подумать, — Давай всё же сходим куда-нибудь?
Александра вскинула брови, но сразу же черты её лица смягчились, хоть на губах и светилась надменная улыбка.
— А давай. Надеюсь ты меня удивишь.
Глава 10
Изначально надменная просьба Саши удивить не показалась сложной. Выбрать какой-нибудь хороший ресторан легко при свободном доступе к интернету. Однако чем дольше Борис просматривал фотографии разнообразных интерьеров, тем меньше ему нравилась эта идея. Что удивительного в живой музыке, избытке декора или горячих тарелках? Вряд ли такую женщину, как Александра ошеломят вышколенные официанты и накрахмаленные салфетки.
— Черти из «Айсберга» договора прислали, — прогрохотал Руслан, по обыкновению ворвавшись в кабинет.
Он шлёпнул папкой об стол и плюхнулся на стул. Борис нехотя свернул браузер с десятками вкладок ресторанов. Подтянув папку к себе, пробежался глазами по документам.
— Рус, ты же у нас ловелас?
— Герой-любовник, русский Казанова и все такое, — имитируя Бивиса и Баттхеда прогнусавил Руслан.
— Куда ты баб на свидания водишь?
На минуту задумавшись, Руслан пожал плечами.
— Да я особо не вожу. Снял и понеслось.
Мрачно угукнув, Борис перешёл к обсуждению работы.
Конечно, Руслан ему был не советчик. Они оба из плеяды закостенелых циников, воплотивших набившую оскомину теорию стакана воды в жизнь. Никаких дуэлей за сердце прекрасной дамы, воздыханий над ее портретом, долгих ухаживаний в надежде, что однажды она согласится подарить одинокому холостяку ночь любви. Ничего такого нет. Хотя бы потому что эта самая ночь любви с любовью никак не связана. Не согласилась одна, согласится другая. Их не надо удивлять. Они ждут не этого.
А Саша... Александра ужасна тем, что не ждёт ничего. Она просто получает удовольствие, и ее согласие на свидание, словно милость оказанная Таларски за замечательный вечер. Ее бесстыдство возмутительно, а мораль лежит далеко за рамками привычного понимания. Но вместе с тем, Александра восхитительна естественностью. Она не стреляет игриво глазами, не изображает актрису порно, имитируя оргазм и не превращается после секса в заботливую хозяюшку...
Борис мотнул головой, попросил по селектору кофе. Вряд ли фраза "удиви меня" хоть что-то значила. Не стоило тратить время на поиски экзотики для той, кому это совсем не нужно. Забронировать столик в ближайшем ресторане — более чем достаточно.
Борис набрал знакомый номер, но на первом же гудке передумал. Сам не понял почему. Странное чувство стыда проехалось по сердцу. Вместо того, что бы немного напрячь мозг и придумать что-нибудь потрясающее, заказывать столик казалось до пошлости банальный. Как будто приведи Борис Александру туда, и она сразу поймет какой он приземленный сухарь и лодырь. Так глупо! Не солидно человеку его возраста и уровня растекаться розовыми соплями и терзать себя подобными переживаниями.
Крепко выругавшись, Борис снова сел за монитор. Можно было бы предположить, что на него снизошло озарение, что в абсолютно прагматичном сознании родилась потрясающая идея, достойная экранизации в оскароносном фильме, но нет. Фантазии Таларски хватило лишь на бронь лоджии в театре. На спектакль, который его мало интересовал, и единственный плюс которого, по мнению Бориса, заключался в том, что премьера должна была состояться в среду. День недели и полупустой зал его не смутили. Он мог думать только о Саше, и тех лишних часах, что проведет с ней. Ещё о вине — они выпьют его после, сидя в его гостиной, за осуждением кривляний неизвестных ему актеров.
Отправив Саше сухое «Послезавтра за тобой заеду», Борис отправился на очередную встречу.
***
Вадим листал блокнот с эскизами, восхищённо охая над каждым листом.
— Шурка, ты гений! Талантище!
Скрывая улыбку, Саша отвернулась к кулеру. Похвала брата приятно щекотала самолюбие. Заслуженная похвала. За несколько дней Александра превзошла сама себя. Вдохновение захлестнуло ее утром в субботу и крепко держало все выходные. Она рисовала, как обезумевшая, стараясь запечатлеть на бумаге образы, потоками льющиеся в голове.
— Да, я словила волну, — нажимая стаканчиком рычажок, ответила Саша. — Отметим?
— Конечно! Придёшь к нам?
Александра медленно пила воду, подбирая слова для отказа. Праздновать окончание отрисовки в компании невестки не хотелось катастрофически. Нет, Елена была хорошей женщиной. В какой-то мере даже милой. Хорошо готовила, вышивала, любила Вадима, хохотушка и хозяюшка. Но почему-то эти посиделки напоминали ей о родительском доме. Глядя на Елену и Вадима, Саша мысленно возвращалась в барочную столовую, где она ужинала с родителями и братьями.
— Может, лучше сходим куда-нибудь в другое место? — робко предложила она, когда вода в стаканчике кончилась.
Вадим оторвался от блокнота, и грустно посмотрел на сестру.
— Шур, что ты начинаешь? Я думал, мы посидим семьёй, как нормальные люди...
— Обязательно посидим!.. — перебила Саша. — Только давай в другой раз?
Вадим удручённо покачал головой. Он больше не сиял восторгом, и просматривал эскизы словно нехотя.
— Хорошие работы...
— Не заставляй меня чувствовать себя виноватой, — огрызнулась Саша.
— Я не заставляю. — Вадим отложил блокнот. — Если хочешь, можем сходить куда-нибудь в другое место.
Александра кивнула. Хотя праздновать ей уже не расхотелось. Пытаясь избавиться от неприятного осадка, Саша подошла к стойке с образцами. Она ещё не видела эти комплекты вживую, и очень надеялась, что это поможет ей отвлечься.
Александра спиной чувствовала тяжёлый взгляд брата. Вот если бы с ним можно было договориться как с Борисом: только работа, пьянки и без всяких посиделок под "мамканье" племянников, с домашними пельменями и просмотром фотографий. Может быть, если бы Елена не была такой картинно-идеальной, и похожей на их мать, общение с ней было бы гораздо приятнее. Но Елена не курит, и не разрешает курить за столом. Не пьет, не нюхает и не посещает мужской стриптиз. Зато она читает всякий бред вроде «Коса — антенна с космосом», «Мужнина жена» и тому подобный шлак, внушающий женщинам мысль, что они могут контролировать всё творящееся в их жизни дерьмо с помощью заговоров над чашкой и отрицанием трусов.
— Вадь, а что у вас на ужин? — Саша обернулась к нему, и увидев в глазах брата надежду, скрепя душой выдавила: — Так хочется поесть той штуки из картошки.
— Будет сделано, Шура! Любой каприз! — расцвёл Вадим. — Я сейчас ей позвоню.
Александра слабо улыбнулась. Конечно, она не выносила общество невестки и душность семейного ужина. Но что не сделаешь ради брата? И вкусных гнезд из картофеля с телятиной, конечно.