Рай: с небес на землю (СИ)

В конце дня мы прошлись по полю и собрали самые ценные ресурсы, что могли унести, разделав туши ос и зверей: кожу, когти, клыки и неповрежденные жала. Виллим подивился, узнав, что я просто продаю все собранные ресурсы по дешевке местному торговцу. Он-то забивал всеми своими трофеями хранилище в надежде использовать их потом для пошива лучшей брони. А мне было лень этим заниматься. Деньги я умела считать и понимала, как они работают, а разбираться со всеми этими материалами и драгоценностями у меня не было никакого желания.
Вновь проводив меня до деревни, Виллим поинтересовался, не составлю ли я ему компанию и завтра, но я была вынуждена отказать. Легкое недоумение появилось на его лице, и он, развернувшись, хотел пойти прочь, но я объяснила, что завтра мне нужно навестить своего мастера в Глудине, а потом, через день-другой, я с радостью поохочусь с ним опять. Виллим тут же воспрянул духом и улыбнулся, заверив меня, что намерен тренироваться на Пасеке еще около недели и что я всегда найду его там.
Мы обменялись прощальными любезностями, и он направился в сторону города, а я пошла домой, думая, как бы избежать обильного ужина, приготовленного Сонин.
В итоге ужина мне избежать не удалось, зато, хорошо это или плохо, но я заметила, что думаю теперь не только о профессии…
…Мне пришлось задержаться в городе чуть дольше, чем я планировала. Мы с Сионэ изучали очень сложное умение — прыжок через пространство. Она также долго испытывала меня. И то, что я обычно принимаю с радостью и хочу делать еще и еще, на этот раз показалось мне нескончаемой пыткой. Я словно бы знала, что мне надо вернуться как можно скорее, если я хочу еще раз увидеть мага.
Так и случилось. Когда вечером третьего дня я прибыла во Флоран с намерением с утра отправиться на Пасеку, у дома меня встретил сам Виллим. Было видно, что он ждет уже долго. Он сидел у домика на земле и крутил в руках свою магическую палку. Как только я приблизилась, он вскочил, явно обрадованный тем, что я наконец объявилась.
Он сказал, что ждал меня и вчера, и сегодня весь день, и, если бы я не вернулась и сейчас, мы бы, скорее всего, никогда уже не увиделись. На все мои вопросы он согласился ответить в месте поспокойнее, и мы прогулялись до реки, где у пристани мерно покачивались на волнах рыбацкие лодочки.
Сидя на деревянных мостках, мы вели беседу при свете двух лун, и Виллим показался мне тогда таким же несчастным и уязвимым, как и я сама. Он был в этот день особенно любезен со мной, несколько раз словно бы хотел взять меня за руку, но я видела, что смущение не позволяло ему даже нечаянно дотронуться до меня.
Виллим рассказал, что никогда не знал родителей: они умерли во время какого-то бунта на севере, когда он был еще малым ребенком, и его брат Томаш, который был старше его почти на два десятка лет, взял на себя полную заботу о братишке. Он усердно работал и днем, и ночью где приходилось, пока какой-то чародей с юга не разглядел в нем талант и не взял к себе в обучение. С тех пор они жили в Гиране и Дионе, и когда Виллиму исполнилось пятнадцать и его брат заметил у него магические способности, он тут же направил его учиться в небольшую магическую гильдию в Дионе, подальше от крупных городов.
Виллим начал усердно тренироваться в надежде стать таким же сильным магом, как его брат. Но когда позавчера утром брат явился навестить его после трехмесячной разлуки, он заявил, что у Виллима имеются задатки некроманта — колдуна, способного общаться с душами умерших и даже прибегать к их помощи (я, получается, тоже слегка некромант), поэтому он тут же отбыл по срочному делу и через день вернулся с заявлением, что нашел Виллиму подходящего учителя где-то под Гираном. Виллим сперва принял эту новость недовольно, ведь он готовился стать огненным магом, но Томаш заверил брата, что после обучения тот станет даже сильнее его самого, после чего Виллим посмотрел на столь резкое изменение его судьбы более благосклонно и теперь с радостью ждет, когда брат приедет забрать его.
 
А еще он сказал, что единственное, что ему жаль, — это расставаться со мной после столь непродолжительного знакомства. И после небольшой паузы он спросил, а хотела бы я продолжить общаться с ним. Он спросил меня прямо и открыто, есть ли у него хоть какой-то шанс получить мои симпатии. Меня этот вопрос смутил. Но я призналась магу, что последние дни только о нем и думала, и сказала, что мне очень жаль, что нам приходится так скоро проститься.
Тогда Виллим пообещал, что ровно через год, в этот же самый день, он будет ждать меня здесь, на этом мосту, и если мои намерения за это время не изменятся, то он будет безмерно рад видеть меня. Как приятно мне было от этих его слов… Хотя в глубине души я не верила, что он сам через год все еще будет помнить обо мне — той, с которой он всего два раза виделся в своей жизни… Мы ведь так непохожи.
Я сказала, что к тому времени и я сама надеюсь получить свою основную профессию, и тогда мы снова сможем выбраться на Пасеку и сравнить наши возможности. Виллиму эта идея очень понравилась, и мы, посидев в тишине еще полчаса, расстались до следующего лета.
Год 1924, араташ
Вот и осень в самом разгаре. Вернее, в Грасии осень, а здесь, во Флоране, вечное лето. Совсем немного начало холодать, и днем, конечно, нет уже такого зноя, но, по мне, это даже здорово: жить стало гораздо легче, вот только дожди участились. Урожай поспел, и полным ходом теперь ведутся сельскохозяйственные работы, после которых, мне обещали, в деревне устроят грандиозный праздник в честь Мафр — богини земледелия. Все это время — с тех пор, как Виллим уехал, — я только и делала, что тренировалась, и дни мои были похожи один на другой. Недавно мастер Сионэ вызывала меня к себе и, оценив мою подготовку, осталась весьма довольна. Я попросилась у нее на задание — любое, чтобы просто сменить обстановку, но она заметила, что работы для меня пока нет, но сказала, что раз уж я разместилась во Флоране, то мне следует продемонстрировать свои навыки мастеру Ринди из Диона, ведь именно у нее мне вскоре предстоит проходить экзамен на получение профессии. А когда я стану стрелком, множество сложных миссий ждут меня, а может быть, мне даже удастся подыскать себе место в регулярном отряде камаэлей либо людей. Так что я направляюсь в Дион…
…Что сказать… Дион — грязный, маленький, неприветливый городишко. Камаэлей здесь совсем не жалуют и вытеснили практически за ворота, где те разбили лагерь из нескольких палаток, из которых почти половина пустуют. Новобранцев здесь мало. Мастер Ринди — суровая, строгая женщина, занимающаяся оценкой боевых навыков новоиспеченных воинов. Я сказала ей, что остановилась во Флоране, но мастер Ринди потребовала, чтобы я находилась под ее неусыпным контролем все время обучения. Так что мне пришлось еще раз прогуляться до Флорана. Я собрала вещи, простилась с Бардером, Сонин, Пано, капитаном, знакомыми рыбаками и фермерами, пообещала в конце будущей недели заглянуть к ним на фестиваль и к вечеру уже снова была в Дионе. С немногочисленными вещами, которые все уместились в мой самодельный рюкзак, около часа назад я добрела до города и разместилась в предоставленной мне походной палатке.
…Сказать, что учиться у мастера Ринди весьма сложно, — это не сказать и половины правды. Она не дает права на ошибку, заставляет повторять по сто раз любой трюк, который один раз лишь немного не удался, и, кажется, не спит и не ест, а только учит и учит, следит и отчитывает. То, что Сионэ оценила как хорошую подготовку, мастер Ринди восприняла как едва удовлетворительную, и с первого же дня в Дионе она составила для меня пошаговую схему тренировок на месяц вперед. Моя скорость бега и стрельбы ей кажется недостаточной, темная вспышка — слабой. Так что я ежедневно оттачиваю навыки ускорения и уклонения.