Дорасти до неба (СИ)
Поздняя осень — самый сезон для тайных операций. Снега еще нет, но грязь к ночи замерзает, и следов на ней не остается. Небо плотно затянуто тучами, и темнота стоит такая, что протянутую руку удастся разглядеть лишь с трудом. Вот и я, как тень, прошлась по частному сектору. Бесшумно, незаметно. Вообще-то, я никогда специально не училась бесшумно двигаться. Но сейчас очень старалась. Старалась оставаться невидимой и неслышимой, сливаться с тенями, избегать чужих взглядов. И ведь получалось! Даже ни одна собака не взлаяла, чего я, признаться опасалась больше всего.
А вот дом, где держали Ромку был весь в иллюминации, и моя черная одежда ни от кого меня здесь не скроет. Ну что ж, пришла — надо сделать дело. Я сотворила поисковик. Теперь это получалось уже пусть не легко и быстро, но, все же, намного легче, чем прежде. Секунд десять усилий, и передо мной возник сгусток энергии с указывающей на дом иголкой. Хорошо, значит, кузнец все еще здесь, и он все еще жив.
Было немного не по себе. Да что там — надо признаться: я откровенно трусила. Не того, что надо идти и сражаться, а того, что я, по сути, совершенно не знаю, с чем и с кем мне придется столкнуться там, внутри. Но страх страхом, а действовать я начала. Не выходя из плотной тени окружающих построек, накинула на себя "каменную кожу", осмотрела через встроенный в бинокль тепловизор двор дома. Никого. Я, конечно, удивилась, но ненадолго. Значит, вся охрана внутри, значит, там будет основное мочилово.
На нужной стороне забора я углядела видеокамеру. Ничего особенного, совершенно обычная. Я взвела арбалет и прицелилась. Сейчас я вышибу камеру, а после этого нужно будет все делать очень, очень быстро. Я усилием воли выгнала из головы все посторонние мысли, словно перед ответственным боем, выдохнула, задержала дыхание и спустила тетиву. Арбалет негромко тренькнул, камера на заборе покосилась, а я со всех ног кинулась вперед, на бегу отцепляя с пояса "кошку".
Дальше все было как в кино. Вернее, как в компьютерной стрелялке. Вроде, бежишь, прыгаешь, палишь во все стороны, но при этом наблюдаешь за всем этим как бы со стороны.
Две секунды — и вот уже забор. Пики на нем — это круто. За них так здорово цепляются "кошкины" крючья! Я взлетела наверх в секунду. Еще несколько секунд потратила на то, чтобы свернуть "кошку" и прицепить ее обратно на пояс. Зачем? А кто знает, как придется уходить! Может, и через стену. А когда я была готова спрыгнуть вниз, ко мне, к тому участку стены, на котором сидела я, откуда ни возьмись, вынеслись три здоровенные собаки. Я таких в жизни не видела. Огромные, чернущие, практически сливающиеся с ночной тьмой. Такая напрыгнет в темном переулке, и ты что-то почуешь лишь когда ее клыки сомкнутся у тебя на горле.
Собаки не лаяли, не прыгали, пытаясь меня достать, только глухо рычали. А если бы я уже была там, внизу? От этой мысли мне как-то стало не по себе. Ну а сейчас…
Арбалет тренькнул, и один пес с визгом покатился по земле. Следом с интервалом в пару секунд я подстрелила остальных. Била так, чтобы сразу наповал. И чтобы звери не мучились, и чтобы шума поменьше было. Хотя… Я уже и без того нашумела, а, значит, надо двигаться еще быстрее.
Я взлетела по оконным решеткам до третьего этажа. Там, уцепившись за декоративные выступы кладки, поступила, как в кино: стеклорезом вырезала дыру в стекле, налепила сверху пленку и выдавила кружок. И повторила еще раз: черт бы побрал эти стеклопакеты! Потом просунула руку внутрь, повернула ручку и открыла створку окна. Еще мгновение, и я бесшумно спрыгнула в комнату.
Первым делом, я прикрыла окно. Запирать не стала по все той же причине: мало ли, как придется уходить. Потом замерла и прислушалась: тихо. Хотя, нет: снаружи раздались негромкие голоса. Ага: вон, двое стоят у мертвых собак, один что-то вещает в рацию. Я-то надеялась, что хоть в дом заберусь, не потревожив охрану. Ну а теперь скрываться уже, вроде, и ни к чему. В арбалете как раз оставалось два болта. Красный маркер пометил цель, раздался уже привычный тихий треньк — и тот, что с рацией, начал оседать на землю. Ну да, трудно стоять с насквозь пробитой шеей. Второй закрутил головой по сторонам, но сразу глянуть наверх не догадался. И через пять секунд прилег рядом с напарником.
Я подумала и перезарядила арбалет. Теперь у меня снова есть шесть выстрелов. Может, и не понадобится, но пусть будет. Теперь можно было перевести дух и двинуться дальше. Поисковик ведет вниз? Отлично! Это как раз согласуется с моими представлениями о том, где обычно держат пленников.
Третий этаж был пуст. Я покралась вниз, но где-то посередине деревянная лестница подо мной предательски скрипнула. Черт! Следующие ступеньки я проскочила в два прыжка. В коридоре стоял мужик, по виду охранник, и как раз доставал из кобуры пистолет. И не успевал. Тетива щелкнула, в глазнице охранника возникло оперение болта. Ну да, на таком расстоянии арбалетной стрелке и череп не помеха. Теперь уже совсем не было смысла таиться, но и сходу сигать вниз тоже не стоило. Я снова взвела арбалет, огляделась, ухватила из стоявшей на столике вазы крупное зеленое яблоко и метнула его вниз с писком:
— Граната!
И тут же скакнула следом.
В холле было трое. Я, конечно, не рассчитывала напугать бандитов фруктами. Но они, дернувшись было в стороны, потеряли кто секунду, кто две, а мне больше и не было нужно. Я сходу влепила болт в голову тому, что поодаль засел за диваном, поднырнула под руку ближнего, на ходу чиркнув ему лезвием кортика по шее, и, отбросив арбалет, прыгнула к третьему. Тот успел поднять пистолет, и даже успел выстрелить, вот только направить ствол на меня не успел: я была уже слишком близко. В корпус я бить не стала: там почти наверняка бронежилет. Но достаточно просто сделать шаг ему за спину и ударить длинным острым клинком под левую лопатку.
Я замерла на секунду, прислушиваясь: тишина. Вокруг только остывающие тела бандитов. Никто не рвется сюда, не пытается на меня напасть. Вот и хорошо. Я подобрала свой арбалет, взвела его и, ориентируясь на иглу поисковика, принялась разыскивать вход в подвал.
Искать пришлось довольно долго. Он был хорошо спрятан среди всяческих подсобок и кладовок. Но — справилась. Открыла дверь и, насторожившись, принялась осторожно спускаться по тускло освещенным бетонным ступеням. В конце лестницы обнаружилась стальная дверь с зарешеченным окошком. Я подергала ручку: заперто. Черт! Наверняка ключи у тех, что остались лежать наверху. А, может, и у тех, кто остался валяться на улице. Я еще раз чертыхнулась про себя, и пошла наверх. Не дошла, может, ступеньки три, как верхняя дверь тоже захлопнулась. Я рванулась было к ней, грохнулась о нее всем телом, но не тут-то было: закон сохранения импульса, помните?
От обиды и досады я чуть не разревелась. Ну надо же быть такой кретинкой! Не проверила комнаты, не заперла изнутри вход, вот и попалась, как мышка в мышеловку. И тут же вспомнила: магия! Что-то я в последнее время часто забываю о ней. А ведь ситуация похожая: там, у мастерской дверь, и тут дверь. Там лоханулась, и здесь опять та же история. А ведь Мирланда мне показывала нужное заклинание! Я сосредоточилась, вызвала в памяти схему из той кожаной книжки и колданула.
То, что все получилось, я почувствовала сразу. Косвенно, конечно, по внезапно ослабевшим ногам. Пару минут пришлось переждать, но потом… потом я просто врезала кулаком в косяк двери, и вынесла этот косяк вместе с дверью и частью кирпичной кладки. И, кажется, вместе с тем, кто стоял за дверью. Я отшвырнула раскуроченную дверь в сторону и уставилась на слабо ворочавшееся передо мной тело. Черные глаза, вертикальные зрачки… Руки сработали машинально: воткнуть кортик в грудь, и поглубже. Но — не вышло. Сталь лишь упруго выгнулась, на грани излома. Я пришла в замешательство, но лишь на секунду. Что такое заброневое действие пули, я прочувствовала на собственной шкуре. Поэтому я не стала мудрить, и просто и незатейливо звезданула кулаком Темному по башке. В самом деле, чем дубина хуже пули? Главное, как следует размахнуться.