Жар костей не ломит (СИ)
— За мной, Малой!
— За мной, это куда?
— Это туда! Я кому только что на песке рисовал, — и снова на лице проявилась недовольная гримаса. — Дойдем до третьего цеха, а там видно будет.
Я обреченно вздохнул, с трудом подавляя желание выругаться. Раскомандовался тут… диснеевская принцесска.
До третьего цеха шли проулками, петляя меж брошенных у обочины машин. Возникало ощущение, что к восьмому уровню фантазия у разработчиков закончилась, и они принялись копировать целые участки игрового ландшафта. Серые коробки промышленных зданий, бетонные заборы, покрытые кудряшками колючей проволоки, покореженные рельсовые ворота, и даже пыльная трава, растущая вдоль дороги — все это выглядело одинаково. Настолько, что я начинал путаться на местности.
В отличии от меня Василий Иванович ориентиров не терял, четко понимая, где мы сейчас находимся и куда двигаться дальше. Фигурка пронырливой девчонки мелькала впереди черной мошкой: то стремительно пересекая дорогу, то подтягиваясь на руках, то ползая на четвереньках, выгибая спину и демонстрируя миру обтянутые тканью ягодицы.
Я понимал, что Василий Иванович не специально, что это долбаная механика игры, тонкие настройки и ловкие пальцы Дианы Ильязовны. Все понимал, только легче от этого не становилось. Гормоны просто охреневали от столь наглой демонстрации сексуальности. Я твердил себе, что это лишь цифровая оболочка — игровой перс, которым управлял один крайне вредный старпер. Понимал и не мог отвести глаз от стройных ног, мелькающих перед глазами. Разум убедить легко, а вот с телом, лишенным радостей секса, дела обстояли сложнее.
Через десять минут плутания по однообразной локации мы вышли к покрытому пылью перекрестку. Бетонный забор, трава, потрескавшийся асфальт, снова забор, остатки сгоревшего автомобиля. Напарница кошкой забралась в кусты, высоко задрав зад. Главное — сама спряталась, а жопа наружу торчит. Мастер стелса, чтоб его…
И хоть бы один завалящийся монстр попался, или на худой конец амеба. Но нет, за три часа игры Василий Иванович досконально изучил маршрут, и теперь вел самым безопасным путем из имеющихся. С одной стороны хорошо, с другой — бесконечно скучно.
— Сейчас перебежим через дорогу, нырнем в проулок, а там и третий цех, — прошептал голосок из кустов. Листья зашевелились и гибкое тело черной тенью мелькнуло в воздухе — Василий Иванович сменил позицию. Одним ловким движением забрался на забор и игнорируя колючки проволочного ежа, принялся осматриваться.
Спустя секунд десять последовал знак «чисто» и я, пригибаясь, побежал напрямки к обочине. На глаза попался остов покореженной легковушки — отличное место для укрытия и контроля за местностью.
До объекта сорок метров — стрекотом цикад пело жаркое виртуальное лето.
Двадцать метров — глухим полязгиванием в ушах отдавал автомат.
Десять метров и…
— Прием, ак …шно?
Внезапно раздавшийся голос, ударил аккордом по натянутым струной нервам. Он возник из ниоткуда, вырвался из пустоты с хрипом и шипением сломанных динамиков. Я рухнул в пыль и заозирался по сторонам, пытаясь выцепить цель. Краем глаза заметил, как расплывчатая тень черной кошкой сиганула с забора в траву — Василий Иванович в очередной раз сменил диспозицию. Снова жопой из кустов будет торчать.
— Ребят, вы …еня …шите?
Не смотря на хрипы в эфире я узнал женский голос. Узнал его и Василий Иванович, поэтому проорал за нас двоих:
— Валькирия, слышим вас хреново.
Возникла короткая пауза, за время которой я успел добраться до сожженной машины. Прислонившись спиной к железному остову, замер, сжав оружие в руках.
— А так слышно?
На сей раз голос Дианы Ильязовны прозвучал на удивление чисто.
— Валькирия, слышим вас прекрасно, — ответил за нас двоих Василий Иванович. Ответил привычным тембром, а не искаженным до неузнаваемости голоском юной нимфетки. Неужели…
— В системе возникли неполадки, поэтому я подключилась напрямую, — подтвердила учительница мои догадки.
Вырубила системное аудио и подсоединилась к шлемам через вновь созданную локальную сеть. Если мне не изменяет память, подобные действия находились под строгим запретом и рассматривались администрацией «Маяк-17», как прямое вмешательство в игровой процесс. Говоря простым языком, нас могли уличить в мошенничестве, однако Диану Ильязовну, вечно строгую и правильную, это не остановило.
— Валькирия, неполадки какого рода вы наблюдаете?
— Ситуация аналогична двух предыдущим случаям: рвется картинка, проблемы со звуком. Я вас практически не вижу.
Все-таки она большая молодец, наша училка по программированию. Есть в ней что-то от большого ученого. Решила лично понаблюдать за игровым процессом, чтобы определить причины неполадок. И правильно сделала, потому как мы с Василием Ивановичем перли напропалую, не догадываясь о возникших проблемах. И может быть уровень прошли, не заметив странностей в игре.
Кстати, о странностях, где они? Схожим вопросом задалась и учительница, поэтому спросила:
— Василий Иванович, вы что-нибудь заметили?
— Нихрена.
— Может трава необычная растет или песок с неба капает.
— Издеваетесь?
— Всего лишь подшучиваю, — примирительным тоном сообщила она. — Оглядитесь получше, а я пока постараюсь исправить картинку.
— Оглядитесь… Какой смысл оглядываться, когда кругом все одинаковое, сплошные заборы, — принялся ворчать Василий Иванович. — Малой!
— Чё?
— Через плечо. Ты видишь что-нибудь странное?
— Вижу, как ваша задница торчит из кустов.
— Еще один шутник, — девчушка поднялась из зарослей и принялась вертеть головой. Не обнаружив ничего подозрительного, закинула на плечо винтовку и вертлявой походкой направилась в сторону забора, того самого на котором недавно сидела.
Обтянутые темной тканью ягодицы плавно покачивались и… вдруг остановились. Девчушка замерла, уставившись на меня. Неужели Василий Иванович спалил, что я за ним подглядывают?
— Малой?
— Да.
— Можешь установить марку машины, за которой сидишь?
Что за странная просьба… Я поднялся из-за укрытия и обернулся: перед глазами возвышалась покореженная груда железа, в которой не то что марку, саму машину угадать было сложно. И как тут установить?
— Пикап марки Тойота, — задумчивым голосом произнес Василий Иванович. Цифровой образ в виде нахальной девчонки уже стоял рядом.
— Как вы это поняли?
— Вон там видишь две длинные покореженные трубы? Это спаренная зенитная установка, располагавшаяся в кузове. Странно, что при взрыве ее не выкинуло к чертям, хотя…, - девчушка нагнулась и принялась копаться в ржавых останках. — Такие машины принято называть шахидмобилями или тачанками. Их применение началось еще в прошлом веке, во время гражданской войны в Сомали. Крайне удобная штука, особенно когда у тебя гора пушечного мяса, и ощущается нехватка броневиков.
— Эта тачанка, она тоже из вашего прошлого? — произнес я, начиная догадываться, о чем идет речь. Глаза до боли всматривались в покореженный корпус машины, пытаясь отыскать нечто неуловимо, таинственное — то, что заявит во весь голос: «эй, я не какая-нибудь там придумка геймдизайнера, я кусок всамделишной реальности, скопированной из воспоминаний».
Но железо молчало, молчала и девчушка, копошащаяся в железе, и явно пытающаяся что-то отыскать. Не обнаружив искомого, по-мужски тяжело вздохнула и поднялась на ноги.
— Василий Иванович, а…
— Погоди-ка с расспросами, Малой. Лучше обернись… что видишь? Да не на забор пялься, а чутка левее смотри, где два дерева растут. Ну?
— Здание вижу.
— Точнее?
Слепой он что ли, сам не видит? До объекта рукой подать, расстояние метров тридцать, не больше. Обычное, ничем непримечательное строение, обшитое профильным листом с надписью на фасаде. Таких зданий сотни, если не тысячи, в промзоне любого города.
— Автомастерская, — прочитал я заглавные буквы, расположенные под козырьком крыши. И чуть ниже, на растянутом плакате: — работаем двадцать четыре часа в сутки, без выходных.