Не хотел бы ведьму в тёщи, милый ? (СИ)

— Никак не планирую, — Грег пожал плечами, — думаю, она сама не настроена на серьезные отношения и с радостью покинет Лейквуд после свадьбы. А если нет… дьявол, Уилл,ты много знаешь женщин не из ночных, готовых терпеть наш график?
— Ну укуси ее под светом луны, пусть тоже обрастает шерстью, — повторил друг одну из расхожих баек.
— Еще скажи — подари метлу и черную шляпу, вдруг проникнется полетами и станет ведьмой.
При одном только слове “ведьма у Грега начинала чесаться шея.
Казалось, она сейчас снова пойдет волдырями, которые будут лопаться и сочиться гноем, а после кожа слезет целыми пластами, в том числе — вместе с волосами. Зрелище было до того впечатляющим, что Грег несколько недель работал из дома и выходил патрулировать только в облике волка. На вторую ипостась проклятие не распространилось, но человеческую потрепало знатно.
Потом Дина сжалилась, точнее — побоялась остаться без работы, потому что разозленный Грег пообещал уволить ее и рассказать всем знакомым ночным про непозволительные проделки ведьмы. Это означало бы для нее “черную метку" и несмываемый позор, все же насылать проклятия на своих — табу.
Так Грег избавился от одного, самого неприятного проклятия, воспринимая остальные как аналог разрисованной машины или же измазанной вонючей дрянью двери в квартиру — обычная месть не совсем адекватной бывшей.
Зато и Дина в полной мере прониклась всеми прелестями службы ночных и после шестого патруля нехотя забрала и прочие свои “подарочки , пакостив теперь мелко, зато не менее раздражающе. Отношения их все равно не наладились, не добравшись даже до вооруженного нейтралитета, поэтому Грег и зарекся иметь какие-либо отношения с ведьмами. А стоило вспомнить о той истории, как в облике и поведении Элис стало проскальзывать все больше и больше ненавистных черт. Один кот чего стоит! И зеленоватое сияние в ее глазах. Нежелание жить в гостинице, потому что номера там только на втором этаже, оторваны от земли…
— Дьявол тебя побери! — Грег отобрал у Уилла и вторую зубочистку, разломал ее на несколько частей и тоже выбросил. — Все же было хорошо, пока ты не влез со своими предположениями. Теперь уже и сам не знаю, что думать.
— Привяжи ее к кровати и допроси хорошенько, — посоветовал он. — С пристрастием. Могу даже наручники одолжить ради такого случая.
— И хорошего адвоката заодно, на случай если Элис обвинит меня в домогательствах и пытках.
Уилл не ответил, но в его глазах ясно читалось: “отсидишь годик-другой, ничего страшного, зато сомнения отпадут! А уж если эта дамочка тебя дождется… ".
К моменту, когда пришло время вернуться домой, Грег если и хотел кого-то домогаться, то только ту ведьму, которая позвонила на горячую линию и мерзким гнусавым голосом доложила о разломе. Они с ребятами много раз прочесали окрестности, но не нашли ни малейшего следа. Мало того, от городских жителей если и поступали жалобы, то только на Люси, которая с кексом наперевес обошла Лейквуд вдоль, поперек и в довершении спирально от центра. К ужину слух о том, что никакая это не маньячка из фильма, а просто новая подружка помощника мэра облетел весь город по аналогичному маршруту, а сама Люси наконец растворилась.
Значит, доносчик либо глупо пошутил, развлечения ради заставив ночных намотать десятки миль, либо же знал что-то, но предпочел утаить от вожака. И Грег склонялся к первому варианту: у него хватало недругов, готовых провернуть такое, пускай их донос и случайно совпал с реальными проблемами. Те же Ник или Дина вполне могли. Но волк и сам стоптал лапы, а секретарша хмурилась и хамила ничуть не больше или меньше обычного.
И завтра утром надо будет отчитаться в головной офис, как филиал реагирует на сообщение анонимного информатора, результатов же никаких, но и просто отослать стандартную отписку не выйдет. Фальшь в мелодии окружающего пространства все нарастала, будто нечисть успела как следует перекусить и готовилась перейти на следующую стадию, но вычислить ее убежище пока не получалось.
 
Нервы звенели от напряжения, а живущий внутри волк требовал пустить врагам кровь, забрать их золото и женщин. Последних — в тройном объеме. Чтобы немного утихомирить его, Грег привычно пробежался до дома, также привычно сменил на пороге ипостась и ввалился внутрь, чтобы через секунду вспомнить — женщин ему уже подвезли. Пускай одну, но достаточно странную.
Элис сидела за столом и читала толстенный справочник лекарственных растений, беззаботно покусывая стебель сельдерея.
Сказывается, эта “цыпочка носит очки, любит сидеть подогнув под себя ноги и тоже не прочь походить в клетчатой рубашке. А еще — она настолько органично смотрится в этой комнате, будто прожила здесь несколько лет. Даже дремавший на барной стойке Пацифик выглядел более чем к месту.
— Паста или бефстроганов? — дружелюбно поинтересовалась она, будто не заметив, в каком виде вошел Грег. — Паста, правда, могла и остыть… Волк снова оскалил зубы и потребовал кусать и рвать на части, а Грег впервые был с ним солидарен. Он подскочил к Элис и навис над ней, уперев руки в спинку ее стула.
— Кто ты такая, Элис Фостерс?
Зеленые глаза на мгновение блеснули магией и снова погасли, как у обычного человека. А их обладательница закусила губу и умильно сложила брови.
— Грег, ты чего? Или за нами снова наблюдают твои подчиненные и нужно изобразить звериную страсть? Я могу. Всегда хотела сыграть хрупкую деву, попавшую в лапы к свирепому оборотню. Только чур без всяких там меток на шее — терпеть этого не могу. Ее слова, а особенно этот сочувственнопонимающии взгляд подействовали как ванна со льдом. Грег мигом успокоился и сел на соседний стул, после, уже не думая, как это выглядит со стороны, стащил одно из кухонных полотенец и прикрыл низ живота и бедра.
— И тебя совсем-совсем не смущает, что я разгуливаю без одежды?
— Это же твой дом, ходи как хочешь. Мне тоже иногда стринги натирают, таскаюсь тогда в одном халате.
К воображаемой ванной подтащили еще один мешок льда и махом опрокинули его в воду. Грег сразу же пообещал себе, что сделает схрон со штанами и футболкой и больше никогда не попадет в настолько дурацкую ситуацию. Но проклятое воображение тут же зарисовало штаны и любезно подкинуло вместо них кокетливый красный халатик: его и надевать проще и места занимает меньше.
— Ничего мне не натирает, ясно?
Элис закивала с таким серьезным видом, что Грег захотел провалиться на месте. А еще лучше — напоить эту женщину зельем амнезии, чтобы стереть все события с минуты их знакомства.
— У моего вынужденного нудизма есть причины. Но пока не могу о них рассказать, прости. Это сложно.
— Ты не должен оправдываться! Хочешь, я тоже разденусь? Дом Грегора — правила Грегора, вот и все. 
К пуговицам она так и не потянулась, а жаль. И вообще, чем дольше тянулся их разговор, тем сильнее росло чувство, что Элис просто-напросто издевается над Грегом, а сама прекрасно знает, кто он и почему снова оказался дома без одежды. Поэтому он просто встал и пошел в ванную, только за дверью сообразив, что и здесь не густо с вещами, но длинный, если верить Роуз — мужской, халат все же лучше наготы.
Грег на всякий случай растянул посещение душевой кабины настолько, насколько смог, только потом выбрался в гостиную. Надежды, что Элис ушла спать сразу же рухнули.
Кажется, она вообще не двинулась с места, а стол сервировался не иначе как магией. Даже Паци не сменил позы, только приоткрыл левый глаз, наблюдая за ситуацией. Грег с неприязнью оглядел две тарелки с пастой и мясом, после выругался сквозь зубы, вытащил из шкафа одежду и принялся натягивать ее, пугаясь в штанинах и рукавах.
 
Элис сдвинула вниз очки, подперла подбородок рукой и наблюдала за ним с неприкрытым, но каким-то научным интересом.
Да, такую если и прикуешь к кровати наручниками, сразу же спросит, нет ли поблизости подчинённых Грега, ради которых затевается спектакль, потом отпросится на минутку. Вернётся в черном кожаном комбинезоне с шипами, целым чемоданом аксессуаров и заверениями, что они с мужем уже репетировали такое под руководством постановщика горячих сцен.