Его волчица. Я тебя приручу (СИ)
Волчица внутри почуяла мою радость и взбесилась, меня сразу заколотило, бросило в жар, закололо сердце. Господи, как избежать участи Кости?
– Йола, может, мне сразу принять сыворотку? Сейчас? Я боюсь обратиться полностью, как Костя.
– Нет, не надо. Жди полнолуния. Ты должна хорошо обдумать свое решение. Обещай, что подумаешь о жизни со мной. Я знаю, как в России тяжело, и с каждым годом все хуже. Мы смотрим новости. Ты проживешь счастливую жизнь в Польше. Когда всё закончится, мы поедем в город. У нас большой красивый дом. Тебе там понравится. И ты будешь почти как обычный человек.
– Знаешь, Йола, я уже какой раз соглашаюсь на чужие миссии, но сейчас я действительно хочу помочь. Я чувствую, что в моих руках спасение множества жизней. И если уж совсем честно… я немного обижена на тебя, что не сказала мне сразу о существовании сыворотки.
– Как бы ты объяснила Косте, что ты не станешь оборотнем, а он – да?
– Я бы что-то придумала, а теперь он… – я всхлипнула. – Ты позаботишься о нем? Пообещай, иначе я приму сыворотку сейчас, и ты больше никогда не услышишь обо мне.
– Конечно. Как ты можешь даже спрашивать? Он не пострадает. Если бы он не так непримиримо боролся с волком…
– Тогда бы сейчас он был здесь, – задумчиво сказала я. – И всё бы запуталось еще больше.
– Приехали, – сообщила Йоланта. – Тебе нужно пройти немного пешком. Я не могу рисковать, вдруг выродки выставили охрану.
– Они не выродки, – покачала я головой, расстраиваясь от этого гадкого слова. – Они несчастные люди, которых нужно спасти.
– Только ты и можешь это сделать. Больше никто. Береги себя, Вера.
И мы попрощались.
Глава 23. Вера. Волчья шлюха
Наступил рассвет. Устало прикрыв глаза, я присаживаюсь на поваленное дерево.
Вдруг рядом оказываются два молодых паренька, одетых в камуфляжную одежду. Один рыжий с яркими зелеными глазами, другой светлый, похожий на Костю.
– Кто ты такая? Что здесь делаешь? – спрашивают грубо.
– Мне нужен Демьян Белов. Я пришла сообщить кое-что важное.
– К Демьяну? – Парни переглядываются с сальными ухмылками. – Вечно ему на девок везет, – сетует один, а второй бесцеремонно поднимает меня за локоть и тащит куда-то. Я даже благодарна, потому что ноги едва меня держат, да и могу заблудиться. Вряд ли бы сама нашла дом Демьяна. Йола верно рассчитала, что меня перехватит охрана.
Мы огибаем пригорок, спускаемся в низину, ныряем, казалось бы, в непроходимую чащу, но выходим на живописную поляну с домом в центре и пристройками по бокам. Не успеваю рассмотреть дом и его жителей, как натыкаюсь взглядом на Демьяна.
Сердце останавливается, а потом начинает бешено колотиться. Он кажется мне еще более высоким, чем раньше, мощным, таким здоровым. Да я и видела-то его в полный рост несколько раз, когда он рвался показать свою стойкость, будучи больным.
Никак не могу привыкнуть к тому, какой он теперь огромный и мощный. Наше прошлое проносится перед глазами. Я знаю чувства пациентов – они не любят сиделок или тех, кто ухаживает за ними, особенно в интимном плане, как свидетелей их беспомощности.
Демьян никогда не был мягок со мной, но сейчас он пышет злобой, исторгает ее из себя, как будто на меня летит черное облако, его светлые колючие глаза сочатся ядом. Его ненависть я чувствую на расстоянии.
От этого хочется разреветься. За что он так со мной? Почему, как и в прошлый раз, сразу видно, что хочет от меня избавиться?
– Кто это такая? – интересуется вышедший на крыльцо высоченный блондин. – К кому пришла? И почему от нее воняет волчатиной?
– Кто? – переспрашивает Демьян, складывая руки на груди и обходя меня по кругу, принюхиваясь. – И правда, воняет. Ну что, волчья шлюха, накувыркалась и за добавкой пришла?
От брошенного в лицо оскорбления столбенею. Совсем не такого приема я ожидала. С другой стороны, на что я рассчитывала?
Демьян не мог остаться прежним.
Да и знала ли я вообще настоящего Демьяна?
Когда любишь кого-то, то каждый его знак внимания ценен, впитываешь его, как сухой цветок воду. Но если ты стремишься к человеку, а он очевидно презирает в ответ, это убивает. Отмирает та часть души, где живут все женские мечты, надежды на взаимную любовь.
Я не заслужила подобного обращения.
Демьян несправедлив.
Я ранена его словами, унижена, раздавлена, мне так больно. Чуть придя в себя, вспоминаю, через что прошла. Потеряла всех своих родных, перенесла смерть Демьяна – единственного, кого любила.
Попала в плен к оборотням и даже завоевала среди них некоторый авторитет, если не считать того, что в итоге меня бы изгнали. Но я не видела лиц оборотней на совете, искаженных злобой, не слышала, что они говорили.
Не могла я поверить, что меня ненавидят. Каждый человек, даже самый плохой, ищет оправдание себе, своим поступкам. Не верит, что он плохой и его могут таким считать.
И я не верила, что Демьян на самом деле ненавидит меня. Сколько я наблюдала злых стариков, поливающих грязью каждого встречного. Эта злоба копилась в них годами от несправедливости мира, от чувства ненужности родным, от неприкаянности, болезней, одиночества.
Я всегда знала, как найти к ним подход. Пара ласковых слов, добродушный тон, разговор на волнующую тему, забота – люди в общем-то одинаковы по своей сути. Нужно разгадать, что им нужно, и дать это.
Что же нужно Демьяну?
Делаю шаг вперед к нему, хотя трусливо мечтаю убраться отсюда.
Но у меня есть миссия.
Ради нее я готова терпеть его нападки.
– Демьян, здравствуй. Не знаю, почему ты так злишься и оскорбляешь меня, но ты должен кое-что услышать.
– Не знаешь? – Он подходит ко мне вплотную, склоняет лицо. В его зрачках расплывается чернильный мрак, челюсти сжаты, он едва себя контролирует. – Ты, оборотень! Пришла под видом бедной овечки, чтобы убить нас всех? Думаешь, раз мы знакомы, пущу тебя в дом? Убирайся!
– Я не собираюсь никого убивать! Наоборот! Хочу спасти вас всех. Демьян, давай спокойно поговорим? Я никого не обманываю и не держу камня за пазухой.
«За что ты так со мной?» – хочется прокричать ему в лицо. Он, как каменная глыба, непробиваемый, жесткий. Боюсь его и одновременно хочу стать ближе, ластиться к горячему телу, как голодная жадная самка, урчать и царапаться.
Это всё волчица во мне не желает сдаваться, ей хочется выбраться наружу, поработить меня. Но я не позволю! Было бы проще держать себя в узде, если б не столкновение с Демьяном. Не знаю, долго ли смогу оставаться паинькой…
– Может, дадим девушке сказать слово? – предлагает светловолосый здоровяк, спускаясь с крыльца. Демьян даже не смотрит на него, чеканя слова:
– Она уходит. Сейчас.
– Я не уйду, – говорю твердо. – Можешь ненавидеть меня сколько угодно, но ты не имеешь права решать за всех, нужна им моя информация или нет.
Кажется, я ударила по больному месту. Взгляд Демьяна стекленеет, сам он ярится еще больше, зубы превращаются в клыки, шерсть частично покрывает лицо, заостряются уши. Настоящий полуволк. В смятении отшатываюсь.
А он наступает на меня и спрашивает:
– Кто ты такая, чтобы вообще требовать права находиться среди нас?
– Та, кто спасет вас! И я не оборотень, а человек, – заявляю храбро, сама же трясусь от страха, а похотливая волчица трепещет от возбуждения. Такой Демьян волнует ее, она его хочет.
Нет, не так просто разделить нас сейчас, в преддверии полнолуния. Я тоже дрожу от желания, соски напряглись, внизу живота болезненная пульсация, всё тело ноет от невозможности испытать удовольствие, во рту пересохло.
И я злюсь на Демьяна. Раздражает, что нужно что-то доказывать и терять время, когда его можно потратить по-другому.
Нет, не о том я должна сейчас думать, но перед собой честна и признаю, что готова ему отдаться на любых условиях. Лишь бы почувствовать с ним единение, жар его тела, горячие руки, твердый член.