Его волчица. Я тебя приручу (СИ)
Небольшое деревянное строение довольно-таки дорого отделано изнутри, прежний владелец не поскупился и, по всей видимости, вложил в баню большие средства. Хотя это скорее сауна.
Но мне всё равно. Главное, чтобы была горячая вода. Больше мне ничего не нужно. К счастью, на внутренней двери даже есть задвижка, а маленьких окошек, как в деревенской бане, здесь нет. С удовольствием скидываю с себя грязную одежду и захожу в теплую сауну, оглядываясь по сторонам. Полки и пол уже высохли после предыдущего посетителя.
Раскладываю мыло, шампунь, мочалку и начинаю щедро выливаться, совершенно забыв о времени и потерявшись в пространстве, настолько наслаждаюсь одиночеством. Теплая вода прямо-таки оживляет.
Какое-то время даже не отзываюсь на короткий стук, повторяющийся несколько раз. Если это Демьян, ни за что не открою – я же просила его не приходить ко мне сюда. Но за дверью слышится девический голос:
– Можно мне войти? Я не успела помыться с подругами.
Меня ничего не настораживает в этой простой просьбе, и я открываю дверь и впускаю стройную гибкую девушку с красивыми раскосыми глазами и ядовитым взглядом. Почему-то его я сразу отмечаю, когда девушка представляется.
– Привет, меня зовут Диана.
Она нагло рассматривает меня, как будто оценивая, и мне хочется прикрыться руками. Но я этого не делаю, не желая выглядеть скромной пугливой дурочкой. Пусть смотрит. Что здесь такого? Это лучше, чем если бы сюда зашел Демьян.
– А меня Вера, – отвечаю, продолжая спокойно мыться.
– Я знаю, кто ты, – немного надменно говорит девушка, усаживаясь на полку, но явно не собираясь принимать водные процедуры. Волосы у нее чистые, из чего я делаю вывод, что она уже давно намылась. Так что обманом пробралась сюда, чтобы поговорить со мной. В принципе, я ожидала чего-то подобного. Она достаточно смелая, чтобы остаться наедине с оборотнем. Я не против поговорить с ней и узнать настроение окружающих меня людей.
– И что ты думаешь по этому поводу? – спрашиваю я.
– Тебе действительно хочется знать?
– Ну раз я спрашиваю, значит, хочется.
– Хорошо, – протяжно и хрипло смеется Диана. Говорят, по тому, как женщина смеется, можно определить степень ее сексуальности. Судя по всему, передо мной довольно-таки раскрепощенная и свободная в сексуальных желаниях особа.
– Хочу предупредить тебя, Вера. Заруби себе на носу одну вещь: Демьян принадлежит мне. Если ты его себе хочешь, то можешь забыть эти планы.
– Ты за этим пришла сюда? – интересуюсь холодно.
– Да, хочу, чтобы ты не мешалась под ногами. Мы все знаем, для чего ты здесь. Чтобы давать нам кровь. Поэтому помни свое место. Никто тебя здесь не любит, и ты не найдешь друзей. Предыдущего оборотня держали в погребе связанным и голодным. Если будешь задаваться, окажешься точно в таком же положении. Не думай, что сможешь разгуливать тут свободно. Демьян тебя просто жалеет, потому что ты девушка, а он ко всем покровительственно относится. Не рассчитывай на что-то большее. То, что он тебя поселил в своей комнате, ничего не значит.
– С чего ты взяла, что на что-то рассчитываю? Ты меня совсем не знаешь. И если будешь мне угрожать, то, что сделал Януш, покажется тебе цветочками по сравнению с тем, на что способна я.
Не знаю, откуда, из каких темных глубин берутся угрозы, которые совершенно мне претят, но эта девчонка меня так взбесила, что хочется поставить ее на место. И я без зазрения совести пользуюсь своей второй натурой, натурой зверя, чтобы испугать ее.
В глазах Дианы мелькает слабый отсвет страха, и хоть она пытается выглядеть смелой, я понимаю, что ей было нелегко оказаться со мной в одном тесном пространстве, но я так уверена в себе, что спокойно отворачиваюсь от наглой девки и начинаю поливать голову водой.
И тут вдруг чувствую сильный толчок в спину, и огромная волна кипятка обрушивается на меня из ведра, которое стояло возле бака с горячей водой. Ничто не могло подготовить меня к чудовищной боли, что охватила всё тело.
Мне показалось, что меня заживо сварили, окунув в кипяток, и содрали кожу. Спина горит жалящим огнем, меня сшибает с ног. Падаю на пол и невидящим взглядом смотрю, как мелькают ноги Дианы, улепетывающей из сауны. Всё, что я могу, это тихо стонать и ползти к выходу, чтобы попросить о помощи, хотя мне кажется, что ничего уже не может спасти от боли, пронизывающий с ног до головы.
Глава 31. Вера. Ночной лес
Попеременно то проваливаюсь в темноту, то выныриваю на свет, ослепительный, режущий глаза, от которого хочется избавиться, чтобы вернуться в блаженную спасительную тьму, где нет боли. Медик во мне полностью отключился, и я абсолютно растеряна, не понимаю, как мне справиться со своей болью, что предпринять, чтобы оказать себе первую медицинскую помощь.
В голове мелькают воспоминания о том, как правильно действовать при ожоге, но почему-то они кажутся неправильными и бесполезными, слишком долгими. Внутреннее чутье подсказывает, что есть другой способ излечиться, способ, присущий оборотням.
Они… То есть мы можем регенерировать. Волчица поскуливает где-то глубоко внутри меня, точно так же испытывая острую убивающую боль, и она сильно ослаблена.
Впервые я действительно рада тому, что уже не человек, иначе меня ждала бы долгая изнурительная терапия, а то и необходимость ввода в медикаментозную кому – в зависимости от степени ожогов.
Но я не могу самостоятельно оценить ущерб, причиненный задней части моего тела. Хотя одно уже то, что я в состоянии рассуждать об этом более-менее здраво, наталкивает на мысль, что всё не так страшно.
Я даже успеваю подумать о том, что делать дальше с обидчицей. Должна ли она быть наказана и как? Нужно ли сообщить Демьяну? И если сообщу, то что произойдет потом? Настрою против себя всю группу? Надо ли мне это?
Или они уже и так настроены против меня и послали Диану разобраться?
Эти мысли изматывают, и я с радостью приветствую очередной темный провал, он наваливается на меня всей своей тяжестью.
Плаваю в безбрежном океане боли, как утлая лодчонка во время шторма, которую швыряет по волнам.
Сквозь туман ощущаю, как меня тормошат, обеспокоенно зовут, осторожно поднимают на руки. Демьян. Чувствую, что это он. И понимаю, что он отнесет меня в дом, наполненный врагами, способными на подлость. Он не сможет обеспечить мне безопасность, там слишком много враждебно настроенных людей. Вдруг они взбунтуются и потребуют убить меня…
Не хочу умирать… Во мне внезапно проснулась дикая жажда жизни, о которой я и не мечтала, по обыкновению уныло барахтаясь в беспросветных буднях. А теперь, на краю гибели, ощутив адскую боль и дыхание самой смерти, я до невозможности хочу снова жить, и не ради кого-то, а ради себя!
И за это я готова бороться с кем угодно, не на жизнь, а на смерть, до конца.
Но я так слаба, что мне нужен помощник в этой борьбе, и не остается ничего другого, как положиться на Демьяна, единственного человека, который сейчас может спасти меня.
Цепляясь слабыми пальцами за его плечи, я умоляюще смотрю в расплывающееся перед глазами лицо и прошу:
– Пожалуйста, не относи меня в дом, лучше в лес. Не представляю, откуда во мне появилось знание, но уверена, что лес меня излечит лучше, чем любые лекарства. Нужно найти особый мох, я почувствую его по запаху и скажу тебе. Нужно будет обложить им обожженные участки…
Эти несколько предложений совершенно истощили мои силы, и я, чуть ли не теряя сознание, только и могу, что слепо шарить глазами по лицу Демьяна, ища в нем признаки понимания.
Может, он не слышит меня? Может, не понял? Или я вообще брежу и вижу сон, в котором он несет меня, заботливо баюкая в объятиях? Мое воображение могло подкинуть самую желанную фантазию.
Я желаю, чтобы Демьян был рядом? Хочу этого, несмотря ни на что? Очередная слабость с моей стороны. Но я посыплю голову пеплом после, а пока удовлетворенно улыбаюсь, видя, как Демьян после некоторых раздумий молча кивает головой и поворачивает не к дому, а в сторону лесной чащи.