Его волчица. Я тебя приручу (СИ)

Не успел он уехать, как я тут же забыла о нем. Вниманием всецело завладел мужчина, стоящий совсем рядом. Дыхания не хватало, мысли в голове метались испуганным вороньем, и я не знала, что делать, что говорить. Отчего-то страх и холод поползли по коже, промораживая до самого нутра.
Демьян сделал шаг по направлению ко мне, и я не удержалась, отступила назад, сдерживая инстинктивное желание броситься наутек. Он это заметил.
– Ты что, боишься меня?
– Мне тоже скажешь потеряться? – заступился за меня Женя, про которого я забыла, завороженная присутствием своего врага и любимого.
Демьян сцепил зубы и грозно зыркнул на своего повара.
– С тобой у нас будет отдельный разговор. Я тебе сказал за ней присматривать, а не клинья подбивать.
– Женя? – удивилась я, поняв, что всё это время он исполнял приказание своего нанимателя. Чувство предательства осело горечью на языке. Я снова повернулась к Демьяну. Чувства бурлили во мне и не хотели униматься.
– Я просто не хочу иметь с тобой ничего общего! – воскликнула я, чуть не плача. Не хотела показывать ему, что он вызывает какие-то чувства, но это было выше моих сил. Он вызывал, и немало. Самый настоящий взрыв, сотрясший меня до основания.
– Или ты злишься, что не давал о себе знать так долго?
– Да какая мне разница? Я и не хотела ничего о тебе знать, – самозабвенно врала я, остро чувствуя, что Женя тут – третий лишний. Он тоже это понял и отошел в сторону машины, а я всецело отдалась выяснению отношений с Демьяном.
– Я так и понял. Поэтому дал тебе время оправиться. Да и разбирался с делами. Нужно было правдоподобно воскреснуть.
Демьян мрачновато ухмыльнулся, а я замотала головой.
– Это меня тоже не волнует.
– Да не нервничай ты так. Вера, неужели ты подумала, что я не найду тебя? Что не буду пытаться наладить отношения?
– Отношения? Какие между нами могут быть отношения?
– Давай войдем в дом? Здесь прохладно. Там мы сможем спокойно поговорить.
Несмотря на то, что я не хотела этого разговора, безропотно пошла в дом, потому что хотела отсрочки. Да и самом деле задрогла.
Демьян позаботился о том, чтобы дом сразил меня наповал с первого взгляда. Внутри было уютно, тепло и веяло домашним духом. Как будто кто-то ждал нас, накрыл на стол, согрел настоящий русский самовар.
Оставалось только сесть за круглый стол, накрытый белой вышитой скатертью, открутить кран и налить ароматный чай в кружку с позолотой. Что я и сделала, наслаждаясь таким незамысловатым занятием и представляя, как буду делать так каждый день одинокими вечерами. Странно, но прежнего энтузиазма я не почувствовала… Наоборот, во мне поселился страх беспросветного одиночества.
– Я уже распланировала свою жизнь в этом доме. И в ней нет места тебе, – тем не менее сказала я, глядя на Демьяна, усевшегося за стол напротив.
Он казался чужеродным элементом, гротескной фигурой, не вписывающейся в ту простую картину будущего, что я нарисовала.
Какое отношение имеет этот богатый властный мажор к моему маленькому мирку? Мы будем тихо-мирно пить чай и обсуждать наши будни? Это невозможно, мы слишком разные. Если забыть о том, как он испортил мне жизнь.
А чувства… Я обязательно их переборю. Мне придется быть сильной.
– А что делать мне с планами, в которых есть ты? – спросил он неожиданно кротко и достал из кармана маленькую бархатную коробочку.
Сердце ухнуло куда-то вниз, потому что я сразу догадалась, что в ней. Но это было так нелепо и настолько не вязалось с образом Демьяна, сложившимся у меня в голове, что я невольно улыбнулась.
Наверное, я сплю и вижу сон. Но кольцо, сверкнувшее каким-то драгоценным камнем из недр атласной подложки, было совершенно реальным. Сглотнув, я молча ждала, что Демьян скажет дальше. А он деликатно обхватил мои пальцы и надел кольцо на безымянный. Тонкий ободок словно обжег кожу.
И я, расширив от удивления глаза, наблюдала за сменой эмоций на лице Демьяна. Он волновался, отчаянно и искренне, и это было так непохоже на него, что я решила дать ему шанс высказаться, не споря и не высмеивая.
 
– Я хочу жениться на тебе. Знаю, что у нас разные жизни. Но так у всех. Мы не уникальные. Схожесть характеров и статусов не гарантирует счастья в любви и семейной жизни. Знаешь, я долго думал, что скажу тебе. Подбирал слова, искал такие, какие смогут выразить то раскаяние, что я испытываю каждый день, думая о том, как ты живешь со зверем внутри. По моей вине, знаю. – Он опустил голову и немного помолчал, а потом продолжил: – Одна, без поддержки стаи. Не будь я эгоистом, отвез бы тебя в Польшу, чтобы ты жила среди подобных тебе. Но я эгоист и не могу отпустить тебя. Понимаешь? Просто не могу.
– Но почему? Зачем я тебе? Ты прекрасно справлялся эти полгода.
Не сумев удержаться от упрека, я передернула плечами. Хриплый смешок был мне ответом.
– Действительно думаешь, что хорошо справлялся? Не было минуты, чтобы не думал о тебе, о нас, не вспоминал и не хотел броситься к тебе. Теперь понимаю, что не надо было ждать. Ты истолковала мое исчезновение по-своему.
– Но где ты был? Почему не давал о себе знать? Зачем попросил Женю следить за мной?
– Я занимался переговорами с правительством.
– Что? – я была в откровенном шоке.
– Я воскрес, Вера. Ты думаешь, что это просто шутейка в прессе, грязный скандалец, который можно затмить проишествием со звездой? Нет. Мной сначала заинтересовалась полиция, потом органы, допросы в ФСБ… – он стиснул челюсти, и я поняла, что Демьян пережил непростой период.
– Тебя пытали?!..
– Нет, – он усмехнулся и погладил меня по щеке, и эта мимолетная ласка отозвалась в каждой клеточке моего тела! – Спасибо, что заботишься обо мне, милая. Это бесценно для меня. Я много думал. Я изменился. Нет, меня не пытали. Но я должен был придумать правдоподобную версию и сделать всё возможное, чтобы никто не узнал об оборотнях и профессоре-фанатике.
– Но как тебе удалось всё скрыть? – поразилась я.
– Мне не удалось, Вера, – признался он со скупой улыбкой. – Правительство давно всё знает, но люди – они не должны знать ничего. Никто. Ни родители, ни близкие, никто. Под страхом пожизненного срока за измену родине. Я оберегал тебя, мне удалось скрыть факт, что ты причастна к этой истории. Поэтому я отдалился и не общался с тобой. Но теперь я могу сделать вид, что ты просто девушка, которая мне понравилась.
– Демьян… – я пораженно качала головой, смотря в его глаза. Утопая в глубине его глаз, светящихся неподдельными чувствами.
– И ты злишься, знаю. Представляю, как ты меня ненавидела всё это время. А я не мог дать весточку! Все мои контакты отслеживались! И ты имеешь право на злость. То, что я сделал, непростительно. Тогда это казалось единственно верным шагом, я действовал в сиюминутном порыве, ослепленный ревностью к тому же. Но ты должна дать мне шанс исправиться.
– Должна?
– Да, должна! – с горячностью заявил Демьян, неожиданно вставая и поднимая меня со стула, а потом прижимая к себе. Пальцы сдавили подбородок, чтобы смотрела прямо в его темные, мерцающие красным глаза. – Ради того, что есть между нами. Ты не можешь не чувствовать этого. Оно есть – чувство принадлежности, когда уже ни на кого не можешь смотреть, даже подумать о другой не можешь. И не хочешь. Только о тебе. И я уверен, что это не изменится. Ты же чувствуешь то же самое, маленькая, правда?
Обволакивающий нежный шепот уже начал оказывать на меня свое воздействие, а нежные руки Демьяна, его жадный взгляд, искренность слов и больше всего мои ответные чувства, вырвавшиеся наружу из того плена, в который я их загнала, довершили дело.
 
Задрожав, я поняла, что готова подчиниться и согласиться на любые условия, лишь бы он не исчез. Но не хватало самого главного. Банального, но всегда такого важного для любой женщины.
Дрожащим голосом я выдавила из себя:
– Это животный инстинкт? То, что ты чувствуешь ко мне? Зверь диктует тебе, как поступать? И не дает найти другую са… самку?