Кровь королей (СИ)

Благо вооружение пиратов и вправду было вполне качественным, а уж диковинные ручные самострелы отсутствовали даже в Триграде за исключением единственного прототипа, подаренного Варгусом Розенхорном от лица инженеров Гильдии Алхимиков, которые попросили его, как представителя и главу всего Скальдума презентовать Его Величеству. Тот был выставлен в Военном Музее, где и хранился для обозрения всех желающих, а теперь его более совершенные собратья смогут вооружить небольшой отряд стрелков. Правда, с ними ещё требовалось приноровиться хорошо обращаться, но это уже дело мастерства и личной техники.
Рядом с остроухими гвардейцами — небольшим отрядом служащих Вершмитцу эльфов в страже короля, общавшихся меж собой жестами на пальцах, стояли и знакомые кадетам фигуры — Ильнар и капитан Крэйн, беседовавшие с капитаном Восьмого Взвода, позади которого виднелись девушки из его отряда. Одноглазый стрелок, как тому и полагается, подметил подходящую компанию первым, похлопав своего военачальника по предплечью, так как шипованные наплечники похлопать по-другому здесь физически просто не позволяли, чтобы тот отвлёкся от беседы и оглянулся.
— Тринадцатый Проклятый Бог! — обомлел Рихард, увидев их, — Вы живы! — сделал он шаг другой в их направлении.
— Капитан! — сквозь слёзы улыбнулась ему Нина, едва не ринувшись обнимать.
— Боги великодушные! Нина, Тиль, Такада, Эрвуд! — восклицал он, — Арекса! Сквозь все бои прошла! Да где вас носило?
— Добивали самых трусливых, капитан, — проговорила как раз красноволосая девушка, лишь сейчас убирая в ножны два своих заточенных меча-акинака.
— Я уж думал, я единственный из всего взвода остался, ребята! Какая радость! — Ильнар приобнял не слишком радушного на такое проявление чувств Такаду, затем Нину.
— Единственный? — удивилась Арекса, — Хочешь сказать, остальные…
Тот лишь кивнул, опустив голову. А когда она посмотрела на капитана, то и он, поймав её взгляд, пристыдился, что больше никого из отряда не уберёг. Ему было жаль их всех. Бой от боя его кадетский взвод всё сильнее и сильнее сокращался, а он никак не мог их защитить перед лицом злодейки-судьбы.
— Значит, настигали струсивших, — только и произнёс он, чтобы как-то нарушить воцарившееся трагичное молчание.
— Да… мы… — всхлипывала Нина.
— Догоняли беглецов, — прервал её Эрвуд.
— Они догоняли, — отмахнулся, качнув головой назад Такада, на Арексу, — помчались ночью, в туман, в чащу! — не то жаловался он, не то причитал, — А мы что? А мы своих не бросаем, следом помчались спины прикрывать.
— И мы… с Кифлером… вдвоём ещё… — опустила глаза Нина, — Не зная, где остальные, просто добивали тех, кто рискнул удрать и скрыться от возмездия в чащобы…
— С Кифлером? Он не с вами… — начал вопросительно, а кончил уже совсем обречённым голосом Крэйн.
— Лесной дэв, капитан. Наткнулись на такую громадину, всё вышло внезапно, он… — начинала было Арекса.
— Дэв? Это такие шестилапые крупные? — спросил капитан.
— Да, две массивные задние ноги и четыре передние руки-лапы, — ответил ему Эрвуд.
— Они как раз пробуждаются в это время года, злые и голодные, — проговорил им Рихард, тяжело вздохнув и поняв, к чему всё идёт.
— Мы пытались его спасти, — вступилась было Арекса, — Но он одним топотом сбивал нас с ног, швырял к реку… Он был таким огромным!
— Слишком огромным… — добавила заодно и Нина.
— Бедняга Кифлер, — проговорил Рихард, коснувшись своей облысевшей покрытой татуировками головы, где к вечеру будет красоваться немало новых имён, — Больше никого не видели? Это реально всё, что от нас осталось? Шесть человек из двадцати? — не мог он поверить своим глазам, припоминая павших в том и в этом бою, чтобы убедиться.
— Шесть и вы, капитан, — обняла его наконец Нина, чтобы поддержать, — Нас мало, но мы… мы сильные, — в противоречие собственным словам вновь дала она волю накопившимся слезам горя.
— Будем молиться за всех и держаться вместе, — провела по её светлым волосам Арекса, опуская свою ладонь девушке на левое плечо, слегка сжимая пальцами.
 
— Тиль, ты-то как? — обратился капитан к бледному и, казалось, едва стоявшему на ногах черноволосому бойцу.
— Да… отвратительно, — произнёс тот, не подняв даже своего сапфирового взора на своего военачальника, — Обидно ещё, что дэву не отомстили. Удрал на такой скорости… Я думал, вообще нас раздавит! — лишь сейчас со всей серьёзностью и суровостью во взгляде он посмотрел в лицо Рихарду.
— Вот это мне действительно не понравилось, — вставил свои слова Эрвуд, — Я думал, мы по пятам пойдём за этой бестией и…
— Кифлера это не вернёт, — вновь вмешалась Арекса, — Лес мы не так хорошо знаем, дэва одного от другого не отличим, все усталые после битвы и беготни за этими трусливыми корсарами.
— Да, наверное, ты и права, — кивнул Крэйн, — Подбирайте, кто что сможет, кто чего найдёт, давайте выдвигаться к замку, — скомандовал он им тихим голосом, направившись в сопровождении Нины и Ильнара в первом ряду их компании сослуживцев.
— Капитан, вы-то всех добили? Что здесь было? — интересовалась Нина, поглядывая вокруг, пытаясь отвлечься от мыслей про Кифлера и остальных погибших.
— О, вы пропустили дуэль Эйверя с адмиралом Лейтредом, — заявил тот, — Нет, убили не всех, взяли стрелков-арбалетчиков в плен и самого их главаря.
— Лейтред не умер в схватке с Эйверем? — искосила взгляд Нина, словно ей сказали, будто солнце зашло на востоке вместо запада или ещё какую-то сверх-невероятную диковинку, — Я думала, он такого бы и голыми рукам надвое разорвал бы, — произнесла она, вспоминая как жеманный лидер восставших выглядел при их встрече на берегу.
— Он бы и разорвал, да тот хитёр оказался, заболтал нашего паладина. Да и пусть король его публично казнит при напуганном народе, дабы всех успокоить, — отвечал капитан.
— Ну, может, и верно, — нехотя соглашалась златовласка.
Они помогли нескольким гвардейцам в поклажей на носилки, чтобы тем не приходилось снова их отпускать и наклоняться. Солдаты просто держали за балки, а капитан и его кадеты размещали поверх натянутой между этими брусьями ткани сложенное здесь на траве добро, принесённое из лагеря.
По большей части это были съестные припасы — груши, яблоки, сушёная рыба, вяленое мясо, так как сбором оружия занимались вокруг другие воины короля. Впереди них Эйверь о чём-то беседовал с Людвигом и Адельмаром Вершмитцами. Однако, когда кадеты проходили мимо он заметил красновласую воительницу с выбритыми висками с которой не так давно бок о бок сражался возле замка, прикрывая проход, пока шла операция по устранению баллист и «скорпионов» самострелов.
— Ты жива, приятно видеть! — улыбнулся он девушке, — Молодец!
— И я рада видеть нашего паладина в добром здравии, — кивнула она с ответной улыбкой, — Генерал, — поклонилась она и Вершмитцу с его дядей, двигаясь мимо.
— Если б за пререкания Крэйн не отправлял тебя регулярно в башню наказов, уже бы в рыцари посвятили! — говорил он ей.
Арекса и вправду при всей своей набожности имела характер упёртый, нагловатый, могла быть остра на язык со старшими по званию, в частности с капитаном, а потому наведывалась, как и ещё ряд самых озорных кадетов Шестого Взвода, в особое здание, где Эйверь и ещё несколько военачальников рассматривали их проступки и давали «наказы» — задания на свободные от тренировок дни и вечера, чтобы занять их полезной работой в искупление их различных проступков.
— Башня лишь закаляет характер, где бы я без неё была, — в шутку усмехнулась красноволосая воительница на это, отводя рыже-карий взор от серо-зелёных глаз паладина, глядящего на их проходящий мимо весьма измельчавший отряд.
 
— Хорошо справились со своей задачей, — похвалил он кадетов, — Славной вышла последняя битва!
— Старались, — отвела она взор с явной грустью, — Потерь бы поменьше ещё…
— Не затупились акинаки? — поинтересовался Эйверь.
— Не знаю, ваше превосходительство, врагов нарезали отменно, — хвалилась она, — а сейчас… может и заточу вечером.