Малыш от чужого папы. Неслучайная связь (СИ)

- Без проблем, конечно, - быстро соглашается Волков. - Вы езжайте, Артур. Я Лилию сам подвезу, не переживайте…
Чужая ладонь ложится на мою спину между лопатками. Делаю шаг в сторону, чтобы как бы невзначай сбросить ее. Олег правильно трактует мой жест - и негодует, уязвленный «отказом». Замечает каждую деталь и цербер, который и так достиг точки кипения.
- Своего помощника я отвезу сам, - выпаливает Артур. – Всего доброго, - звучит, как будто он не попрощался, а жестко послал заммэра.
Мейер обхватывает мое запястье и тянет на себя, заставляя опять утопать каблуками в песке. С трудом иду за бешеным цербером, но стараюсь игнорировать свой дискомфорт. Сейчас меня волнует другое.
- Что случилось? – выкрикиваю в широкую спину, потому что только ее и вижу, пока плетусь следом.
- Ничего, - привычно «закрывается» Мейер. - Я завезу тебя домой. Дальше сам.
- Артур, черт возьми! – вырываю ладонь из церберовской хватки и останавливаюсь. - Что случилось? Я помочь хочу, – повторяю, когда он наконец-то оглядывается. - Что-то с бусинкой? – ахаю я, прочитав в его взгляде нечто, отдаленно напоминающее страх. Так боятся за очень близких людей.
- Да. Софи пропала, - словно обухом по голове. - Эта… - сдерживается, даже находясь на грани, - …няня не досмотрела, и она сбежала. Но... - окидывает меня напряженным взглядом. - Я сам разберусь.
- Ты уже разобрался "сам", цербер! Но продолжаешь отвергать мою помощь, – повышаю голос, а сама дрожу от переживаний за бусинку. – Я еду с тобой!
  
Глава 15
 
Как только лексус останавливается у дома, бешеный цербер вылетает из него. Правда, не забывает открыть мне дверь, но, подав руку, тут же охватывает мою ладонь, рывком дергает на себя и увлекает за собой. Отпускает меня, лишь переступив порог. Взглядом ищет нерадивую няню – и буквально дуреет от злости.
- Что случилось? – гавкает Артур.
- Софи не послушалась меня, - пятится назад женщина лет сорока. – Сбежала втихаря.
- И где были вы, когда она убегала? – предъявляет с обвинением.
- Да я на одну минуту, а она… - мямлит бессвязно.
- Где именно вы ее оставили? – разгоняется Мейер.
Легко касаюсь пальцами пылающей ладони цербера, веду по тыльной стороне, а потом стискиваю его руку.
- Тише. Пока что не произошло ничего страшного, - стараюсь произнести это ровно и убедительно, хотя у самой внутри все сворачивается в узел.
Однако няне-убийство нам сегодня явно не нужно. А я чувствую, что цербер на грани. Того и гляди: сорвется с цепи и загрызет всех.
Окидываю взглядом помещение. Цепляюсь взглядом за мягкую мебель, замечаю на подушках плюшевого зайца. Того самого, с которым бусинка «терялась» в офисе Врагова. И на пирсе была с ним.
Но сейчас…
- Она здесь, - легко улыбаюсь я.
Отпустив Артура, приближаюсь к дивану и беру зайца. Свободную ладонь подношу к губам, провожу пальцами. Думаю…
- Обуви нет, - важно спорит няня. – Вон. У двери ничего. Сбежала она. На пляж, наверное.
- Они по дому в обуви ходят, - бросаю небрежно, а сама поднимаюсь по лестнице на второй этаж. – Мне кажется, бусинка спряталась где-то.
Но себя она не выдаст. Правила русской игры в прятки вызубрила наизусть.
Лихорадочно вспоминаю, что тарахтела мне бусинка во время нашей последней встречи. Так много, быстро, воодушевленно…
Она ведь что-то говорила про чердак. С видом на море…
- Артур! – разворачиваюсь резко и оказываюсь нос к носу с ним. Не заметила, как он подошел. – Где выход на чердак? - откашлявшись, отступаю назад.
- Идем, - шагает дальше по коридору.
Мельком устремляю взор на няню, которая мнется испуганно внизу, в гостиной. Жестом указываю ей на выход, а она слушается незамедлительно. Хватает сумку и буквально испаряется.
Возможно, Мейер отругает меня за это, но… сейчас нам не нужен лишний раздражитель.
Догоняю Артура и едва не впечатываюсь в его мощную спину, когда он резко останавливается. Обойдя цербера, замечаю дверцу под потолком и железную лестницу.
 
Мейер забирается на пару ступенек, толкает деревянное полотно, но оно не поддается.
- Изнутри заперто. На крючок, видимо, - сообщает, спускаясь. - Софи, открой немедленно, - повышает голос цербер.
Провожу рукой по его спине успокаивающе, но он почему-то напрягается еще сильнее. Оглядывается на меня, вынуждая растеряться и судорожно сглотнуть.
- Позволь… мне? – прошу тихо и тут же губы сжимаю в ожидании очередного грубого отказа.
Но цербер делает шаг в сторону, пропуская меня, и небрежным взмахом руки указывает на чердак.
- Бусинка? – зову вкрадчиво.
- Рыбка Лиля? – удивляется она, но тут же огрызается. – Все равно не открою.
- Вот, значит, как? – играю обиду. – Ты ведь в гости меня звала?
- Звала, - соглашается виновато.
- И теперь даже не покажешь море из твоего окошка? – закусываю губу, ожидая реакции.
Слышу щелчок металлического крючка, а следом – скрип дверки. Через образовавшуюся щель выглядывает Софи:
- Покажу, - бубнит, но косится на Артура. – Только Лиле.
Ловлю взгляд цербера, получаю молчаливое одобрение – и отвечаю улыбкой. Что же, теперь бы не подвести обоих Мейеров…
Скидываю каблуки и, держа плюшевого зайца подмышкой, поднимаюсь по неудобной железной лестнице. Юбочный костюм сковывает движения, а ступни в капроне то и дело норовят соскользнуть. Артур прав, что не разрешает Софи забираться на чердак...
Впиваюсь пальцами в холодный металл, сжимаю до побелевших костяшек. В какой-то момент ощущаю мужскую руку на своем бедре.
Если Мейер хотел поддержать меня, то сделал только хуже. Потому что теперь я дрожу еще сильнее. И не от страха упасть, отнюдь.
Делаю вдох и шустро преодолеваю оставшиеся ступеньки, залезая на чердак.
Отдаю Софи зайца, а сама сразу же заключаю ее в свои объятия.
- Бусинка, ты напугала нас, - чмокаю ее в макушку. – Нельзя прятаться, не предупредив.
- Как это? – искренне удивляется. – По правилам игры, вы должны сами меня найти.
- Но ты ведь не сказала, что мы играем, - укоризненно качаю головой.
- Думала, догадаетесь, - хмыкает, но в глаза не смотрит. - Вот, смотри, как красиво, рыбка, - ведет меня к небольшому полукруглому окну.
Садимся на гору старых, пыльных матрасов, что лежат на полу, я притягиваю Софи к себе, перебираю ее мягкие локоны.
- Красиво, - соглашаюсь, а сама на малышку смотрю.
- Мне не понравилась няня, - признается тихонько.
- Поэтому ты решила поиграть с ней в прятки? – мгновенно догадываюсь. – Как с Алиной?
- Угу, - вздыхает. – Скучно было. Папе няня отказалась звонить, когда я попросила. В общем… - моргает часто, невинно так. - Она пока у телевизора сидела, я сказала, что в туалет иду, а сама сюда прошмыгнула.
- Няня обидела тебя? – интересуюсь, а снизу доносится кашель.
Мейер все слышит. Но доверяет мне беседу с дочкой. Впервые.
- Нууу…
- Бусинка?
Разворачиваю ее лицом к себе, всматриваюсь пристально.
- Нет, но сказала, что я громкая, избалованная и непослушная. И сразу видно, что я расту без матери, - хлопает влажными ресничками. – Она права, да? Мама уехала, потому что я ее достала?
- Не права! – фыркаю убедительно. – Ты самая милая и добрая девочка из всех, кого я встречала!
- Правда? – одним вопросом сердце разрывает. - Но мама…
- В жизни случаются разные ситуации, - выкручиваюсь, как могу. – Но ты ни в чем не виновата.
- Ладно, - тянет Софи, однако не до конца мне верит.
Как же сложно. И где ее мать? Что с ней? Невозможно поверить, что она бросила дочь, тем более, такую прелестную.
 
- К папе пойдем? – предлагаю аккуратно. – Он волновался. И соскучился.
- Я тоже скучала, - надувает губки Софи. – Хочу, чтобы он чаще дома был.
Уверена, что Мейеру неприятно и больно от нашего диалога. Но и бусинке необходимо высказаться.
- Папа тоже этого хочет, но он должен зарабатывать деньги, - уговариваю ее. – Ему нелегко, ведь у него больше нет никого, кроме тебя, бусинка, - провожу ладонью по шелковистым волосам.