Хаос (ЛП)

— Как это произошло? — тихо спросила Анна.
— Как ты оказалась здесь? — выпалила я почти одновременно с ней. — В последний раз, когда я тебя видела, ты была…
— Мертва. Да. Судья выпустила меня из тёмного города.
Нож Анны вращался вдоль её пальцев, как будто был продолжением её тела. Лезвие сверкнуло в свете керосиновой лампы.
— И это стало причиной твоего плохого настроения?
Она склонила голову набок.
— Я немного не то ожидала.
— Она не отпустила тебя в Элизиум?
— Отпустила, — улыбка Анны стала горьким изгибом на её губах. — Я была так уверена, что Такеши будет ждать меня…
— Но его там не было.
Я закрыла глаза.
Такеши был капитаном Малачи и Анны, но для Анны он значил гораздо больше, чем это. Он тоже любил её, так сильно, что готов был остаться в тёмном городе с ней ещё на долгое время после того, как его освободят. Так долго, что потерял все свои силы, и не смог отбиться от Мазикинов, которые забрали его. Спустя много лет Малачи убил одержимое тело Такеши, они с Анной верили, что это освободит душу Такеши из царства Мазикинов. Но это была красивая ложь, в которую Мазикины очень хотели, чтобы Стражи поверили, потому что это делало нас более склонными убивать одержимых вместо того, чтобы заключать их в Тёмную башню, вынося им вечный приговор. Эта стратегия «убить на месте» давала Мазикиным возможность спастись, потому что мы, а особенно Малачи, чаще стремились спасти потерянных, чем наказать монстров. Когда мы открыли истину, то поняли, что все эти человеческие души на самом деле оказывались навсегда заточенными в ловушке в царстве Мазикинов.
— Я какое-то время искала Такеши, а потом поняла… что его нет в Элизиуме, — сказала Анна. — И в тот момент, когда я это осознала, передо мной возникла Пустошь.
— Что?
Я приподнялась на локте, пытаясь собрать достаточно сил, чтобы встать с кровати. Я вспомнила, что Генри говорил о Пустоши. Полное убийц. Худших из худших. И определённо не то, где я ожидала увидеть Такеши.
Анна выглядела затравленной, вспоминая это место.
— Пустошь как широкий каньон, полный безумных варваров. Горбуны и торговцы, которые пользуются уязвимостью. Волки и стервятники, которые истребляют слабых и мёртвых. Думаю, люди остаются там навсегда, умирая снова и снова ужасными способами, и каждый раз, становясь всё менее и менее человеческими, — она замолчала с сожалением. — Ну, по крайней мере, большинство из них. Так или иначе, город Мазикинов находится там, далеко в пустыне. Под куполом.
Всё сходилось с тем, что показывала мне Судья.
— Почему-то, я нутром чувствовала, что он там, — продолжала Анна. — Я хочу сказать, по какой другой причине это место появилось прямо передо мной, когда никто другой, казалось, не видел его? Вот я и пошла, — она рассмеялась и покачала головой. — Я была уверена, что просто войду туда и вытащу его.
— И всё пошло не по плану…
— Я не смогла пройти сквозь купол. Но мне удалось увидеть вещи, происходящие по ту сторону, — она встретилась со мной взглядом. — И я увидела там Малачи, — её тон снова стал резким.
Я уже долгое время мучилась догадками.
— С ним всё было в порядке?
Её нож внезапно перестал вращаться, острие было направлено прямо мне в лицо.
— Что ты сделала, Лила? Я стояла прямо там, когда он выпал из чёрной дыры на краю неба. Он тяжело ударился о землю, рухнув прямо перед городскими вратами Мазикинов. Он был голый. Ошеломлённый. Совершенно беззащитный. И они ждали. Их была целая толпа, — её голос задрожал, но она твёрдо держала нож.
Я прижала ладони к глазам, чтобы сдержать слёзы.
— Конечно, они ждали, — хрипло сказала я. — Они всё спланировали заранее.
— Но за семьдесят лет службы Малачи, они даже близко не приблизились к тому, чтобы схватить его, — голос Анны сочился обвинениями. — И поэтому, я хочу знать, как это произошло и какое отношение к этому имеешь ты.
По крайней мере, теперь я поняла, почему она метнула в меня нож.
— Ты считаешь, что это моя вина.
Её взгляд скользнул по лезвию клинка, и я подумала, не собирается ли она снова метнуть его в меня.
 
— Если это не так, ты расскажешь мне, как один из лучших Стражей, который когда-либо служил тут, теперь находится во власти существ, над которыми он доминировал десятилетиями.
Я свесила ноги с кровати.
— Если хочешь обвинить меня, валяй. Он пытался освободить пленников, которых считал людьми, не понимая, что всё это было подстроено, чтобы захватить его. Он думал, что Мазикины хотели меня, но это не так. Он был слишком занят, защищая меня, чтобы понять это.
Какое-то время мы молча смотрели друг на друга.
— Я могла это предвидеть, — тихо сказала она. — Думаю, я знала, что он был влюблён в тебя раньше, чем сам это понял.
Я нетерпеливо вытерла слезу со щеки.
— Я тоже люблю его, Анна, — я прочистила горло. — И я собираюсь освободить его. Я уже встретилась с Судьёй, и она дала мне моё задание.
Анна вскинула руки и застонала.
— Я должна была догадаться, что она вытворит нечто подобное.
— О чём ты?
— Она сказала мне, что я могу отправиться с официальным заданием в город Мазикинов. Она сказала, что у меня будет шанс вытащить Такеши. А потом она сказала, что у меня будет новый лейтенант. Я предположила, что это будет настоящий Страж.
— Анна, я Страж.
Её брови взлетели вверх.
— Что?
— Она не рассказала тебе? Последние несколько месяцев мы с Малачи провели в мире живых.
Я изложила ей весь рассказ в двух минутах, опустив всю эту жуткую драму между мной и Малачи. Мы миновали этот этап, и это было самое главное.
— Хм, — сказала она, оглядывая меня с головы до ног. — Уж это я не могла предвидеть.
— Как и я. Я сожалею о Такеши. Я очень надеюсь, что вы будете вместе после стольких лет разлуки.
— Я тоже, — пробормотала она. — Но всё так и будет. Именно поэтому я здесь.
Глядя на неё, такую яростную и сильную, я вдруг почувствовала, что это возможно. Мы вместе с ней встретимся с Мазикиными лицом к лицу, и не было никого другого, кого я предпочла бы видеть своим капитаном во время спасения Малачи.
— Она сказала тебе, что ещё нам нужно сделать?
Анна кивнула, а потом, кажется, что-то поняла.
— Эй, я думала, что ты пришла из тёмного города, но ты сказала, что возвращалась в мир живых. Так ты была среди живых. Как ты сюда попала?
— Я… Я вроде как слетела с катушек, когда Малачи забрали. И спрыгнула со скалы.
— Ты покончила с собой?
— Вроде того? У меня было предчувствие, что Рафаэль остановит меня. Это казалось самым быстрым способом добраться до Судьи. Я не могла позволить Мазикиным забрать меня. Я имею в виду, что это привело бы меня в город Мазикинов, но тогда бы в мире живых осталась одержимая Лила, бегающая по Род-Айленду, и она причинила бы боль людям, которые мне небезразличны.
Анна, наконец, убрала нож в ножны и окинула меня тяжёлым оценивающим взглядом.
— Но ты бы позволила им забрать тебя? Если бы это был единственный выход?
Я встала.
— Я бы сделала всё, что угодно. И сделаю.
Она вздохнула.
— Хорошо. Прости, что метнула в тебя нож. Просто… увидев Малачи в таком состоянии, я потеряла контроль.
У меня перехватило дыхание.
— Хочу ли я знать, что они с ним сделали?
— Ничего такого не было. Они просто подняли его и понесли в город, а он пытался бороться с ними. Именно так он и выглядел, — она поморщилась и провела рукой по лицу.
— Расскажи мне, — сказала я, и напряжение скрутило мой позвоночник, пока я не почувствовала, что он вот-вот сломается.
Она беспокойно заёрзала, глядя в пол.
 
— Он выглядел испуганным, Лила. Очень испуганным.
Я направилась к двери, не в силах больше стоять на месте.
— Мы можем идти, капитан?
Анна поднялась на ноги.
— Ты готова?
— Абсолютно, — я говорила намного увереннее, чем чувствовала себя.