Хаос (ЛП)

Кожевник и его люди подошли ближе. Глядя поверх толпы, лицо Кожевника просияло, когда он заметил Тресу. Он махнул ей рукой, но она лишь кивнула ему и схватила меня за подбородок, заставляя поднять его так, чтобы я, поверх плеч мужчин, стоявших перед нами, могла видеть Малачи. Он стоял лицом к лицу с Силом. Страж расстёгивал кандалы на ногах существа. Руки Сила уже были свободны и скребли по костяному полу, его острые как бритва когти оставляли длинные борозды. Малачи стоял и смотрел, его розовые и серебряные шрамы выделялись на оливковой коже. Выражение его лица было таким, какое я видела у него уже много раз. Полное спокойствие, полная сосредоточенность, как у паука, ожидающего вибрации в своей паутине.
И тут ноги Сила оказались свободны. Он прыгнул на Малачи, который быстро отскочил в сторону, заставив Сила врезаться в людей Кожевника, которые ударили зверя и толкнули обратно в круг. Их внимание было полностью приковано к происходящему, глаза горели жаждой крови. Мне захотелось закричать. Или заколоть кого-нибудь. Я оглянулась на Тресу. Её пристальный взгляд не отрывался от борьбы, когда она вложила что-то маленькое и холодное в мою ладонь.
Мое сердце остановилось, когда мои пальцы сомкнулись вокруг предмета.
— Смотри вперёд, — прошипела она.
Я повиновалась ей и чуть не вскрикнула, когда Сил ударил Малачи, оставив четыре красных пореза на его предплечье. Малачи поморщился от боли, а потом заблокировал ещё один удар и пнул Сила коленом в нижнюю челюсть, а затем ударил зверя локтем в макушку. Но когда Сил падал, он прошёлся когтями по бедру Малачи. Штаны Малачи мгновенно пропитались кровью, и он опустился на одно колено, оказавшись в пределах досягаемости щёлкающих зубов Сила. Они сомкнулись вокруг запястья Малачи. Сил дёрнул Малачи к полу, где два противника превратились в расплывчатое пятно крови и ненависти.
Малачи вот-вот разорвут в клочья.
Я рванула вперёд, но тут же была одернута Тресой назад.
— Нет, маленькая дурочка. Иди сейчас. Анна сказала, что ты знаешь, что с ним делать.
Я резко обернулась и уставилась на неё, когда она отпустила мою руку.
— Что ты сказала? Где Анна?
— Она была ранена, когда упала в туалетную дыру, но жива.
— Почему я должна тебе верить?
— Веришь ты мне или нет. Мне всё равно, — её взгляд скользнул поверх моего плеча на драку. — Это твой шанс, — прошипела она, кивая на гранату, которую я теперь прижимала к груди. — Такеши сказал, что она очень мощная, а Анна заявила, что ты сможешь использовать её, чтобы вытащить нас отсюда, — Треса подняла бледную бровь. — Не уж то они солгали?
Миллион вопросов пронеслось у меня в голове, об Анне и Такеши, о Тресе. Но тут Малачи закричал в агонии у меня за спиной, и я поняла, что у меня есть выбор. Попытаться спасти его… или воспользоваться этим шансом и уничтожить портал. Я протиснулась мимо Тресы, удаляясь от драки, к кружащейся, мерцающей синеве. В зале было так много людей, собравшихся посмотреть на бойню, что все прижимались плотно животами к спинам, плечом к плечу. Казалось, были слишком отвлечены дракой, чтобы обратить внимание на меня. Менее чем в десяти метрах от меня виднелась стена портала. Толпа здесь была не такой большой, потому что никто не хотел рисковать упасть и потерять свою душу.
Я знала, что как только я активирую гранату, у меня будет около десяти секунд на отход, иначе я, вероятней всего, буду уничтожена взрывом. Может, это и неплохо, если меня разнесет в клочья, я появлюсь у городских врат как раз, когда Рафаэль откроет купол. Это будет самый простой способ выбраться отсюда.
Так в чём же проблема? Это будет означать, что я оставлю Малачи, чтобы спастись самой. И я ни за что не пойду на это. А это означает, что мне придётся ждать до последней секунды, чтобы активировать её. А потом мне придётся бежать и попытаться увести Малачи в безопасное место. По радостным крикам за моей спиной я поняла, что он страдает. Я знала, что он ранен. Эти ликования только сделали меня решительнее.
Настолько решительнее, что я не заметила маячащую фигуру, которая преградила мне путь, пока я не столкнулась с ней лицом к лицу.
 
Кожевник наклонился, его горячее, вонючее дыхание ударило мне прямо в лицо.
— Что ты делаешь, малышка? — огромной рукой он обхватил мою шею, осматривая толпу. — Что ты сделала с Тресой? Как ты от неё сбежала?
Он стиснул мою шею ещё сильнее, окрашивая мой мир в красный цвет. Я сосредоточила всё своё внимание на том, чтобы крепко сжать пальцами крошечный шарик в кулаке. Похоже, он не знал, что у меня есть бомба, и это было моим единственным преимуществом в данный момент. Ну… не единственным. Я открыла рот, как будто хотела что-то сказать, и его хватка ослабла.
— Спасибо, — сказала я, делая глубокий вдох.
А потом я ударила его коленом по яйцам. Его глаза округлились, вены на висках вздулись. И тут толпа завизжала, а Сил взревел, а я бросилась на пол и заскользила по гладкой поверхности, увернувшись от краснолицего Кожевника, который попытался схватить меня. Я ползла на четвереньках, пригибаясь, пока он кричал, чтобы кто-нибудь остановил меня, его слова терялись в рычании и радостных криках толпы. Его тяжёлые шаги сотрясали землю, когда он погнался за мной. Я добралась до стены портала как раз в тот момент, когда Кожевник врезался в меня, прижав к камням. Жгучая боль пронзила мои рёбра, пальцы покалывали и онемели.
Граната покатилась по полу. Кожевник схватил меня за тунику и оттащил от стены. Я обмякла, наклонилась вперёд, моя голова болталась, пока я отчаянно искала маленькую чёрную сферу. Наконец, я нашла её, прямо у стены портала. Я пнула Кожевника, заставляя его обратить внимание на мои ноги, и подняла гранату с пола.
Прохрипев, он поднял меня в воздух. Он поднял меня над головой, и мне показалось, что моё тело переломилось пополам. Я услышала, как кто-то зовёт меня по имени, но прозвучало так далеко, словно голос звал из сна. Я уставилась на голубоватые кристаллы соли на далёком потолке.
— Ты так сильно хотела попасть в этот портал, малышка. Ну вот, пожалуйста, — сказал Кожевник между прерывистыми вздохами. — Я позволю ему разобраться с тобой.
Я вытянула шею, пытаясь в последний раз увидеть Малачи, но толпа была слишком плотной. Теперь несколько человек смотрели на нас с восхищением. Кожевник сделал шаг к водовороту, собираясь бросить меня в него.
И меня охватил тот же порыв, что и много раз в жизни. Выжить. Дать отпор. Это было то же самое чувство, которое я испытала в ту ночь, когда вернула контроль над своим телом и собой после нескольких месяцев издевательств со стороны Рика. Это было то же самое, что заставило меня швырнуть камень в голову Джури в тёмном городе. Я никогда не сдавалась, и я не позволю этому злому ублюдку быть первым, кто заставит меня сделать это. Я потянулась назад и схватила две пригоршни туники Кожевника, когда он швырнул меня вперёд. Я крепко сжала пальцы, удерживая гранату между моей ладонью и его рукавом. Он отшатнулся от стены, когда моё тело пролетело над его головой и ударилось о внутреннюю часть портала, в нескольких метрах над смертоносной студенистой слизью. Подо мной медленно кружились безжизненные, бездушные тела моей матери, Зип и Королевы. Волосы моей матери развевались вокруг неё, как облако. Её глаза были широко открыты.
Кожевник поморщился, пытаясь оторвать мои побелевшие пальцы от своей туники, а я всем своим весом потянула его вниз. Он был огромным, крепким мужчиной, но и я не была слабачкой. Я ударилась пальцами ног о каменную стену, вонзая их в трещины и используя этот рычаг, чтобы притянуть его к себе. Мои глаза встретились с его.
 
— Если я попаду туда, то и ты тоже, — сказала я, мрачное чувство победы наполнило меня, как бушующий поток.
Мне было всё равно, что я потеряю свою душу навсегда, лишь бы он пошёл ко дну вместе со мной.
— Стражи! — крикнул он, но откуда-то сверху и за моей спиной послышались радостные возгласы и пронзительный визг.