Одна кровь навеки (ЛП)

Вчера, перед отъездом, я навестила родителей Кари и Темпест, вновь сказать им, как мне жаль, и что я уезжаю, провести кое-какие семейные исследования в Шотландии. Мама Кари обняла меня, расплакалась и сказала:
— Слава Богу!
Мне стало так стыдно. Они потеряли столько же, сколько и я, и беспокоились обо мне.
А ещё я позвонила маме Джонатана, которая была немного сдержаннее, но сказала, что рада за меня. Это глупо, но я чувствовала, что не могла уйти, не поговорив с ними.
И вот я здесь.
Я просмотрела маршрут, который продумала бабушка. Может, я действительно смогу что-нибудь выяснить. Всё, что мне нужно сделать — следовать по пути, который бабушка проложила.
До меня дошло, что, возможно, бабушка сделала это для того, чтобы я создала собственное шоу, а не просто ходила по сцене. Но в данный момент, с этим сложно разобраться. У меня была машина, которую нужно забрать, и на ней посетить немалое количество церквей и приходов за несколько следующих дней. Кроме того, мне предстояла поездка на пароме, так что было с чем справиться, не погружаясь слишком глубоко в скрытые мотивы. Кроме того, если я достаточно долго выжду, она сама позвонит мне и всё расскажет, так что нет смысла портить праздник.
Я снова просмотрела маршрут. Бабушка вложила в него много времени и любви. От этого у меня на глаза навернулись слёзы. Я не заслуживала… Нет. Я перебила себя. Нужно перестать так думать. Я выглянула в окно. Вперёд. Мне нужно смотреть вперёд.
Приземлившись в Глазго, я села во взятую напрокат машину и осторожно выехала из аэропорта, придётся привыкать к левостороннему движению. Я была благодарна судьбе за то, что я летела ночью и могла вести машину днём.
Я добралась до Обана вовремя и обнаружила, что бабушка зарезервировала мне и моей маленькой машине место на пароме до городка под названием Крейнюр, хотя остановилась в пригороде, на северной стороне острова Малл. Поездка на пароме заняла меньше часа и прошла без происшествий. Паром оказался намного больше, добавляя спокойствия и безопасности. Я уже давно так себя не чувствовала. Странно, что такое ощущение накрыло меня по другую сторону океана.
Съехав с парома и свернув на Тобермори, я медленно направилась вперёд, вспоминая видео, на которое бабушка прислала ссылку о том, как ехать — а сюда вела однополосная дорога — и понимала, что веду машину, как бабушка. Ну, не моя бабушка, которая до сих пор получала, по крайней мере, один штраф за превышение скорости в год.
Тобермори, появившийся в поле зрения, выглядел прекрасно. Дома вдоль набережной стояли аккуратными, разноцветными рядами, придавая всему, даже мне, жизнерадостный вид. Я остановилась в ярко-розовом отеле прямо на берегу, который приносил толику счастья, и зарегистрировалась, чувствуя облегчение от того, что на некоторое время закончила путешествовать.
Я направилась к бару, болтая с барменом и заказывая еду. Я не была готова копаться в вещах бабушки и спросила Гейла — бармена — что намечено на сегодняшний вечер.
— Экскурсия по кладбищу, — ответил он.
Акцент у местных просто очарователен. Гейл направил меня к стойке регистрации, где я записалась на экскурсию. Получив инструкции о том, где встретиться — гиды, слава богу, отвезут нас, — я пошла спать. Освежившись и чувствуя себя лучше, я встретилась с теми, кто отправляется на экскурсию внизу у часовой башни, и мы поехали в пассажирском фургоне.
Света не было. Я обрадовалась, что не села за руль. Мы дошли до первого кладбища, и я слушала проводника, гадая, будет ли у меня возможность осмотреться. Я хотела увидеть надгробия. Свет на другой стороне улицы не давал возможности что-либо рассмотреть. Какой-то человек пробежал по небольшой рощице и перепрыгнул через каменную стену, окружавшую кладбище. Телефон выпал у меня из рук.
  
Глава 4
 
Колум
Он очень быстр, и я чувствовал, что это «он», хотя не мог казать наверняка. Вампиры не источают феромоны, как люди. Я могу не только учуять человека за милю, но и понять мужчина это или женщина, старый, молодой, больной, здоровый; запах даёт огромное количество информации таким существам, как я. Удивительно, что собаки так любят людей. Вероятно, в них ещё есть чудесный для собак аромат. Для меня они пахли едой, ну, в основном. Мне нравились дети, и ни одному ребёнку на этом острове никогда не причиняли вреда. Я постановил закон. Любой член клана, причинивший вред ребёнку, будет изгнан, а любому гостю будет запрещено возвращаться. Это маленький остров. Мы не могли позволить вампиру охотиться на ребёнка. Мы единственный клан на острове Малл, и я планировал сохранить это. Обычно большинство охотилось на материке. Меньше шансов, что тебя обнаружат.
 
Большинство гостей не нарушали правила, но иногда к нам залетала молодёжь. Я помнил те годы — вечный голод, постоянно находишься на грани того, чтобы разорвать что-то или кого-то на части. Рядом со мной не было сира, который учил бы всему, так что я мог надеться лишь на себя. Сто лет или около того в ковене в Англии помогли, но я никогда не перестану испытывать сочувствие к потерянным молодым. Даже если они нарушили мои законы. Это не означало, что я проявлю к ним милосердие, но сочувствие всегда меня подводило. Потому что большинство новых вампиров, живущие сами по себе, не выживают. Мне повезло.
Вернёмся к рассматриваемому вопросу.
Я замедлился, улавливая запахи. Мы двигались на северо-запад, в сторону Тобермори. Там будет больше людей, больше цивилизации. Нужно быть осторожным.
Ветер переменился, и я уловил запах. Следуя по нему, я вскочил на каменную стену, окружавшую кладбище Тобермори, продолжая оглядываться по сторонам.
Шёпот с другой стороны кладбища заставил остановиться.
Люди.
Дерьмо.
Я глубоко вдохнул, разбирая запахи и надеясь увидеть, что вампир пытался замаскировать себя среди людей.
Но его не было.
Я остановился… Там… был ещё… запах, который пробудил чувство, что я не могу им насытиться.
Что это? Я запрокинул голову, сосредоточившись на лёгком, пьянящем аромате, который напомнил о фруктах, цветах и тепле. У меня так громко заколотилось сердце, что я забыл, о чём думал.
Не может быть.
В последний раз моё сердце билось более трёхсот лет назад, когда я был вампиром уже двести лет. Всё началось медленно, хотя и не так медленно, и прекратилось только тогда, когда… Я покачал головой, не желая об этом думать. Этим вечером я уже нырял в прошлое. У меня не было никакого желания навещать его снова.
Я приблизился, ища источник запаха, желая увидеть, забьётся ли моё сердце снова. Я не хотел, чтобы сердцебиение было правдой — молясь, чтобы это было просто плодом моего воображения. Надеясь вопреки всему, что сердце не билось, а просто переместилось в груди. Потому что сердцебиение означало только одно. То, через что я никогда не хотел бы пройти снова. Никогда.
Небольшая группа остановилась, и все уставились на меня. Я умерил охотничьи инстинкты и улыбнулся, убедившись, что клыки спрятаны. Затем пошёл к ним, выискивая того, кто назовётся главным.
— Сэр? Могу я вам чем-нибудь помочь? — Пожилой мужчина с бородой и усами вышел вперёд. Судя по акценту, он местный.
Одна из женщин подошла ближе.
Всё могло пройти легко или плохо, в зависимости от обстоятельств.
Я надеялся. Даже несмотря на то, что госпожа Удача показывала мне средний палец. Я отказался от охоты на вечер и изобразил на лице улыбку.
  
Глава 5
  
Изабо
Я наклонилась, чтобы поднять телефон, слепо нащупывая гаджет, потому что не могла перестать пялиться на мужчину, который вроде как присоединился к нам. Он высоко задрал голову, напоминая воина тысячелетней давности с резким профилем, который подсвечивала луна. Его волосы были немного длиннее, чем у большинства парней, поэтому он стягивал их на затылке. И цвет локонов оказался светлым… светло-каштановым, быть может, или тёмно-русым. Мне захотелось провести по ним пальцами.