Императорские изгнанники (ЛП)

- Из этого можно было бы приготовить вкусный обед. Печально.
Катон глубоко вздохнул и подпнул пятками, чтобы лошадь продолжала движение. Его мысли были далеки от всякого представления об ужине из жареной свинины. Что-то напугало кабана и заставило его броситься им навстречу. Он взглянул на деревья, но движения не было видно. На небольшом расстоянии впереди дорога огибала голый, усыпанный валунами холм. Когда Катон приблизился к повороту, из-за деревьев выскочил человек и, пошатываясь, остановился. За ним шел Лупий с мечом в руке, кончик которого был направлен в спину пленника.
Катон остановил колонну и спешился, шагая вперед, чтобы встретить Лупия и его пленника. Последний был одет в темную шерстяную шкуру с поясом поверх коричневой туники. На щеках и лбу были татуировки; странные угловатые узоры, совершенно не похожие на изящные завитки, которые Катон видел на коже кельтов, с которыми он столкнулся в Британии много лет назад. Вдоль линии подбородка росла небольшая прядь волос. Кровь текла из его левого виска, где волосы были спутаны с запекшейся кровью. Вблизи Катон увидел, что это юноша, не старше пятнадцати или шестнадцати лет.
- Он следил за нами, как вы и сказали, господин, - объявил Лупий, ударив парня ногой по задней части ноги, в результате чего тот упал на колени перед Катоном. - Я пошел по его следу и некоторое время наблюдал, как он обходил колонну, чтобы убедиться, что он один, прежде чем я с ним разберусь. Его нужно было приложить рукоятью меча по уху, прежде чем он сдался. Кажется, его чувства все еще с ним, так что никакого серьезного ущерба… пока что.
Катон посмотрел на юношу. Его лицо было опущено, а руки дрожали.
- Как тебя зовут, сынок?
Юноша не ответил, и Лупий схватил его волосы на затылке свободной рукой. - Отвечай префекту, долбанный варвар.
Катон бросил на ауксиллария острый взгляд и быстро покачал головой, затем снова перевел взгляд на пленника и мягко заговорил.
- Посмотри на меня.
Юноша нерешительно поднял голову.
- Скажи мне твое имя.
Заключенный облизнулся и пробормотал что-то, чего Катон не мог уловить.
- Произнеси четко.
- Кальгарнон.
- Кальгарнон, - повторил Катон. - Ты был пойман за шпионажем за нами. Кто-нибудь из ваших прячется среди деревьев? Ты понимаешь меня? Ты говоришь на латыни?
Юноша не ответил, но Катон уловил страх, в выражении его лица и решил сыграть на этом. - Я не собираюсь тратить время на то, чтобы вежливо выпрашивать у тебя информацию. Если ты не ответишь мне прямо, я заставлю своего человека выбить ее из тебя. Ты сильно пострадаешь и рано или поздно скажешь мне то, что мне нужно знать. Выбор заключается в том, сколько мучений ты хочешь испытать, прежде чем заговорить. Я спрашиваю тебя еще раз, есть ли еще там кто-нибудь?
Мальчик стиснул челюсти и посмотрел в ответ с демонстрацией вызова. Катон вздохнул и обратился к Лупию. - Солдат, вытащи свой кинжал и отрежь этому парню уши.
Лупий ухмыльнулся, вложив меч в ножны и вытащив кинжал. Он резко схватил парня за локоны левой рукой, яростно дернул его голову набок и поднял кинжал.
- Нет! - завопил Кальгарнон, пытаясь вырваться на свободу. - Нет!
Катон поднял руку, чтобы остановить Лупия. - Ответь на мои вопросы. Правдиво. Я знаю, когда мне лгут. Я чувствую запах обмана, - он заставил себя усмехнуться. - Ты мне все расскажешь. В противном случае ты потеряешь уши… а потом твои глаза… а потом может быть и твои яйца.
Юноша болезненно заскулил, и его плечи поникли.
- Ты один?
Кальгарнон кивнул.
- Говори же. Один? Да или нет?
- Да.
- Ты случайно наткнулся на нас или тебя послали следить за нами?
- Я охотился со своим отцом. - Его акцент был гортанным, но Катон с готовностью вслушивался в него.
- Где он?
- Он сказал мне следовать за тобой, а сам пошел за остальными.
- Остальными? За кем это?
- Остальная часть военного отряда.
Катон почувствовал, как его пульс участился. - Сколько вас в отряде?
Кальгарнон тупо посмотрел на него, и Катон предположил, что он не умеет считать. Он попробовал другой подход. - Столько же человек, сколько и у меня? Или больше?
 
- Больше. Много больше.
- Где они? Как далеко? - спросил Катон, прежде чем сообразить, что вопрос может быть бессмысленным для пленника. - Дневной марш? Пол дня?
- Меньше этого.
- Как давно твой отец ушел за твоими друзьями?
- Как только мы увидели вашу колону.
- А когда это было?
- После того, как вы вошли в лес.
Лупий мягко выругался. - Это было несколько часов назад, господин. Они могут напасть на нас в любой момент. Или ждать впереди.
- Тихо! - думал Катон. Но солдат был прав. Он поставил себя на место врага и обдумал их варианты. Лучше опередить конвой и потратить время на подготовку засады, чем бросаться на фургоны и их сопровождение при первой же возможности. Если бы противник сразу же отреагировал на известие об их присутствии, они, возможно, еще и не достигли бы этой тропы. Однако если конвой двигался достаточно быстро, они могли бы их опередить.
- Лупий, свяжи мальчику руки и ноги и погрузи его в одну из повозок.
- Да, господин, - Лупий отпустил волосы Кальгарнона и ткнул его в спину кончиком кинжала. - На ноги! Двигайся! - Он повел юношу обратно по тропе к задней части колонны.
Катон позвал Массимилиана к себе. Центурион подскакал и спешился, Катон быстро проинформировал его и указал на холм, который он заметил. - Я поеду вперед, чтобы рассмотреть местность. Здесь ты берешь на себя командование. Заставь колонну двигаться максимально быстро. Пусть погонщики мулов увеличат скорость, и тогда мы сможем опередить врага.
- А если нет?
- Тогда нам придется пробиваться к форпосту. Убедись, что парни готовы к этому.
- Да, господин.
Катон вернулся к своему коню и сел в седло, удивленный новым приливом энергии. Взяв поводья, он пустил лошадь галопом и двинулся по тропе. Добравшись до подножия холма, он увидел, что его склоны усеяны валунами и небольшими камнями, с комками сухой травы и низкорослыми кустарниками, покрывающими открытую местность. Он натянул поводья и направил своего скакуна вверх по склону, пробираясь к ровной поверхности на гребне, где он остановился и окинул взглядом окружающую местность. По его оценке, с вершины холма ему открывался вид на дорогу впереди, по крайней мере, на три с половиной километра. Кое-где она исчезала под пологом леса или в складках местности, прежде чем вылезти из леса к гребню, на котором в полутора километрах от него был построен форпост. Со своей точки обзора Катон мог видеть участки земли, на которых росли деревца среди увядшего пепла и почерневших пней, оставленных лесными пожарами. Никого не было видно, и он позволил себе на мгновение надеяться, что колонна достигнет безопасного места до того, как отец Кальгарнона и его отряд догонят их. У подножия холма проезжали всадники и повозки, а погонщики мулов бежали рядом со своими упряжками, гнали их взмахами своих тонких хлыстов.
Катон крепче сжал поводья и собирался повернуть коня обратно вниз по склону, когда его внимание привлекло движение. - Тихо, полегче. - Он резко приподнялся и полуобернулся в седле, подняв руку, чтобы прикрыть глаза. Не более чем в полутора километрах от них из-за деревьев показалась группа людей, чтобы пересечь одну из расчищенных огнем опушек. Он сразу же спешился и повел свою лошадь за ближайший валун, чтобы не выдать свою позицию, наблюдая за врагом.
- Сорок … пятьдесят … - пробормотал он, оценивая их количество. – Шестьдесят…
Еще несколько человек вышло, прежде чем стали видны все силы. Шансы три к одному. Катон поморщился. Он оценил продвижение своих людей, а также направление и быстрые темпы марша противника и рассчитал, что, если они продолжат движение в том направлении, в котором они движутся сейчас, то они достигнут развилки тропы почти одновременно с колонной.
 
- Хароновы ублюдки.