Внедрение (СИ)
— Ты так говоришь, как будто сам этого хочешь.
— Да мне плевать… Меня интересует только наука.
— Ты лукавишь. Наверняка тебе хочется сменить эту скромную лачугу на добротный дом в Цитадели. Хент как-то говорил мне, что до Великой Войны у главного лекаря верховного правителя были неплохие условия проживания.
— Он всё правильно сказал, — пробормотал Валериус и задумчиво пожевал нижнюю губу. — У последнего главного лекаря Изориуса была крепкая изба. Сам я её никогда не видел, поскольку мне было запрещено появляться в Цитадели, но старый толстяк любил хвалиться своими успехами, когда время от времени появлялся на наших землях.
— У лекарей?
— Ну да. Он тогда был очень важной персоной, а я ещё молод, дерзок и, очевидно, глуп. В один прекрасный день мне так надоело его хвастовство, что я в присутствии соплеменников прямо сказал ему об этом. За что и поплатился…
— Он сурово покарал тебя?
— Покарал? — удивлённо спросил лекарь и затем улыбнулся, заметив обескураженное лицо Тима. — Прости, я совсем забыл, что ты не в курсе того, как мы жили раньше… В нашем племени не было места жестокости, и Изориус, конечно же, не собирался причинять вред своему сородичу. Он поступил иначе: моё так называемое «наказание» заключалось в том, что он выбрал другого ученика в качестве личного лекаря и будущего советника для принца Финниса, хотя изначально именно меня готовили на эту роль.
— Ты сильно сожалел, что потерял такой шанс?
— Поначалу — да, а потом был даже рад этому. Тот, другой ученик, впоследствии погиб во время кровавых событий, приведших к вторжению Клыкастых. Его, кстати, звали Леонид, как и одного из самых первых вождей ангелов. Родители у него, наверное, были большими шутниками…
— Зато теперь ты тоже советник, но уже у другого принца, вернее, верховного правителя!
— Ага, правителя… — скептически усмехнулся Валериус. — Какой из него правитель? Он своему отцу и в подмётки не годится. Одред был настоящим вождём этого мерзкого племени! И, естественно, тираном. Злобным, властным, но в то же время хитрым и изворотливым. Он никогда бы не допустил такого развития событий.
— Ты имеешь в виду нашествие армейцев?
— Именно это. Ангелы плохо с нами обращались и всячески угнетали мой народ, но явившиеся им на смену солдаты оказались ещё хуже. Они решили не канителиться с лекарями и попросту уничтожили всех. Почти всех…
— Тебе очень повезло, что ты остался жить.
— Да! Жизнь — сложная штука. В пору моей юности я презирал и ненавидел ангелов, но затем вышло так, что именно самый отвратительный из них — Артис — спас меня и взял с собой, когда сам спасался бегством.
— Но ведь он сделал это не ради тебя. Ты был ему необходим для выживания его племени. Так же, как и Кантус для Финниса.
— Этот долговязый хмырь? Он занял место Леонида, которое, между прочим, предназначалось мне!
— Я вижу, вы, лекари, не очень-то уважали друг друга.
— Балбес! — с недовольным и немного обиженным видом обронил Валериус. — Ничего ты не понимаешь. Просто мы с Кантусом были долгое время соперниками в одном научном споре. С тех пор прошло уже слишком много лет…
— Ты, похоже, сильно завидовал ему, ведь это он оказался в Последнем Убежище у Финниса, а не ты, — с саркастической улыбкой заметил Тим.
— Великий Мет! Этот сопливый юнец ещё и издевается надо мной! — возмущённо воскликнул лекарь, однако уже спустя мгновение снова успокоился и заявил: — Кантус уже давно перешёл на тёмную сторону Мета, так что давай не будем о нём. Он сполна осуществил своё предназначение.
— Тогда скажи — тебе что-нибудь известно о том, каким образом Клыкастые вторглись на земли ангелов?
— Только в общих чертах… Поговаривали, будто в то время Артису удалось захватить в плен каких-то необычных отщепенцев, которые на самом деле оказались колдунами. Благодаря им принцу удалось получить доступ на неизведанные территории, и через некоторое время это открытие привело к катастрофе.
— Ты сам-то хоть веришь этим слухам? Что в Цитадели появились колдуны?
— Нет, конечно. Я человек науки. Колдунов и ведьм не бывает.
— Но кем тогда были эти особенные пленники?
— Это загадка науки. Я пытался разговорить Артиса, но все мои усилия не принесли плодов. Наш верховный правитель предпочитает не распространяться о данном происшествии. Скорее всего, чувствует свою вину в том, что привёл собственное племя к гибели. Даже всем своим подданным запретил обсуждать это. А ты что-нибудь слышал в Убежище?
— В принципе, то же самое… Многие очевидцы тех событий погибли во время боевых действий, а оставшиеся в живых неохотно разговаривают на эту тему. Даже Бродяга не знает всей истории.
— Неудивительно. Твой друг появился уже после войны, и где он до этого пропадал, помимо него самого, только одному Мету известно. По крайней мере, мне он об этом не говорил.
— Но ведь вы же тоже друзья. И уже достаточно давно. Неужели Бродяга никогда не рассказывал о себе?
— А ты и вправду любопытный малый! Если он посчитает нужным, то сам тебе всё поведает. Наберись терпения. Он весьма непростой человек.
— Я уже заметил… Однако я всё же рад, что могу считаться его другом.
— Разумеется. Когда придёт время наступления на Цитадель, держись рядом с ним. Возможно, это сохранит тебе жизнь.
— Но как это сделать, если он в Последнем Убежище, а я здесь? — вздохнул юноша.
— Не беспокойся, совсем скоро вы воссоединитесь. Он заберёт тебя к себе в отряд.
— Тебе что-то известно?
— Естественно, ведь я советник вождя. И не смей иронизировать по этому поводу! — проворчал Валериус, заметив лёгкую улыбку на лице Тима.
— Да рассказывай уже! Что ты узнал?
— Война должна начаться со дня на день. Вчера наш гонец вернулся из Убежища и сообщил, что несколько отрядов отщепенцев идут к лагерю Финниса, чтобы поддержать его при наступлении. Вскоре ангелы Артиса встретятся с бойцами его брата, и их объединённое войско пойдет на приступ Цитадели.
— Но хватит ли у них людей для борьбы с Клыкастыми? Враги довольно многочисленны и к тому же их поддерживает Клан Всеобщей Любви…
— До Артиса дошли достоверные сведения, что у Армии Хаоса возникли серьёзные проблемы на её основных территориях. Вроде бы, какое-то сильное племя вторглось на те земли, поэтому из Цитадели отозвано большое количество воинов. Там сейчас остался лишь сравнительно небольшой гарнизон, а некоторые пограничные заставы даже заброшены из-за нехватки бойцов.
— А Клан? — с замиранием сердца спросил парень.
— Они также ушли на подмогу лордам Армии. В данный момент Цитадель и все прилежащие к ней области охраняются только солдатами.
Тим даже не знал, как воспринимать эту новость. С одной стороны, он был рад тому, что ему не придётся сражаться против Клана и, возможно, Девы-Воительницы, а с другой, до этого момента в нём ещё теплилась надежда увидеть её, но теперь, когда бойцы Клана Всеобщей Любви покинули бывший город ангелов, вероятность его встречи с ней близилась к нулю.
— Ты опасаешься, что армейцы вернутся? — неожиданно поинтересовался лекарь. Вероятно, он заметил тревогу на лице юноши, но неправильно её интерпретировал.
— А что может помешать им это сделать? — откликнулся Тим, радуясь в душе, что его собеседник не умеет читать мысли.
— Насколько мне известно, Финнис предложил после захвата Цитадели перекрыть или замуровать тот путь, по которому Клыкастые проникли на земли ангелов. Непонятно только, каким способом братья собираются осуществить задуманное. Возможно, Бродяга знает больше, хотя в последнем письме от него не было ни слова об этом плане.
— А как Артис узнал о том, что основные силы армейцев ушли из города?
— Сам не знаю… Подразумеваю, что его воины захватили в плен какого-нибудь важного Клыкастого, располагавшего данной информацией.
— Это меняет дело. Будем надеяться, что план братьев удастся, и ангелы вернут себе Цитадель. Но ведь потом им придётся делиться добычей с отщепенцами?