Внедрение (СИ)

Панель информационного экрана осветилась, и заранее установленный таймер в его углу показал, что пришло время отправляться на встречу с двумя незнакомцами. Ремар утомлённо потёр виски и встал с кресла. Ранее он намеревался идти вместе со Стефаном, но тот ещё вчера отверг его предложение, заявив, что чужаки хотели переговорить с полицейским наедине. Порой беспечность андроидов поражала ПервогоПослеВторого до глубины души. У него на родине никогда бы не допустили такого небрежного отношения к вопросам безопасности. Взаимное недоверие среди его соплеменников впитывалось с молоком матери. Хотя, конечно, существовала некоторая вероятность того, что андроиды будут наблюдать за их разговором с помощью скрытых камер, но ему в это мало верилось. Они узнали всё, что хотели, и от него, и от парня с девушкой, и на этом их интерес ко всем троим был исчерпан. Известие о том, что в Корпусе находится идентификатор, в котором, возможно, сохранена информация о местонахождении ангара, не вызвало особого восторга в Совете Республики, так как страх за благополучие своего народа уже в течение многих лет предопределял все его действия. Племя андроидов не могло позволить себе взять Крепость штурмом, а иного способа заполучить таинственный блок памяти не предвиделось, и в связи с этим подобная возможность даже не обсуждалась. Им не хватало решительности; долгая изоляция и политика невмешательства в конфликты других сообществ привела к регрессу, увяданию, некогда великого народа. Для поисковика это было очевидно, и он неоднократно обсуждал данную тему со Стефаном, но тот лишь бессильно пожимал плечами, поскольку и сам всё прекрасно понимал.
Ремар открыл дверь и вышел из помещения информационного терминала в общий коридор. Мимо него прошла девушка-андроид и кивнула ему на ходу с вежливой улыбкой на лице. Все здесь уже привыкли к бывшему полицейскому и практически не обращали на него особого внимания. Он тоже поприветствовал её лёгким кивком головы и зашагал по проходу, в стенах которого через равные промежутки располагалось множество овальных дверей, ведущих в маленькие каюты, рассчитанные на одного или двух пассажиров. Сейчас большинство из них пустовало. Вероятно, раньше, в первые дни странствия звездолёта, здесь проживали одинокие члены команды или бездетные пары. ПервыйПослеВторого уже достаточно хорошо разбирался в истории корабля и знал, что значительная часть поселенцев обитала в огромных отсеках, а для размещения экипажа и технического персонала предназначались отдельные компактные жилые комплексы. Скорее всего, один из таких комплексов и послужил пристанищем для андроидов уже столетия спустя после катастрофы.
Встретив по дороге ещё двоих спешивших по своим делам жителей Республики и обменявшись с ними короткими приветственными жестами, поисковик остановился у ничем не примечательной двери с номером «44», находившейся почти в самом конце коридора. Он осторожно постучал когтями пальцев руки по её твёрдой поверхности, хотя рядом, на уровне его груди, располагалась сенсорная панель сигнального звонка, но в целях экономии приток энергии к ней давно уже был отрезан, так же как и ко многим другим обслуживающим системам и устройствам отсека. Спустя короткое мгновение входная плита отодвинулась в сторону, вернее, была открыта одним из хозяев каюты, и Ремар шагнул внутрь помещения.
Как и следовало ожидать, их было только двое. Андроиды не собирались присутствовать на встрече людей и тем самым стеснять их, даже невзирая на то, что она состоялась на территории Республики. Светловолосая молодая женщина, стоявшая рядом со входом, молча указала рукой на кресло в центре комнаты и задвинула дверь за его спиной. ПервыйПослеВторого занял предназначенное ему место, положил руки на колени и приготовился слушать. Прямо напротив него на узкой, откидной кровати сидел стройный, совсем молодой мужчина, лет девятнадцати, одетый в кожаные штаны и куртку-безрукавку. Очевидно, он никогда ещё в своей жизни не видел представителей Корпуса — на его добродушном, открытом лице застыла маска изумления, которой он довольно-таки безуспешно пытался прикрыть невольно возникшее чувство отвращения. Поисковик усмехнулся про себя и перевёл взгляд на блондинку, успевшую уже сесть рядом с юнцом, причём опытный взгляд полицейского не мог не заметить, как подозрительно близко сидели они друг от друга, и это однозначно указывало на то, что их связывает нечто большее, чем просто общее знакомство с мёртвым андроидом.
 
Девушка могла, наверное, считаться красивой — по меркам обыкновенных людей. Ему было довольно трудно судить об этом. На его субъективный взгляд, белокурые волосы только портили впечатление, а голова без гребня и отсутствие хитиновых покровов на определённых участках тела напрочь лишали её сексуальной привлекательности. Он вспомнил нежных и чувственных женщин гарема и их тонкий, розовый хитин с восхитительным, сладостным ароматом, настойчиво сигнализирующим о готовности к спариванию. Как один из членов высшего командного состава, ПервыйПослеВторого имел редкую привилегию посещать гарем в любое время. Рядовые были лишены подобной возможности, и их визиты были строго регламентированы, что, конечно же, вызывало скрытое недовольство среди обычных полицейских с одной стороны, а с другой служило мощным манипулятивным рычагом для руководства Корпуса, и использовалось им в качестве поощрения для особо отличившихся сородичей. Неудивительно, что после успешных нападений на другие племена штурмовики, чувствуя свою безнаказанность, зачастую насиловали местных женщин. Ремару такая практика всегда казалась отвратительной, и сама мысль об этом вызывала у него тошноту.
Он не стремился начинать разговор, и блондинка, которая, несомненно, была главной в этой парочке, взяла инициативу в свои руки и произнесла:
— Здравствуй, ПервыйПослеВторого! Я не знаю, сообщили ли андроиды тебе наши имена, поэтому сначала коротко расскажу о нас: меня зовут Лена, я одна из воительниц Клана Всеобщей Любви, а рядом со мной — Тим, он также боец нашего племени. Тебе уже приходилось слышать о Клане?
— Приветствую вас, Лена и Тим! Разумеется, мне известен ваш народ, как, впрочем, и все остальные крупные племена нашего мира. Много лет уже прошло с тех пор, когда Полицейский Корпус в последний раз встречался с воинами Клана. Упоминания об этом сохранились только в летописях.
— Я слышала от вождей, что в то время наши народы были на грани истребительной войны, и чтобы избежать этого, Клан Всеобщей Любви решил покинуть границы ваших земель.
— Мне знакома немного другая версия, — улыбнулся поисковик. — Корпус вынудил вас уйти. Военачальники Клана дрогнули, когда воочию увидели мощь моего бывшего племени.
— Вот именно. Бывшего! В Совете Свободной Республики Андроидов нас известили о том, что ты добровольно покинул Полицейский Корпус. Ты — беженец.
— Вы специально пришли сюда, чтобы лишний раз мне об этом напомнить? — Улыбка исчезла с лица Ремара, и он заметил, как юноша, не промолвивший пока ни одного слова, напряг мышцы торса, словно почувствовал исходящую от полицейского угрозу.
— Вовсе нет, — быстро проговорила девушка. — Просто я хотела подчеркнуть, что мы с тобой в чём-то похожи, ведь я и Тим тоже своевольно покинули наш народ для того, чтобы осуществить свои планы.
— Что ты знаешь о моих планах?
— Только то, что ты сам соизволил рассказать андроидам. Полагаю, тебе уже известна наша история?
— Да. Я в курсе.
— Перед тем как умереть, мой друг поведал мне, что его группа, кроме него самого, насчитывала ещё семь андроидов. Все мы теперь знаем, что тот идентификатор, который ты принёс с собой, принадлежал одному из членов этой группы.
 
— Верно. Среди них была женщина-андроид Линда Тояма. Её блок памяти сейчас лежит в моём кармане. — После этой фразы пришёл черёд напрячься воительнице. ПервомуПослеВторого даже на мгновение показалась, что она намеревается наброситься на него с кулаками, и он машинально поджал ноги под кресло, чтобы быть готовым к прыжку. Однако это впечатление оказалось обманчивым.