Мошенница с Хвостом (СИ)

— Обедать!? Ха-ха-ха!!! — засмеялась бабка, — Это зелье. А на обед. Как я сказала, ты ещё не заработала.
Я посмотрела на пляшущие рядом со мной огоньки. Какая же противная эта карга! Неужели и огонькам, которые явно представляли какой-то мыслящий организм, приходится это выносить?
— Иди! — она махнула мне рукой, пока сама заходила в избушку, — Ублажи Мухталла!
— Чего!? Что!? Какой Мухталл? — я осмотрелась по сторонам. За нами кто-то бдит? Ядвига закатила глаза.
— Духи, покажите этой незрячей, где Мухталл. И пусть помоет его в болоте, как он любит. Чтобы без трясины не возвращался ко мне на поклон! — меня подотпустило. Ублажать Мухталлов всяких мне ещё не хватало!
На последних словах она развернулась и помаршировала в свой домишко. Дверь с силой захлопнулась и пыль средневековой давности поднялась столбом. Какие мы нежные! Я начала махать рукой перед носом в надежде не чихнуть, но тут случилось ЭТО. Домишко затрещало-заходило ходуном. Что бабка опять за мутные муты там мутит? Я наклонила голову набок. Послышался треск. Домик начал подниматься, и снизу показались большие грязные мужские и никакие иные ступни: такая шёлковистая-ковристая растительность в сочетании с длиной лаптей могла принадлежать только ЕМУ.
— Вот это ножки! — цокнула я, как продавец расхваливающий персик на базаре.
Домик, видимо, услышал меня и застенчиво почесался левой ступнёй о правую ногу.
Может Бэтти подмешала чего в кофе? И я сейчас вижу галлюцинации? Ущипнула себя за руку. Нет, не они.
Что ж, надо идти туда, не знаю куда, и мыть то, опять же не знаю что. Я оглянулась. Стайка светлячков медленно, словно в трансе, кружила над костром.
— Э-э-м-м-м… Духи? — неуверенно произнесла я. Ай, гулять так гулять! Надо приспосабливаться к месту своего обитания на ближайшие деньки.
Рой огоньков, поняв, что я обращаюсь к ним, подлетел ко мне. Они притормозили около меня, плавно покачиваясь. С чего ж начать?
— Дорогие духи, — я решила им поклониться в пояс. Коса разрезала воздух от скорости мого уважения, — Вы не могли бы помочь мне?
Они резко качнулись вниз и, облетев меня, направились в сторону лесной чащи. Там виднелась заросшая тропа. Я пожала плечами и последовала за ними.
Чувствую, мешок, косивший под платье, был не первой картофельной свежести, и мне тоже придётся где-нибудь подмыться в кустиках после Мухталла. Блошек-вошек мне ещё не хватало. Замечтавшись о водоёме с тёплой, как парное молочко, и одновременно прозрачной, словно слёзы младенца, водой, я забылась. А зря. С вскриком дикого кабанчика, я споткнулась о коренья и совсем неженственно упала на землю, поранив колено.
— Ну… Шелупонь эдакая! — гаркнула я и со стоном перевернулась на спину. Отрешенно заметила, что небо такое же как у нас на Земле.
Я села и склонилась над правой ногой. Колено было разодрано, из него сочилась кровь. Цэ чУдно! А вдруг этот Махмут плотоядный? Тяжко вздохнула. Яркая стайка притормозила и зависла надо мной. Затем, словно нерешительный ребёнок, чуть приблизилась ко мне.
— Надеяться на перекись водорода или стрептоцид в этих краях не стоит, да? — спросила скорее я себя, чем их.
Вдруг несколько светлячков отделились от общей массы и подлетели к колену. Они притормозили, а затем чуть качнулись вверх, как бы спрашивая разрешения.
— А чего нам, собственно, терять? — пробормотала я и кивнула.
Щепотка огоньков спикировала на рану. Поначалу я ничего не чувствовала, а вот потом… Захотелось проораться на всю присутствующую флору и фауну. Рана, словно свиное сальцо на раскалённой сковородке, начала шипеть и жечься. На долю секунды показалось, что я потеряю сознание. Затем всё резко прекратилось. Я приоткрыла один глаз и посмотрела вниз — лишь небольшой участок новой розовой кожи напоминал о произошедшем.
— Оу, — стайка вернулась в “строй”, — Благодарствую, лесные духи! Это невероятно! — воскликнула я и встала на ноги. Во всём теле ощущалась лёгкость.
Огоньки качнулись и полетели дальше. Мне ничего не оставалось делать, как последовать за ними.
 
Смеркалось. Мы заходили всё глубже в лес. Воздух был преисполнен влагой. Вдали показалось болото.
— Ребята, а мы точно по адресу идём? — с сомнением протянула я.
Внезапно послышался всплеск и из зелёных вод, под местным аналогом “плакучей” ивы, появилось нечто. И оно смотрело на меня огроменнийшими глазами, как у совы, размером с мамонта.
— О... Мой… Бог! — прошептала я, делая шаг назад.
— Да не Бох я! Дух я! Мухталл! — хрипящие “х-х-х” и шелестящее “ш-ш-ш” словно лёгкий ветерок шли от этого существа.
  
Глава 17
 
Я не убежала с диким криком только потому, что светлячки подлетели к этому… чудищу и стали вокруг него кружить, будто бы радуясь встрече.
— Что, малыши, — послышался добрый смех, — Загоняла вас Ядвига?
Они качнулись, соглашаясь. Ну и дела! Я откашлялась.
— Вы… Вы Мухталл? — скажи нет. Пожалуйста, скажи нет. Я не хочу его мыть.
— Да. А ты кто у нас? — Мухталл начал выбираться из трясины, — Новая Кикимора, а-ль Ведьма какая?
— Я Саша, — запнулась, — Человек.
— Ты такой же человек, как я выдра-колдун, — вновь засмеялся он.
— Что Вы имеете в виду? — может он того? Чик-чирик?
Наконец он выбрался из воды и предстал передо мной. Первое что пришло мне на ум — это было что-то между лешим и водяным: длинные седые волосы, спутанные в колтуны, тело цвета пожухлого мха, грузная фигура, и чуть светящиеся глаза. Кстати, одет он был также в мешок. Мода у них такая что ли? Представляю показы местной Дольчихи и Хофняны… “Скот и его приспешники”.
— А ты посмотри на себя в водную гладь, и скажи мне, кто ты есть, — он сделал приглашающий жест рукой в сторону болота.
Ладненько. Осторожно приблизилась к берегу и наклонилась над водой.
— Мамочки! — пропищала я, потянувшись руками к своему лицу.
Мои глаза светились! Они источали мягкое желтое свечение. Совсем как… Я посмотрела на светлячков.
— Но… Как? Зачем?
— Милочка, в смысле зачем? Ты получила благословение высших лесных духов! — как само собой разумеющееся заявил Мухталл.
На задворках сознания пронеслась шальная мысль, что бабка меня прибьёт: скажет, что за русалка с такими фарами!
— Они теперь всегда будут светиться? — я снова взглянула на себя.
— Нет, конечно! Ишь чего захотела! — опять засмеялся Дух, и деревья будто бы поддержали его смех своим лёгким покачиванием, — А ты неместная? — он заинтересованно посмотрел на меня.
— Нет, — развела руками, — Меня вообще сюда Ядвига направила. Сказала вымыть… Вас.
— Милочка, ты что! Мыть надо не меня, а мои волосы, — и он, как заправская модель, лёгким движением руки отбросил свои колтуны за спину.
Сказать, что морально мне стало легче — ничего не сказать.
— Что ж, — я оглянулась, — Где у Вас мыло или шампунь?
— Что? — не понял он.
— Чем мыть Вашу шевелюру?
— Тиной и водорослями, — дрожь пробежала по телу. Мне за ними ещё нырять, да?
— Ясненько, — с натянутой улыбкой я подошла ближе, — А где эти компоненты я могу взять?
Мухталл многозначительно кивнул в сторону воды. Понятно. Сегодня я не то что не помоюсь, я уйду отсюда, скорее всего, с пиявками. Ох уж эти кемпинги и любовь к природно-болотному! Но ломаться долго не пришлось. Как говорится, хозяин — барин. Хочет водоросли? Он их получит. Мне надо скорее заработать на еду, ибо желудок уже поёт песнь белуги.
После заплыва на болотной дистанции, я постаралась максимально распутать ужасные колтуны. Вспомнились мамины детские-утренние расчёсывания перед садиком с вечными угрозами отрезать все косы к чертям собачьим. Ничего, отбоялись своё, отплакались. Но Мухталлу ещё повезло: тина добавила некое скольжение, и с горем пополам нам удалось распутаться. Далее мы промывали шевелюру в роднике. Мухталл сопротивлялся, но я стояла стеной. Вонь от болота стояла душещипательная — настолько сильно пробирала, а родник был хотя бы без омбре.