Мошенница с Хвостом (СИ)

Я посмотрела на женщину. Красивая, холёная, с коготочками и перстнями на пальчиках. Она так ворковала с их детьми, не замечая похотливую нечистоплотную субстанцию рядом, что мне стало грустно. Хотелось бы, конечно, открыть ей глаза на происходящее, но кто знает, может быть ей всё равно, или она знает, но её это устраивает. Инициатива, как мы все знаем, наказуема.
Буду ли я скучать по всему этому? Определённо нет.
Наконец объявили посадку. Я заплатила, встала, расправила плечи, и, взяв свою ручную кладь, пошла на встречу своему будущему.
  
Глава 5
 
Аэропорт имени Кеннеди встретил меня английской речью и толпами народа. Как же хорошо, что я знаю язык, спасибо программированию, что дало старт к изучению. Мурашки стадом пронеслись по моему телу, закончив своё шествие где-то в районе копчика. Если бы у меня был хвост, то явно он бы сейчас задёргался, сшибая всё вокруг, как у собаки при виде тарелки хозяина с мясистеньким наполнением. Это так волнительно. Как будто лично ты сам отрезал пуповину и вырвался в совершенно другой мир.
Получив свои чемоданы, я вышла из здания аэропорта и всеми лёгкими вдохнула запах этого города. Мечты сбываются! И это отнюдь не газовая колонка с синим логотипом. Ты сам творец своей судьбы.
Посмотрела на местных обывателей — все голосовали пальцем вверх. Окей, будем сливаться с толпой. Знаю, что такси здесь в разы-разы дороже, чем у нас, поэтому на прозапас отложила сразу 500 баксов. К удивлению, поймала быстро. Какой-то индус мне что-то невнятно ответил, как бы согласившись, когда я назвала адрес института. Мы сторговались. Дверь захлопнулась. Он выразительно посмотрел на меня и спросил, может ли включить свой плейлист. Я согласилась. И под интенсивные звуки болливуда “такияри-такияри-у-у-у-у-махачхуру-у-у” мы сиганули с парковки аэропорта. Мне стало дико смешно. Вот она страна настоящих контрастов!
И пока мы ехали в этой индийской звуковой вакханалии, я, не замечая, как это случилось, начала пританцовывать. Довольный индус, аки бес в жаровне, тоже начал пританцовывать и с улыбкой посматривать на меня в зеркало заднего вида, поочерёдно приподнимая брови, заманивая в чертоги своих колоритных покровов… Я подумала, что как-то резко может моё путешествие может поменять своё направление в сторону Индийского Океана — поэтому я переключилась на виды за окном, погрузившись в небольшой анализ всей сложившейся ситуации. Ещё год назад, в каком-то паблике известной соцсети я просмотрела умозаключения экстравагантной психологини, что если мы движемся в сторону своего предназначения, в сторону того, что нам истинно важно, то жизнь будет предлагать возможности реализации задуманного. Что ж, очевидно я на своём пути. Я засмеялась. Надеюсь, таксист не сочтёт меня сумасшедшей или что ещё хуже влюблённой в его плейлист. Я просто счастливый человек, воплотивший свою мечту в жизнь, пусть и не совсем обычным способом.
Машина остановилась недалеко от контрольно-пропускного пункта. Игривый индус помог мне вытащить свои пожитки из багажника, я дала ему на лапу больше, чем запросил, всё-таки музыка объединяет, и был таков. Кое-как дотащила два чемодана и рюкзак до проходной. Ко мне вышел сотрудник безопасности, задал стандартные вопросы, и проверил мои документы, прежде чем пропустить меня за ворота.
— Девушка, Вы понесёте это всё сама? — он посмотрел на меня как на ненормальную.
— Да, — я не могла понять, чего он от меня хочет.
— Стойте! — он воскликнул, когда я закинула рюкзак на плечи, — Ребята! Помогите этой мисс дойти до общежития, — он окликнул двух проходящих мимо нас парней. Я внутренне приготовилась услышать что-то русское типа “Сама собрала свои манатки, вот пусть и тащит это всё на своей хребтине тоже сама!” ну или хотя бы движение глаз, вышедших из орбит от возмущения. Но, о чудо, они просто широко улыбнулись и направились к нам.
— Да, сэр! — шатен кивнул сотруднику охраны, потом обратился к своему другу, — Рик, возьми вот тот чемодан, — А я возьму вот это, — он указал на моего “мастодонта”, — далее он протянул мне руку, обворожительно улыбнувшись, — Мисс, позволите?
 
Я стояла в ступоре, наконец-то встретившись не с языковым барьером, а с культурно-офигительными-парнями!!! Красив как Апполон. Галантен как чёртов денди. Передо мной стояла ПОРОДА.
— Давайте мне ещё и Ваш рюкзак, — он решил спросить ещё раз, — Он же, наверняка, тяжёлый, — я покорно сняла с плеч сумку и протянула ему. Чувствую, что щёки вспыхнули как пламя, отразив ситуацию в сердце.
— Спасибо, — прохрипела я. Интересно, он не подошёл ко мне ближе из-за феминизма? Из-за того, что я могу обидеться? Как же многое мне предстоит узнать!
— Не переживайте, Мисс, — он улыбнулся так… Может меня вся жизнь готовила к этому моменту? К нему? — Нам туда, — парень задержал свой взгляд на мне более положенного, неохотно переключился на мои бумаги, мотнул головой в сторону, и мы, странной для меня компанией двинулись в сторону общежития.
Кампус был невероятным: архитектура, зелёные лужайки, на которых кучками расположились студенты, всюду приветливые лица. Это был город в городе. На глаза навернулись слёзы. В каком же Мухосранске мы жили, даже не позволяя себе поваляться на травке в солнечный день около дома на лужайке?
— Как тебя зовут? — всё также белозубо улыбался шатен.
— Саша, — чуть подумала. Надо же адаптировать своё имя под нынешние реалии, — Точнее, Алекс.
— Класс! Я — Саймон, это Рик, — он обернулся на парня, что подкатывал к нам мой второй чемодан, — А ты откуда?
— Россия, — я улыбнулась. Надеюсь, на меня не вывалят гору стереотипов о русских. Господи, прошу, не надо!
— О-о-о, — удивился Саймон. Уверена, если бы я достала ещё свой кэш, то он бы схватился за пушку. Они тут уверены, что кэш у русского — признак мафиози, — А я из Бостона.
Так за незамысловатой беседой, где я узнала, что ребята учатся на юриспруденции, мы дошли до места назначения.
— К сожалению, дальше нас не пропустят, — моя бровь взлетела, — Парней не пускают в женскую часть общежития, — он усмехнулся, — Ты есть в Инсте?
— Нет, — да и зачем она мне? Свои криминальные делишки постить? Типа хэштег_сегодня_ещё_одному_подрезали_яйца и моя счастливая улыбка?
— Фейсбук? — а “порода” напористая. Мне нравится. Я улыбнулась:
— Есть.
Он под моим руководством нашел меня в этой социальной сети, добавился в друзья и… Решил совсем добить:
— Вот и отлично! — сказал он, когда убедился, что я одобрила его заявку в друзья, — Если будут какие-либо вопросы, проблемы или что-нибудь ещё, то пиши. С удовольствием помогу. Или даже просто захочется с кем-нибудь выпить кофе. Например, сегодня вечером. Ты как? — я думала, что видела всё, но я сильно ошибалась. Я не понимала, он настолько галантен, это просто жест культурной вежливости, или я действительно его зацепила. Я решила действовать честностью, как обычно.
— Саймон, — я улыбнулась широко, — Ты мне понравился, — Саймон округлил глаза. Моё сердце замерло, но я решила добить последний гвоздь в свой гроб, — Даже очень. Но так как я плохо знаю культуру, я боюсь совершить культурную ошибку, которая может тебя обидеть. Поэтому если ты пригласил меня на кофе, потому что это жест вежливости — я скажу “спасибо” и откажусь, но если ты действительно хочешь со мной встретиться, то давай сделаем это на этом месте в десять вечера. Ты угощаешь, — он попытался что-то сказать, но я поднесла указательный пальчик к губам, — Тссс!!! Подумай! — и развернувшись, от бедра, насколько позволяли сумки, я пошла в свою обитель.
 
Саймон сглотнул, смотря идеальному телу вслед. “Русская девушка” и взаправду слишком красивый, слишком умный, слишком женственный, слишком мягкий стереотип, чтобы быть правдой. И… Хочется верить, что он выиграл в русскую рулетку. Он придёт. Придёт во что бы то ни стало.
  
Глава 6
 
Я поднялась на третий этаж, еле волоча по ступенькам свои пожитки. В поту, в соли, с высунутым языком — леди-бомж на пятиборье, одним словом. Когда я подошла к нужной комнате 312A — я увидела лифт, который был фактически напротив. Твою ж за ляжку! Я со звуком дунула на пару выпавших из косы прядок на лицо и пнула “мастодонта”. Дверь в комнату открыли. Крупная и нереально колоритная афроамериканка с розовыми дредами, длиннющими зелёными неоновыми когтями, жуя жвачку, посмотрела на меня словно на мышь в церковном хоре, снизу-вверх.