Лекарства Фронтира (СИ)

Олег ожидал, что тварь после атаки на эрзац-крейсер переключится на уничтожение находящихся на земле людей, которых она способна стоптать просто мимоходом, а может быть и на охоту за ним лично, однако на сей раз чародей ошибся. Развернувшись на одном месте и мимоходом завалив чей-то домишко легким ударом крупа, гигантский кабан…Прыгнул. Или уж скорее стартовал, оставив в земле глубокие выбоины от всех своих четырех копыт и разбрасывая в стороны комья грунта по несколько центнеров весом. Олег не знал, способны ли нормальные дикие свиньи вообще хоть на какую-нибудь подобную акробатику, но этот их дальний родственник определенно мог бы сбивать драконов на лету. Ведь взмыл в воздух он не просто так, а метя своей похожей на клин мордой в брюхо церковного крейсера, как раз сейчас пытающегося развернуться в сторону животного своим главным калибром, а именно скрытой световой пушкой. Разумеется, на его пути встал магический щит. Разумеется, разбился тот словно стекло, в которое влетела даже не пуля, а настоящий крупнокалиберный снаряд. Столкновение в очередной раз засветившегося лба монстра с корпусом корабля окончилось боевой ничьей. Зверюга шлепнулась обратно на землю, причем именно шлепнулась, а не изящно приземлилась на все четыре лапы, мимоходом раздавив хребтом сразу два или три дома и подставив под удары относительно уязвимое брюхо. Ну а судно, вращаясь вокруг собственной оси, отлетело вверх и в сторону, украсившись глубоким рваным проломом.
— Обездвижить его и выпотрошить, пока не перевернулся! — Скомандовал непонятно кому Олег, взлетая в воздух и посылая в рыже-коричневое брюхо максимально огромный комок воды, который он только мог не то создать, не то конденсировать из атмосферы. На земле, как ни крути, находиться было опаснее, а гоняться за каждой отдельной мошкой чудище могло и полениться…Во всяком случае, когда рядом столько целей покрупнее и, чего уж греха таить, поопаснее. Повинуясь воле чародея, жидкость окутала часть тела монстра и немедленно обернулась льдом, соединяющим воедино устойчивую к прямым магическим атакам шерсть с землей…Вот только эти сверкающие на солнце оковы растаяли без следа, когда практически в то же место ударил непрерывный поток пламени, источником которого служил также поднявшийся в небо отец Сергий. — Какого черта ты творишь?!
— Не учи меня! — Огрызнулся церковник, продолжая выдавать пламя, в котором без следа сгорел бы и стальной доспех, но рыжая шерсть даже и не думала обугливаться. Олег мысленно сократил список подозреваемых до всего одной персоны, той которая владела бревенчатой избушкой и украденным драконом. Даже если срок жизни чудо-юдо-кабана исчислялся лишь парой суток, он все равно оставался шедевром, достойным только и исключительно архимага-химеролога, а личи до такой планки дотянуть не могли чисто физически в силу особенностей существования, изрядно затрудняющих мертвым колдунам манипуляции Жизнью. Биллер же, как и любой другой мамонт-лич, мог поспорить с одаренными восьмого ранга в геомантии и некромантии, и пусть гибриды людей с ископаемыми слонами великолепно умели управлять уже имеющимися сибирскими монстрами, но вот сотворения новых существ за ними как-то не отмечалось. Тем более, подобного класса опасности. Видимо неведомый Бессмертный, которого переполох в городе заставил не то очнуться, не то ненадолго воскреснуть, сохранил достаточно разума, чтобы не только осознать потерю трехголового домашнего питомца, но и всерьез обидеться. — Единственный шанс преодолеть магическое сопротивление этого исчадья адских свиноферм — заставить его ауру страдать от резонанса! Шарашь его своей темной магией, чернокнижник, да так чтоб посильнее вцепилось! Ну а уж с выжиганием скверны не заржавеет…
Количество бьющих по твари со всех сторон атак, основанных именно на магии света, действительно было таким, что просто резало глаза. К сожалению, исполинский вепрь не спешил от них рассыпаться в прах или хотя бы местами обугливаться — ну не был он нежитью или демоном, против которых силы священников показывали максимальную свою эффективность, да вдобавок оказался защищен от враждебных чар по высшим стандартам царства Кащеева. Выстрелы из автоматического оружия и заклинания из носимых с собою боевых артефактов, щедро отправляемые в агрессора командой Олега, производили на тварь не большее впечатление, чем снежинки в лицо. Монстр щурился, ведь в глаза ему метил каждый, кто имел хотя бы теоретическую возможность их выбить…Но пули и низшая магия по какой-то причине не могли ему толком даже веки поцарапать! Артиллеристы на борту эсминцев могли бы показать куда лучшие результаты…Если бы они шевелились быстрее. А еще не умудрялись позорно мазать даже с такой смехотворной дистанции. Несмотря на то, что кверху пузом исполинский монстр лежал уже вполне достаточно времени, в это самое пузо до сих пор прилетел от силы десяток пушечных выстрелов. Ядра пробивали шкуру и углублялись в плоть, а через несколько мгновений начинали выдавливаться обратно стремительно нарастающим мясом и по бокам чудовища скатывались на землю. И то половина попаданий была вообще-то на совести местного гарнизона, удивительно ловко управляющегося со своими небольшими орудиями.
 
Монстр давно уже успел прийти в себя после небольшого оглушения и теперь извивался как бешенный, дрыгая всеми имеющимися лапами словно перевернутый жук, однако перевернуться в нормальное положение до сих пор не мог. Какие бы метаморфозы не прошло его тело, но они не были так же совершенны, как результат тысячелетий эволюции и безжалостного естественного отбора, взамен размеров и запредельной прочности забрав у животного немалую часть природной ловкости и гибкости. Наконец, случайно добравшись до внутренней стены в ходе своих трепыханий, исполинский кабан получил точку опоры, перевернулся…И постепенно ускоряющейся рысью припустил вдоль не по прямой, развернувшись тылом к Олегу и всем прочим волшебникам, не прекращавшим бомбардировку твари заклинаниями ни на миг. На пути монстра внезапно прямо из воздуха возник отец Варфоломей, видимо выбравшийся из завалившейся на бок «Тигрицы». И сказал он только одно слово: «Спать!». Вот только обладало оно такой силой, что буквально все люди, да и не только люди в зоне видимости единомометно зевнули. А исполинская свинья так и вовсе захрапела…Прямо на бегу. И так же на бегу, не остановившись и не сбившись с курса, мимоходом отфутболила далеко в сторону непонятного церковника, вроде бы обладающего скромным третьим рангом, но в то же время командующего куда более сильными священниками и способного на площадные воздействия, игнорирующие чужую защиту. С воплем, дымом и реактивной струей отец Сергий рванул наперерез своему то ли коллеге, то ли начальнику и даже смог его поймать раньше, чем тот оказался размазан о землю. Вот только состояние Варфоломея в данный момент лучшего всего описывалось фразой: «мешок с костями», судя по тому, насколько неправильно были выгнуты его руки и деформирована грудная клетка. Монстр же встрепенулся всем телом, стремительно приходя в себя, а после припустил еще быстрее, без малейших усилий пробив своим рылом частокол.
— Чудище убегает! — Громко возрадовался на стене кто-то из местных стрельцов, от избытка чувств даже подбрасывая в воздух свою красную шапку. Правда всем остальным было не до ликования. Солдаты гарнизона в ужасе взирали на разрушения, оставшиеся после совсем недолгой схватки, ну а практически все церковники перестали поливать заклятьями тыл удаляющегося монстра и побежали искать свое начальство, которое пролетев по воздуху метров пятьдесят шлепнулось в чей-то сарай, пробив собою крышу. Обычный человек после такого почти наверняка бы оказался размазан в лепешку, но одаренный, даже если он действительно имел всего лишь третий ранг, имел неплохие шансы не выжить, так не подохнуть мгновенно и дотянуть до помощи профессионального целителя.
 
— Нет, оно не убегает, — едва слышно возразил ему чародей, чье чувство опасности весьма уверенно заявляло: неприятности еще не закончились, и риск потерять голову так никуда и не делся. С церковного крейсера наконец-то заработали пушки, однако артиллеристы мазали совсем уж безбожно! Или…Просто нечто снаряды в сторону отводило? То, что Олег не видел работы стандартных защитных барьеров или каких-то маготехнологичных включений в организм гигантской карательной свиньи, вовсе не означало, что Бессмертный не пожелал придать своему творению определенную степень защищенности несмотря на всю его одноразовость. — Оно вышло на открытую местность, чтобы набрать разгон!