Достигнуть границ (СИ)

Я вытащил из ящика стола несколько облигаций. Скоро их заменят на другие. Такую систему предложил сам Черкасский — новые облигации, имеющие тот же рисунок, что и предыдущая партия — не выпускались. Войдя в оборот, они постепенно трепались и изымались Монетным двором, из хождения. Таким образом Черкасский пытался избежать фальшивок. Довольно грамотное решение — новыми могли быть лишь облигации, выпущенные Монетным двором одной единственной партией. Закрыв стол, я встал и подошел к карте, которую уже исчеркал всю вдоль и поперек. Надо бы новую наказать повесить.
Ткнув пальцем в Калифорнийский берег, я принялся его разглядывать. Вот здесь, здесь и здесь нужно уже сейчас закладывать порты: я снова посмотрел на те места, где располагались известные мне Лос-Анжелес, Ричмонд и Окленд. Естественно названиях у этих портов, а соответственно городов сейчас будут совершенно другими. Скоро там должен пройти Беренг. Он подходит к делу ответственно, и вместе с Козыревским сумеет составить прекрасную карту побережья, а когда они вернутся, а отправлю Козыревского обратно. Он имеет прекрасные лидерские качества, необходимые для первопроходца. Да и не нужно дразнить Синод лишний раз, для которого он как бельмо на глазу. Козыревский — личность неординарная и просто сгноить его в тюрьме или на каторге — это непростительное расточительство, особенно в случае тотального дефицита кадров.
Я провел пальцем по западному побережью обеих Америк. Вот здесь теперь территория, принадлежащая Российскому государству. Я честно ее купил: не аннексировал, не завоевал, а купил, и это дает мне определенные преимущества. Всего лишь сделка, вполне законная, а потому не предусматривающая пересмотра.
Также мне в качестве бонуса отдавали Галапагосские острова. Ну, я понимаю испанцев. Чтобы их как-то использовать, нужно сначала пиратов оттуда выбить. Занятие, которое можно назвать бесполезным, потому что бороться с пиратами, почти тоже самое, что бороться с тараканами, все равно откуда-то наползут, чаще всего от соседей. Но это уже проблема Долгорукого. Формальности я утряс, а ежели он хочет там нормально устроиться, то проявит все свои знания и умения на полную мощность, дабы жизнь эта была приятной во всех смыслах. Уж фантазии и упорства Ваньке не занимать, одна афера с поддельным завещанием чего стоит.
Правда, теперь Долгорукого нужно было еще дождаться. Он составил компанию Петьке Шереметьеву, отправившемуся к казачьему атаману Лопатину Андрею Ивановичу.
Гонец утром принес весть, что Барятинскому удалось воспользоваться отсутствием большей части крымского войска во главе с ханом, занял Перекоп, и теперь там ожидал Ласси. Шереметьева и Долгорукого в составе армии не было, они уже отделились, направляясь со взводом драгун к Лопатину, и известий от них я не получал давно. Настолько давно, что уже начинал нервничать.
Трубецкой зарылся по уши, пытаясь разгрести сложные взаимоотношения шляхты с окружающим миром. Отношения эти настолько радовали Никиту Юрьевича, что он дважды прислал уже письма-отчеты, в которых проскальзывали нецензурные выражения, которые он от переполнявших его чувств был не в силах даже затереть. Хорошо еще, что самая непримиримая часть его новых подопечных либо осталась, либо ушла к Варшаве и западнее, на земли, которые сейчас принадлежали Пруссии, согласно Варшавскому договору.
И лишь Фридрих гордо шел по Финляндии, неторопливым шагом, забирая все больше и больше территорий, которые, если честно и не сопротивлялись особо, потому что защищать их было некому. Думаю, такими темпами к зиме можно объявлять бывшее Финское княжество Финской губернией, не дожидаясь подписания мирного договора, и ставить генерал-губернатором Фридриха. По размерам эта территория будет как бы не побольше не доставшейся ему Пруссии; от начальства, то бишь от меня далеко, живи — не хочу. Пускай на флейтах для своей польской шлюшки играет, и проводит испытания своих в большинстве своем разумных теорий в полевых условиях. Я же собираюсь вместе с генерал-губернаторством предоставить ему полную свободу действий в качестве внедрения нововведений, как он их видит. Это будет своеобразный полигон, потому что, сдается мне, что в отсутствие бесконечных войн и дележа чьих-то наследств, Фридрих способен на еще более грамотные и весьма своевременные реформы, чем те, коими он славился в моем мире. Ну а я буду запрашивать отчеты, посылать проверяющих время от времени и, если меня что-то заинтересует, то это вполне можно попробовать внедрить в практику во всей Российской империи.
 
Я вздохнул. В моей жизни и правлении наступил тот момент, когда дел наваливалось столько, что они грозили погрести меня под собой. Я элементарно не успевал за постоянно меняющейся обстановкой. И сейчас, когда, наконец-то начали появляться способные и талантливые люди, способные проявить себя на управленческой стези, я начал задумываться о создании какого-нибудь законодательного органа. При этом Парламент меня категорически не устраивал, так же как различные Думы. Я вовсе не был шовинистом, но никогда не считал, что кухарка может чем-то управлять, кроме своей кухни. И то, чаще всего, лучшие кухни находятся под руководством шеф-поваров, а вовсе не кухарок. Наиболее оптимально было бы создать нечто достаточно компактное на основе Императорской канцелярии, с введением званий титулярных советников — мне просто нравилось, как это звучит. Вот эти самые титулярные советники и составят законодательный кабинет. Проекты законов они будут составлять для различных ситуаций, которые им будет определять Кабинет министров и лично император, а затем представлять эти проекты на заседаниях Кабинета министров в присутствие императора. Тут же будут вноситься поправки и на следующем заседании процедура повторится. Когда будут учтены все нюансы, вот тогда законы будут переписаны набело, пропечатаны в газете и вступят в силу. Как по мне, то это было пока оптимальная система. Исключающее то, что я наблюдал, причем неоднократно. Большинством голосов примут какую-нибудь ересь, иногда даже не читая, а потом начинают поправки вносить. Нет, чтобы один раз все разобрать как следует по пунктам, и больше к этим вопросам не возвращаться. Нет же. Надо обязательно создать трудности, чтобы их потом героически преодолевать. А самый главный парадокс, прямо-таки вишенка на торте: те многолюдные, неповоротливые структуры, которые я не хотел возрождать просто категорически, забывали, причем очень часто отменять действие предыдущего закона, и однажды наступал момент, когда два этих закона, старый, который все еще был действителен и новый, вступали в конфликт противоречий, потому что они чаще всего противоречили друг другу. Веселуха от этого обычно прет такая, что даже в сказке не сказать. Конечно, кому-то такое положение дел возможно доставляет определенное извращенное удовольствие, но мне нет. Поэтому я рискну сделать так, как планирую, тем более, что список кандидатов в титулярные советники уже готов, и скоро я выдвину его на обсуждение кабинета министров.
— Государь, Петр Алексеевич, — Митька проскользнул в кабинет практически неслышно. А ведь когда-то топал как слон, так и норовя что-нибудь свалить по ходу своего движения. Он вообще мало теперь напоминал того парнишку, который следил за печкой в моей карете. Только что такой же рыжий остался. Цепкий, словно бы сканирующий взгляд, плавные движения… Я знаю, что Ушаков готовит его себе на замену и могу только надеяться, что потребность в такой замене произойдет не скоро, потому что плохо представляю, что я буду делать без одного из них.
 
— Я просил меня не беспокоить, — не оборачиваясь, произнес я, не отрывая взгляда от карты, пытаясь представить, где сейчас находится совместная русско-французская флотилия в приличное такое количество вымпелов. Дошли ли они до первых островов? А если дошли, то что там обнаружили? Когда у меня родится сын, и станет взрослым, я-то еще буду в самом соку. Тогда я оставлю его и.о. императора и рвану вместе с Филиппой на Гавайи. Всегда хотел побывать на Гавайях. А за то время, пока мы туда доберемся, пока накупаемся в океане вдоволь, пока вернемся обратно, станет ясно, может ли наше чадо править. Ну тут все просто: если мы вернемся, а в стране будет все тихо-мирно, никаких войн и катаклизмов, казна не пустая, дворец не разобран по кирпичикам, то вполне себе смену вырастили. Ну а если, что-то пойдет не так, надеюсь, у меня еще останется время, чтобы все поправить и наследничку мозги на место вправить.