Рождение феникса (СИ)
— Господин ректор! — она бежала к нему, размахивая какой-то книгой, и просто лучилась счастьем. — Я вспомнила! Вспомнила!
***
С личными делами я управилась быстро. Ректор просил его не ждать, да и времени с его ухода прошло совсем немного, поэтому я все же решила покинуть башню.
Делать снова было нечего. Я немного побродила вокруг замка, потом зашла внутрь. Коридоры пустовали и стояла непривычная тишина — занятия были в самом разгаре. Я вспомнила, где находится аудитория, некогда бывшая моей, и направилась туда. Вначале заглянула осторожно: нет ли там никого? И когда убедилась, что свободно, вошла.
Первым делом снова прогулялась по периметру, рассматривая свои же рисунки. На них значились правила грамматики различных языков, фразы, таблицы со словами... В прошлый раз, когда была здесь с Фредом, для меня это все казалось каким-то бессвязным набором символов, сегодня же… Сегодня я вдруг осознала, что понимаю. Все, до последней буквы. И даже различаю языки: адрийский, левронский, кахайский — различаю без всякого сомнения.
Я с замиранием в груди прочитала каждый плакат, от первого до последнего слова. Затем перебежала к шкафам, где стояли учебные пособия и словари. Открывала одну книгу за другой, листала, читала выхваченные взглядом отрывки, наугад — и понимала! И порой, переворачивая следующую страницу, уже знала, что увижу.
«Конспект в столе» — озарило меня в следующий миг, и я бросилась к нему. Сразу, не раздумывая, выдвинула второй сверху ящик — и обнаружила там тетрадь в синей бархатистой обложке. «Я покупала ее в университетской лавке, — тут же пришло воспоминание. — А с ней еще две в красной обложке и одну в белой». Я принялась дальше перебирать вещи в столе: чистая бумага, перьевые ручки, грифель, чернила… Учебный план, расписание, списки курсантов. А вот и стопка непроверенных тестов… Первый курс. Дата на каждом более чем двухмесячной давности. Я попыталась вспомнить, почему их не проверила — но потерпела фиаско.
Что ж… Отчаиваться не стала. Ведь сегодня я вспомнила такой огромный и важный пласт своей жизни! Я села за стол, взяла ручку и быстро, даже с жадностью, принялась проверять тесты. И радовалась каждой найденной ошибке, не в обиду курсантам.
Проверив все тесты, я откинулась на спинку стула и сладко потянулась. Усталость была приятной, и я готова была почти сразу броситься в новый бой. Поэтому нашла еще один учебник и стала листать его.
По гулу голосов в коридоре стало понятно, что занятия закончились. Я выглянула в окно: часть курсантов уже высыпало во двор, вдалеке показался отряд ребят в тренировочной форме, идущих с полигона. За ними же шли ректор и Тхуко Гварт. Точнее, сначала я увидела возвышающуюся над всеми фигуру орка, и только потом — Итана Мадейро в его компании.
«Надо ему сообщить!» — пронзила меня мысль, и я бегом отправилась навстречу им.
Пока я спускалась, Мадейро и Гварт уже дошли до замка.
— Господин ректор! — позвала я, устремляясь к нему. — Я вспомнила! Вспомнила!
— Вспомнили? — Мадейро сделал порывистый шаг мне навстречу. На его лице читалась надежда, и я вдруг осознала, что он ждет иного. Того, чем я его пока порадовать не могла.
— Да, — ответила я уже не так эмоционально. — Вспомнила все, что касается моего преподавания. Языки, теорию педагогики, систему обучения…
— А это дело, — одобрил Тхуко Гварт. — Наконец-то…
— Да, это хорошая новость, — ректор тоже улыбнулся. — Я рад за вас, тэра Гранд.
— Спасибо. Я ведь тогда смогу вернуться к работе? — спросила я. — Готова в любой момент, даже завтра!
— Не вижу причин отказать в этом, — ответил Мадейро.
— Хвала Барейну, наконец курсанты будут заняты! — орк воздел глаза к небу.
— Видите, не пришлось даже придумывать что-то для этого, — усмехнулась я. — Все решилось само.
— Точно благословение небес, — хохотнул Гварт. — Чую, еще немного — и память к вам вернется полностью.
— Я тоже на это надеюсь, — я посмотрела на ректора. — Жаль только, что она возвращается так странно, рывками… Хотелось бы поскорее сложить из этой мозаики целостную картину.
— Я тоже думаю, что это произойдет скоро, — глухо отозвался он. — Надо потерпеть…
— Господин ректор, если вдруг вам нужна будет помощь… С документами или чем-то еще, можете звать меня, — торопливо предложила я.
— Хорошо, — он усмехнулся уже теплее. — Мы идем обедать. Вы с нами?
— Да! — я кивнула и тоже улыбнулась. — Я ужасно голодна.
Сначала появление ректора в столовой вызвало некоторое напряжение среди курсантов, но поняв, что его не интересует дисциплина, а только обед, все расслабились и под конец даже перестали посматривать в нашу сторону.
После обеда я отправилась к себе, чтобы подготовиться к завтрашнему рабочему дню. Было волнительно, словно в первый раз. Я тщательно изучила свои конспекты, набросала план, проверила, в порядке ли мантия. Даже спать легла пораньше, но, конечно же, заснула далеко не сразу. Позади был день, насыщенный событиями, и возбуждение все еще бурлило внутри, не давая расслабиться.
Но когда все же удалось уснуть, мне приснился странный сон: я, одетая в роскошное платье, находилась в клетке с золотыми прутьями. Сквозь эти прутья ко мне тянулась полная мужская рука, украшенная крупными перстнями, и я слышала вкрадчивый голос:
— Ну что ты, птичка… Не бойся. Ты должна быть счастлива, что оказалась у меня…
Глава 13
Как я ни старалась гнать от себя воспоминания о непонятном сне, он то и дело овладевал моим мыслями. И каждый раз на сердце ложилась тревога. Я не понимала, прошлое то было или будущее. Или же просто игра уставшего мозга. Рука, такая холеная, усыпанная драгоценностями — кому она принадлежала? Знаю ли я этого человека? Или никогда не встречала?
Завтрак, пустая болтовня Бигельтона, приветствия встречных студентов — все это слегка отвлекло меня от утренних мыслей, и я смогла настроиться на работу.
— С возвращением к преподаванию, тэра Гранд, — поздравил меня профессор Лоуд, присаживаясь к нам за столик.
— Спасибо, я рада, что наконец смогу это сделать, — улыбнулась я.
— О, значит, вы все вспомнили? — сразу встрепенулся Бигельтон.
— Не все, но достаточно, чтобы приступить к своим обязанностям, — ответила я.
— Тогда приходите сегодня в перерыве в комнату отдыха, угощу вас шоколадом из Шагрона, — заговорщицки произнес Бигельтон. — Удалось достать тайно…
— В Академии нельзя есть шоколад? — удивилась я.
— Можно, но не тот, который доставляется контрабандой, — подмигнул он.
Следующий шквал вопросов я получила от Фреда.
— Я не поверил глазам, когда увидел, что в расписание вернулось языковедение! — встретил он меня у аудитории.
— Я вспомнила не все, — опередила я его любопытство. — Но достаточно, чтобы проверить, какие твои успехи в самоподготовке. Так что настраивайся, буду спрашивать первого.
— Я готов!
Самоуверенность его не подвела: Фред, в отличие от многих, действительно хорошо справился с ответом и даже поразил меня своими знаниями.
На последующих лекциях реакция на мое возвращение была не менее бурной, и приходилось тратить часть занятия на то, чтобы всех утихомирить и настроить на учебу.
Время до обеда пролетело незаметно, будто я провела одно занятие, а не три. Усталости тоже никакой не чувствовала, наоборот, только подъем.
— Тэра Гранд, — окликнул меня светловолосый паренек с третьего курса. Дерек Румон, кажется. — Значит, мы можем вернуться и к нашим дополнительным занятиям?
— А у нас были дополнительные занятия? — уточнила я, растерявшись.
— Да, вы занимались со мной отдельно таллийским, поскольку я еще не очень хорошо им владею, — пояснил он, а я только сейчас поняла, что мы говорим на другом языке — адрийском. Надо же, перешла на него, даже не задумавшись…