Аленький цветочек для чудовища

– Вера появилась? – Полина не могла сдержать своей радости. – Где она? Как появилась?

И Женя стал рассказывать. Оказывается, после разговора с Артуром, совсем сдувшимся к тому времени, но так ничего путного про бегство Тани и не вспомнившего, друзья решили сменить обстановку и отправились в больницу, чтобы проведать пастора Петера.

– Там, у дверей реанимации, мы и нашли Клавдию. И Вера тоже была с ней! Поддерживала. Утешала.

Клавдия была плоха. Она рыдала по своему любимому пастору так, словно бы тот уже умер. И хотя врачи утверждали, что состояние пациента стабильное, он уже пришел в себя и даже произнес несколько слов, Клавдия все равно рвала на себе волосы и утверждала, что виновата в трагедии, потому что чувствовала, добром затея не кончится, а все равно отпустила Петера одного. Потом она снова рыдала. А когда Клавдия прекращала рыдать, она снова твердила, что не должна была отпускать любимого мужчину одного на такое опасное дело.

В общем, пользы от общения с ней было мало. Вера держалась несколько лучше. Она и рассказала ребятам, что пастор пришел в себя и сумел сказать два слова.

– И что же он сказал?

– Ты не поверишь… Но на сей раз он снова упомянул кое-кого рыжего.

– И что он сказал?

– Рыжий дьявол!

– Что? – переспросила Полина. – Рыжий дьявол? В прошлый раз вроде был рыжий негр?

– Так точно.

– И что это? Чья-то кличка? Или название кабака? Или яхты?

Этого Женя не знал. Зато он мог рассказать, что узнал от Веры о том, что они втроем с Клавдией и пастором задумали на самом деле.

– Петер помог Вере с Клавдией спрятаться у одного своего друга дома. Я тоже знаю этого человека, он из нашего прихода. Сейчас он в отъезде, но разрешил Петеру пустить в свою квартиру двух порядочных девушек, попавших в беду.

Но добившись того, что спрятал подруг в безопасном укрытии, Петер останавливаться не желал. Он считал, что прятаться Вере с Клавдией все время от таинственного злодея – это не дело. Раз полиция не желает чесаться, то нужно было действовать самим.

– И они решили ловить этого типа на живца.

– Как это?

– Вера сообщила максимально широкому кругу своих знакомых о том, что она вернулась домой. Что ей очень страшно и одиноко, потому что родители уехали, сестра домой до позднего вечера не вернется, а замок на двери кем-то сломан, так что дверь держится на одной веревочке.

– И они решили, что сработает?

– Но ведь сработало же! Кто-то и впрямь явился к вам домой. Правда, никакой Веры он там не нашел, зато его нашел пастор, который должен был схватить преступника, а вместо этого преступник напал на пастора.

– Пастор пришел уже после преступника. Мы это определили по следам.

– Да, тут какая-то нестыковка. Но, возможно, преступник живет где-то совсем рядом. Потому он и опередил пастора?

Преступник живет где-то совсем рядом! Почему эта фраза так взволновала Полину? Она честно пыталась это понять, пока ее не отвлек еще один звонок. На сей раз звонил следователь.

– Можете передать своей сестре и ее подруге, что им больше не нужно прятаться. Могут выходить из подполья. Мы его взяли!

Полина ошеломленно молчала. Столько новостей за такой короткий промежуток времени! Все они совершенно выбили у девушки почву из-под ног.

– А как это? Как вы его взяли? Кто он?

– Приезжайте в отделение, я вам все расскажу!

Голос у следователя был такой торжествующий и радостный, что Полина ни на мгновение не усомнилась в сказанном им. Она снова позвонила Жене. И через сорок минут все встретились в отделении у кабинета Алексея Дмитриевича. Приехал и Нарцисс, и даже Вера. Исключение составляла Клавдия, которая осталась в больнице вместе с Петером. Она заявила, что тот может очнуться в любую минуту и она хочет быть рядом с ним в этот миг. Также Петер может умереть, и опять же в любую минуту, и Клавдия хочет быть с ним в этот миг тоже.

– Вы мне потом скажете, кто этот гад. А то если я сейчас приеду и увижу его, то боюсь, что не сдержусь и прямо там задушу его.

И она вновь зарыдала:

– Что он сделал с Петером! Зачем?

В общем, без Клавдии и впрямь было спокойней. В отделении друзей уже ждали. И сияющий гордый следователь с помощниками встретили их.

– В принципе, это было совсем легко! Мы исходили из той простой истины, что приглашение от Веры было написано и прислано кем-то другим. Мы пошли по следу эсэмэски, присланной на ваше мобильное устройство, и узнали, кто он такой.

И следователь взглянул на Нарцисса.

– Увы, отправитель оказался совершенно посторонним вам человеком. Решительно ничто не связывало его с вами. А насчет эсэмэс он объяснил так: телефон был у него украден, и пока он не заблокировал симку, с нее и было послано сообщение. Мы поверили и отпустили парня, потому что, повторяю, ровно ничего не указывало на его знакомство с господином Нарциссом.

И полицейские стали искать дальше. Проанализировав многочисленные ситуации, в которых были совершены покушения на жизнь Веры и Клавдии, сотрудники полиции пришли к выводу, что всякий раз преступник упорно пытался подставить одного-единственного человека.

– Вас!


И Алексей Дмитриевич снова взглянул в сторону Нарцисса.

– Но почему меня?

– Мы тоже задумались, почему вас? Первой подозреваемой была Татьяна Веселова, ваша бывшая подружка, которой вы дали решительную отставку. Могла ли девушка начать мстить вам?

– Могла! – вскочила на ноги Полина. – Но у Тани был свой собственный мститель! Ее новый любовник! Артур. И с ним мы уже поговорили. Он не мог быть преступником, нападавшим на Веру и Клавдию. Слишком высокий и худой!

Алексей Дмитриевич поблагодарил девушку кивком, но попросил сесть на свое место.

И затем он продолжил:

– Было ясно, что преступник хорошо знает Нарцисса. В одних случаях преступник маскировался под Нарцисса, для чего нацеплял похожую бороду и одевался похожим образом. В других случаях он оставлял на месте преступления вещи, которые принадлежали Нарциссу. А в последнем случае Нарциссу и вовсе была прислана эсэмэска, которой преступник надеялся заманить Нарцисса на место готовящегося преступления.

– К нам с Верой в квартиру! – снова вскочила на ноги Полина.

– Нам было ясно…

И следователь так выразительно взглянул на Полину, что та мигом села обратно.

– …Нам было ясно, что преступник – это кто-то из числа близкого окружения Нарцисса. В поисках преступника мы изначально исходили из мысли, что преступник желал лично Нарциссу зла. И еще мы думали, может, он хотел занять его место? Но потом мы подумали, а если преступник не имеет никаких личных мотивов желать Нарциссу зла и на место его тоже не покушается? Что, если Нарцисс выбран им исключительно как наиболее подходящий подозреваемый, на которого удобно будет перевести стрелки? И тогда поле поисков значительно расширилось. Мы вновь обратили внимание на отправителя эсэмэс. Стали расспрашивать, с кем он был в то время, когда у него пропал телефон. И выяснилось, что телефон у него пропал совсем ненадолго. И случилось это как раз в то время, когда он был в компании друзей. Друзей было три человека. Мы проверили личность каждого. Проверили, с кем общается каждый из этих людей. И какова же была наша радость, когда в числе родственников мы увидели знакомое имя.

– И кто… кто он?

– Она!

– И кто она?

– Гражданка Карпова. Знаете такую?

– Карпова… Яна? – в изумлении воскликнула Полина. – Вы ее имеете в виду?

Карпова Яна была ближайшей приятельницей Тани Веселовой. Девушки жили в одной комнате в общежитии. Можно сказать, делили стол и кров. Вот уж кого-кого, а Яну заподозрить у Полины никак не получалось.

– И тем не менее, это родной брат девушки. Виктор находился в компании своего приятеля, чьим телефоном столь любезно и воспользовался в своих целях. Можно не сомневаться, что, получив от своей сестры информацию, что Вера будет нынче вечером дома и будет там одна, проходимец решил снова повторить прежний трюк. Напугать очередным покушением Веру и обвинить в этом Нарцисса.

– Но зачем?

– Да ведь Яна тоже поет первым голосом. Именно она метит на роль солистки. Таня Веселова, вконец запутавшаяся в своей личной жизни, от учебы отказалась, сошла с дистанции. Если убрать еще и Веру с Клавдией, то перед Яной зажигается зеленый свет на пути в солистки.

– Вот уж на кого бы никогда не подумала, так это на нее, – пробормотала Полина. – Я же была у Янки. Видела ее. Она прямо трясется от страха, как бы Артур не добрался до нее.

– Правильно. Она сыграла перед вами роль напуганной жертвы ужасного злодея. Ей было все равно, кто ответит за нападения. Нарцисс? Хорошо. Артур? Еще лучше! Лишь бы выгородить Виктора, которого она очень любит.

– Но Янка и впрямь была на пределе от страха. Такое нельзя симулировать. Она даже поправилась, потому что все последние дни постоянно что-то ела и ела. А она всегда жрет без остановки, когда боится.

– Боится или нервничает. И Яна очень сильно нервничала, потому что боялась за своего брата. Боялась, как бы их афера не раскрылась. Боялась, как бы Виктор не влип в неприятности по ее вине.

– Вот оно что! Ну и дела, – пробормотала Полина.

– А можно нам на него взглянуть? – спросил Нарцисс. – Он тут?

– Взглянуть на него, конечно, можно, а вот поговорить не разрешается.

Одного взгляда на мрачно насупленного парня хватило Нарциссу, чтобы понять правду.

– Да, это может быть он, – сказал он следователю. – Коренастый и широкоплечий. Нацепит бороду и будет тот самый, которого вы мне показывали на видеозаписи из метро. Неужели он не понимал, что при каждом покушении может случиться трагедия?

– Думаю, в его планы не входило кого-то убивать.

– Но не все было в его власти. Пролетит камень чуть правее или левее и угодит жертве не по плечу, а прямо в голову. И – конец!

– Виктор об этом не думал, он лишь мечтал помочь своей любимой младшей сестренке. Яне очень хотелось стать солисткой в хоре. Но ее вечно затирали другие.

– У Янки нету и десятой доли тех способностей, что у Тани Веселовой, – возмутился Нарцисс. – И уж, конечно, вы меня простите, но она и в подметки не годится Вере! Какая глупость! Этот ее брат, похоже, совсем не разбирается в вокале.

– Он спортсмен, – согласился следователь. – Боец спортивных единоборств.

– Все беды в мире от того, что люди начинают заниматься не своими делами.

Нарцисс был готов пофилософствовать, но ему не дали. Полину же и вовсе интересовало другое.

– А как Виктор проник в нашу с Верой квартиру? Или все-таки мы ошибались, и первым в квартиру пришел пастор Петер? У него-то ключи от входной двери имелись.

– Вы имеете в виду покушение на жизнь пастора?