Часодеи. Часограмма

— Отлично! — усмехнулся Маар. — Значит, есть повод подумать о подарке.

Разделавшись со второй булкой, он принялся рассказывать об остальском городе Берне в Швейцарии: мол, в старой части города много интересного, например фонтаны-скважины. Василиса все ждала, что вот сейчас друг наконец-то вспомнит о Бернской часовой башне, но тот переключился на королевскую мастерскую — и работы накопилось, и что-то не так с клоками, да и клокеры постоянно ломаются.

Наконец Василиса не выдержала и в открытую уставилась на Маара пытливым взглядом.

— Ну что, ты узнал о башне? — спросила она напрямую.

Маар быстро кивнул и приложил палец к губам. Ага, значит, его дед находится где-то поблизости.

— Все потом, — прошептал мальчик.

Они еще немного поболтали, но вот раздался скрежет дверных петель, послышалось неразборчивое пение — в мансарду вошел дед Маара. У него тоже был очень усталый вид, грязная помятая одежда и испачканные чем-то черным руки. От него пахло потом и машинным маслом, но в целом часовой мастер выглядел довольным.

— Ну здравствуй-здравствуй, черная ключница, — усмехнулся он Василисе. — А я-то думаю, куда это внучок запропастился, дармоед этакий? А ну-ка, бессовестный, принеси мне ту коробку со старыми наручными часами, что мы на московской барахолке выменяли… И побыстрее!

Маар тут же испарился.

— Как там Стальной Зубок поживает? — хитро спросил Механик. — Творит великие дела?

— Еще какие! — приняла его шутливый тон Василиса. — Мне кажется, что я даже видела его…

И она рассказала мастеру про дворецкого, который вел ее по коридорам Расколотого Замка.

— Если дух Ключа явился к тебе — это очень хороший знак. Значит, он признает тебя за хозяина и согласен служить верой и правдой… — задумчиво покивал Механик. — Кстати, мне тут сорока на хвосте принесла… говорят, будто ты тиккером умеешь пользоваться… правда ли? Есть у меня одно дело…

— Ну, я только начала с ним работать, — засмущалась Василиса. — А что за дело?

Вместо ответа Механик повернулся к стене и принялся разглядывать коллекцию часов. Василиса припомнила, что дед Маара собирает только те экземпляры, в которых есть дефекты и нет стрелок.

— Где-то были здесь часы с разбитым циферблатом… О, да вот же они! Не будешь ли ты так добра, черноключница, снять вон те часы в верхнем ряду, третьи справа…

Василиса с готовностью выполнила его просьбу: взлетела, аккуратно сняла часы с большого ржавого гвоздя и передала их Механику.

— Вот благодарствую! Когда-то мне их Маар приволок… Хорошие часы, старинные… И без стрелок, и бронзовый обод истертый, и от стекла лишь кусок торчит, видишь? Не могла бы ты посмотреть их прошлое, черноключница? Я в долгу не останусь — если что починить надо, приходи — без очереди сделаю.

— Ну что вы, — запротестовала девочка. — Я просто попробую… Да и неизвестно, получится ли.

— Ну попробуй, попробуй, — согласился дед. — А мне и просто взглянуть любопытно…

Немного волнуясь, Василиса стянула с шеи медальон. Впрочем, ей не терпелось испытать тиккер в деле.

В считаные секунды она раскрутила его над часами, одновременно вызывая цифры флера. К ее удивлению, мантиссы появились практически сразу: вот уже перед ней вышагивал Маар — по виду года на два младше, чем ему было сейчас. Судя по углу проекции изображения, мальчик нес часы в вытянутых руках. Вот он зашел в мастерскую, попытался повесить часы на стену, но те соскользнули с крючка и бахнули на пол — во все стороны так и посыпались осколки стекла. Видение казалось таким реальным, что Василиса даже руку подняла, защищаясь от несуществующих осколков.

— Я так и знал! — довольно произнес дед. — А мне сказал, что нашел эти часы разбитыми, вроде как в старом доме лежали… Я-то сразу заметил, что циферблат не пыльный — целым стеклом прикрывался, значит… Не переживай, мы Маару ничего не скажем. — И он подмигнул ошарашенной таким поворотом дел Василисе. — Я же собираю часы только с дефектами, вот внучок и грохнул их оземь. Приятно, конечно, что хотел порадовать старика… — Он кхекнул в кулак. — И тебе спасибо, черноключница. Хороший у тебя дар, всю правду поведать может.

Механик аккуратно повесил часы обратно на стену, но в нижний ряд. Как только он это проделал, стукнула дверь — вернулся Маар с большой помятой коробкой, густо перемотанной обыкновенным скотчем, и передал ее деду.

Василиса тут же напустила на себя беззаботный вид, хотя уши у нее так и пылали: ну надо же, так подставить Маара! Вот дед хитрый…

А Механик еще повернулся к ней вполоборота и снова подмигнул втайне от внука. Василиса решила, что пора уходить отсюда, пока мастеру не пришла в голову еще какая-нибудь идея «узнать правду».

Как оказалось, Маар полностью разделял ее мысль.

— Деда, ты меня сегодня отпустишь наконец, а? — вкрадчиво спросил он. — Я хотел показать Василисе озеро. Я знаю, вечером туда нельзя, но сегодня же ночь светляков.

— Гм…

— Только Черной Королеве лучше не говорить, ну ты же знаешь…

— Гм!

— И это, мы на пару часиков, ладно?

— Кхм…

— Ну пожалуйста, деда, — заканючил Маар, впрочем, хитро блестя глазами. — Я все завтра с утра переделаю, там немного осталось, только новые чертежи рассортировать по папкам.

— Да что с вами поделаешь? — сокрушенно помотал лысой головой Механик. — И так никакой работы от тебя больше не дождешься… Идите. Но учти, только ради Василисы. И не заходите далеко в воду, а то знаю я тебя.






* * *


Чернолют омывался озером только с одной стороны, вторую часть, чуть меньше половины, занимал замковый сад. Если кто-то хотел попасть из сада прямиком к озеру — мог воспользоваться высокой ажурной калиткой, за которой спускались к воде белые мраморные ступени.

Но Маар с Василисой полетели к самому дальнему берегу озера — как раз в ту его часть, где категорически не разрешалось плавать. Но сейчас, когда в Чернолют приехало столько гостей, никто не мог помешать ребятам совершить вылазку на запретную территорию.

В сумерках озеро казалось огромным волшебным котлом золотой каши. Василиса не переставала восхищенно озираться по сторонам: водную гладь усыпали мириады крохотных огоньков, из-за чего все озеро мерцало и переливалось как живое.

— Светлячки, — на лету пояснил Маар. — Интересное зрелище, да? Похоже на отражение золотых звезд… Эти светлячки живут на стеблях водорослей, они страшно чувствительны к изменениям времени. Видишь ли, в этом озере проходит столько ложных временных течений, что часовщику непосвященному легко заблудиться. Вот представь, ты идешь по одному переходу, а течение потихоньку относит тебя к другому. Можно запросто потеряться! А вот когда эти ложные течения ослабевают, светлячки выбираются на поверхность… Поэтому нам очень повезло — лучшего времени для перехода и не найти.

— Ты хотел сказать, для плавания? — уточнила Василиса, восхищенно озираясь. Она никогда не была здесь, да еще над самой водой, ведь Черная Королева строго-настрого запретила ей и близко подходить к озеру.

— Для плавания? Не совсем…

Ребята приземлились за прибрежными ивовыми кустами — чтобы их не было видно из окон замка. Василиса тут же скинула туфли — как же приятно пройтись босыми ногами по гладким, нагретым за день камешкам! Все переживания сегодняшнего дня сразу как-то отошли на второй план; осталось только море золотых искр, теплый, шершавый берег под ногами и влажный, насыщенный воздух, принесший с собой запахи тины, ракушек и водорослей.

Тем временем Маар вытащил из самой гущи ивовых веток тугой цилиндр, оказавшийся связкой тонких стальных палочек. В одну секунду он соорудил из них круг, похожий на спортивный обруч.

— Это аэроплав, — почему-то шепотом сообщил он Василисе. — Я сделаю тебе такой же, сейчас увидишь. Как ты понимаешь, про то, что у меня есть собственные аэроплавы, никому ни слова. Черная Королева узнает — голову оторвет. Мы поплывем в гости к жабродыхам.

— К кому? — изумилась Василиса, с интересом присматриваясь к обручу. Слово показалось ей знакомым, вроде бы где-то она его уже слышала.

— Водяному народу. — Маар достал еще одну связку стальных палочек и принялся сооружать второй круг. — Их еще называют водниками или водянками, — продолжил он, — кому как нравится. Так что приготовься: сейчас ты увидишь русалок, причем самых разных, а еще шипогрызов и ракушеплюев, огонь-рыбу и, если вообще повезет, живые водяные свечи. А может, встретим и стадо призрачных оленей… Да, я еще забыл о царь-черепахе! Вот бы ее повидать… Представляешь, ее панцирь покрыт настоящим золотом, а сама она огромная, размером с башенные часы! Говорят, ей больше тысячи лет и она плавает здесь еще с тех времен, когда озеро было простой лужей… — По мере рассказа Маар все больше воодушевлялся, всецело заражая своим энтузиазмом и Василису. — Черная Королева ни за что не поведет тебя сюда, потому что такое путешествие опасно. Но не бойся, рядом со мной тебе ничего не грозит, я сто раз здесь плавал, и видишь, жив-здоров.

— Да я и не боюсь, еще чего, — фыркнула Василиса. Наоборот, она была сильно взбудоражена тем, что сможет увидеть столько интересных вещей сразу.

— Но я тебе еще не рассказал главного. — Маар вновь понизил голос. — В одной подводной… гм… пещере есть зеркало для быстрого перемещения в любую точку Осталы. Однажды мы с дедом воспользовались этим путем, когда нам требовалось срочно побывать на одном аукционе. Продавали часы из старого замка в Австрии, и Черная Королева дала деду кучу денег, только чтобы он успел купить их за любую цену. Правда, дед завязал мне глаза, чтобы я ничего не увидел. Но он-то летел в своем аэроплаве впереди и не видел, подсматриваю я или нет.

— Ну ты даешь! — восхитилась Василиса. — Маар, а ты не знаешь, куда именно выводит это зеркало?

— В том-то и дело, что куда захочешь! — Зеленые глаза мальчика блеснули заговорщицким огоньком. — Главное, правильно ввести цифровые коды. Поэтому я незаметно переписал себе в часолист координаты нашего последнего маршрута в город Берн. Видишь ли, все бумаги деда веду я, потому что у меня аккуратный почерк. К тому же дед до сих пор думает, что я маленький и все равно ничего не пойму…

Неожиданно послышался шорох — где-то слева, в самой гуще ивовых кустов. Маар, уже спустивший обручи аэроплавов на воду, насторожился.

— Это я, — послышался несколько обиженный голос, в котором Василиса без труда узнала знакомые интонации. И действительно, раздвинув светящиеся ивовые ветки, к ним шагнула Гроза.

Девочка выглядела очень сердитой.

— Хотели без меня уплыть? — Демонстративно скрестив руки на груди, она взмахом головы скинула толстую черную косу с правого плеча за спину. — Да еще к жабродыхам! Ты ведь знаешь, Маар, как я люблю такие путешествия! И не позвал меня, друг называется!

У Маара сделалось виновато-задумчивое лицо. Очевидно, его раздирали противоречивые чувства.

— Втроем нам точно не удастся проскользнуть незамеченными, — вымученно изрек он. — И вообще, ты уже бывала под водой, а Василисе такое путешествие в новинку.

— Я буду вас охранять! — не сдавалась Гроза. — Раз вы собрались в опасное подводное путешествие, то я просто обязана поплыть с вами.

Маар вдруг весело хмыкнул.

— Припоминаю, как в прошлый раз тебя саму пришлось спасать от ракушеплюя. Пока ты, разинув рот, пялилась на фосфоресцирующие водоросли, эта животина закидала тебя камнями и осколками ракушек.

— Ну засмотрелась, подумаешь, — ничуть не смутилась Гроза. — Да, и спасибо, что напомнил. Я забыла, что мне надо отомстить тому гаду.

— Давайте меньше спорить, иначе вообще никуда не соберемся, — вмешалась Василиса. — Я и так переживаю, что нас сейчас хватятся.

Маар вздохнул, сдаваясь.

— Хорошо, поплывем втроем. К тому же, если не возьмем, так еще заложит.

— Конечно, — откликнулась Гроза и тут же спохватилась: — Дурак! Когда это я тебя сдавала?!

— Не кричи, — шикнул на нее Маар.

— И вообще, я собрался показать Василисе заброшенную часовню. А ты мне весь сюрприз испортила.

После этих слов Гроза почему-то сникла. Бросив виноватый взгляд на обоих друзей по очереди, она произнесла непривычно мягким голосом:

— Ну так бы сразу и сказал, я же не знала.

— Сегодня тот самый день, — многозначительно добавил Маар, окончательно заинтриговав Василису.

— Ну… тогда знаете что? Я не поеду… в другой раз.

Гроза горестно вздохнула, крутанулась на пятках и — исчезла так же внезапно, как появилась.