Дачный детектив

– Что там? – лениво спросила Настя и открыла рот.

Она собиралась зевнуть, да так и не смогла, потому что застыла с открытым ртом и выпученными глазами. Гости посторонились, и Настя увидела, что на каменной плитке, которой был вымощен их задний двор, лежит мужчина. Это был Генка. Никакого сомнения в этом не было. И он лежал, не шевелясь. А его шея была вывернута под таким неестественным углом, что сразу было ясно – она сломана.

Настя с трудом закрыла рот, пошла в свою комнату, оделась и вышла к остальным.

– Это что? Как он тут очутился?

– Упал. Сверху.

Настя задрала голову, хотя и так знала, что там увидит. Дом этот был куплен ими с мужем почти пятнадцать лет назад. И изучен он ими был вдоль и поперек. Над их головами на уровне второго этажа располагался хорошенький балкончик, на котором теплым летним деньком можно было посидеть, покурить или просто постоять и посмотреть вдаль на окрестные сады и дачи.

– Видимо, Генка вышел туда покурить, – предположила Настя, – оперся на перила, его перевесило, и он упал вниз.

– Сам ли упал, вот в чем вопрос.

– Что ты имеешь в виду?

– Могли и вытолкнуть.

– Почему? Кто?

– Лары нигде нету. А в руке у Генки вон чего было.

И Виктор протянул те самые три золотые цепочки от часов, которые сегодня достались Ларе. Было видно, что в цепочках запутался клок ее волос. Похоже, женщина не хотела отдавать подарок без боя.

– Думаешь, они поссорились?

– Меня после озера разморило, – проворчал Виктор. – Но какие-то крики наверху я слышал.

– И я тоже.

– Вроде бы Генка и кричал.

– А чего кричал?

– Не разобрал. Ругался.

Все трое уставились на мертвого Генку.

– Полицию бы надо вызвать. Пульса нет, дыхания нет, шея сломана.

– М-м-м… А что мы им скажем?

– Правду! – заявила Катя. – Всегда самое лучшее – говорить правду.

– Это да, – согласился с ней Саша, – но сперва нам всем надо определиться с алиби.

– Зачем это?

– Чего греха таить, у каждого из нас был свой повод, чтобы желать Генке зла.

– Лара его толкнула, – упрямо гнул свою линию Виктор. – Генке с бабами всегда не везло. Первая его изводила, сутками напролет пилила, денег у него требовала. А эта Лара еще хуже оказалась. Она Генку убила!

– Скажешь, что сам никогда не мечтал избавиться от братца?

– Никогда.

– Только нам-то врать не надо. Мы все знаем, как он с тобой обращался. Как наследство отцовское профукал, тебе шиш с маслом оставил. Как всегда, на твоей шее ехал, да еще и прикрикивал. Как же, он – старший, ты его во всем слушаться должен и подчиняться. Как младший своего мнения ни в одном вопросе ты иметь не мог.

– Ну и что? Он и раньше таким был. Не убивать же его.

– А ты, Катя?

– Я никогда не желала…

Но тут Катя столкнулась взглядом с глазами Насти, вспомнила, что только за сегодняшний день дважды посулила Генке убийство, и виновато потупилась.

– Я никогда всерьез не желала ему смерти.

– Тебе приходилось его обстирывать, кормить, убирать. Он жил с вами, пальцем о палец по дому никогда не ударил, а от тебя требовал и чистых носков, и наглаженных рубашек, и новый шампунь ему купить, и пену для бритья, и все прочее ты должна была ему предоставлять.

– Я в последнее время поменьше стала ему покупать.

Судя по голосу, для Кати это уже был подвиг. Да, на что-то большее эта робкая душа вряд ли была способна. Строить планы, как бы избавиться от Генки, это она могла. Но чтобы всерьез с ним расправиться, невозможно было и думать.


– Тогда вы, ребята.

И Саша повернулся к племянникам. Артур и Генрих стояли тут же. Но в ответ на взгляд дяди лишь смущенно потупились. Зато у остальной части семьи это тут же вызвало бурю негодования.

– Думай, что говоришь!

– Генка им отцом приходился, как никак!

– Верно, – согласился Саша. – Отцом, который жестоко избивал их троих, самих мальчиков и их мать. Отцом, из-за которого их любимая мама пролила столько слез и… и крови. Разве он не был достоин смерти?

Но Артур с Генрихом лишь страшно побледнели. Они даже сказать ничего не могли. А их большие темные глаза быстро наполнялись влагой. Вот уж от кого, а от своего любимого дяди они такого обвинения никак не ожидали.

– Хватит вам между собой ругаться, – снова влез в разговор Виктор. – Говорю вам, Лара его столкнула! Не хотела она его убивать, он на нее полез, уму-разуму поучить хотел. А она его толкнула. Просто испугалась баба. Надо ее найти. И полицию вызвать!

– Сначала наше алиби! Кто и где был на момент падения тела?

Все принялись вспоминать. Оказалось, что после озера все как разбились по парам, так и отдыхали. Артур с Генрихом в своей комнате. Катя с Виктором. И Настя с мужем.

– Дети на улице играли! – вспомнила Катя. – Может, они чего видели?

Позвали девочек, которые прибежали, разгоряченные игрой, и потому страшно недовольные, что их отвлекают.

– Шура, Маша и ты, Лана, вы трое – самые старшие. Быстро вспоминайте, что необычное видели недавно.

– Где?

– На нашей улице!

– Кричал кто-то.

– Еще.

– Перед этим машина проехала.

– Чья?

– Ничья. Чужая. Красная. Тетя Лара на ней уехала.

– Что?

– Красная машина у нашего дома стояла. Тетя Лара из калитки выскочила, волосы в разные стороны, и в машину эту сразу нырнула.

– А кто там был?

– Дядька какой-то.

– Что за машина? Марка? Модель?

Но этого девочки не могли сказать.

– Эх, девки, девки! Были бы у нас вместо вас сыновья!

– Да, парни все бы запомнили и нам сейчас бы сказали.

Обиженные таким отношением к своему слабому полу девчонки тут же все дружно разревелись. Особенно завелась маленькая Поля, к которой вообще претензий не было.

– А-а-а! Вы меня не любите!

И без того перепуганным отцам пришлось спешно искупать свою вину перед ними поцелуями и уверениями, что они все равно самые лучшие и любимые на свете девочки. Окончательное примирение было скреплено выдачей денег на поход в магазин за сладостями. Только после этого страдалицы согласились примириться со своим положением и удалились, шмыгая носами и выглядя все еще весьма обиженными.

Стоило им уйти, как Виктор вернулся к своей теории.

– Что я вам говорил? Лара угрохала Генку, а потом смоталась.

– Девочки говорят, машина уже ждала ее у нашего дома.

– Значит, Лара заранее все спланировала.

– Убийство Генки? Но зачем ей?

Виктор пробурчал, что нашлось бы, за что. В принципе, зная по личному опыту талант Генки отравлять существование всем вокруг себя, можно было с этим утверждением согласиться.

– Звони Ларе. Пусть возвращается.