Демон внутри меня
Часть 56 из 61 Информация о книге
– Тебе жалко проститутку? Кристиан хотел что-то ответить, но замолчал, когда Кай направил на него пистолет. – Как хорошо, что вы все сдали свои заначки на входе. Поиграем в игру. Кристиан промолчал, но из тени вдруг вышел новый, незнакомый мне молодой человек. Его я уже видела в толпе пиджаков на аукционе. В черном пиджаке и брюках, как и Кай, на его кистях я видела очертания татуировок. Я засмотрелась в его глаза. Темно-синие, насыщенные, неестественные. Словно линзы. Косые, как у Кая скулы…молодой человек, по внутреннему моему ощущению, был одним из самых адекватных здесь. Если они здесь вообще были. Надеюсь, он не был одним из тех, кто меня лапал. – Если честно, немного жалко ее. Я думал, в клубе будут девушки, жаждущие таких утех. Но, мне кажется, эта девушка – против. В чем кайф? Трахать ту, что не получает от этого удовольствие? Объясни, или я чего-то не понимаю? – вступился за меня ублюдок. Он тоже – ублюдок, хоть и вступился. Ничто и никого здесь не оправдывает. – Ты прав, приятного в этом мало. Когда я трахал ее девственную киску, она истекала кровью и рыдала. Какая разница, что она там вытворяла? Я думал только о себе. Все мы здесь думаем только о себе. Мы с вами слишком много работаем, парни. Нужно же как-то отдыхать. – Это точно, – послышалось из разных сторон. Это какой-то кошмар. Парад ублюдков. Почему все они не так уродливы, как и их испорченные души? – Ладно, закроем базар. У меня память на телефоне закончится. Ты, малый, – обратился он к Кристиану. – Иди к моей шлюшке. Снимай штаны. И наслаждайся. – Лейла, думаю тебе не нужно объяснять, что делать. На колени. Я с вызовом посмотрела Стоунэму прямо в глаза, полные тьмы. Бездна. Полная бездна…там нет ни разума, ни рассудка. – Нет, – тихо прошептали губы. Кай с шумом втянул воздух, его ноздри раздулись. Дракон перед тем, как изрыгнуть на меня свое адское пламя. – Подчиняйся! – заорал он, схватив с небольшой стойки стакан и разбил его о стол, на котором я сидела. Осколки рассыпались по столику…я поняла, что лишь усугубила свое положение. В зале раздавался смех и шепот. Я не верила…не верила… – На колени. На осколки вставай, Лейла. Давай, быстрее, – он снова взял пистолет в руку. Мне казалось, что она дрожит. Но не из-за страха – он совершенно спокойно держал пистолет и направлял его на человека. Из-за того, что ему натерпелось увидеть то, что он хочет лицезреть… Кристиан тем временем встал на стол передо мной. Опять мне не верилось… Штаны он не снял. Пока не снял. – Отсоси новенькому, Лейла. Давай, сделай это прилюдно детка, – Кай направил пушку на Кристиана. Я старалась на него не смотреть… – Как ты можешь так поступать со мной?! – не выдержала я. Он неистово подбежал ко мне и опустил мои колени на осколки, дергая за волосы. Коленки обожгло острой болью. В глазах мгновенно потемнело. – Нет…не надо…не надо… Стоунэм дернул меня и смахнул осколки со стола. Но они уже были порезаны… – Будешь сопротивляться, будет, шлюха, хуже. – А ты снимай штаны, радуйся, что тебе выпала такая честь. Снимай, иначе я убью ее, слышишь, я убью ее! – он начал тыкать пушкой мне в висок. Леденящий ужас. Кромешная тьма. Я не знаю, как не потеряла сознание от дикой пульсации в висках, от разрыва сердца, от того, что все мои органы на изнанку выворачивались… Непонимание…боль…удушье…хотелось и кричать…рыдать…полная безысходность…выход один… Я посмотрела в глаза Кристиану. Теперь…он смотрел на меня, извиняясь. Столько всего было в его глазах…может быть, извинение, может быть, какое-то объяснение…но я не хотела понимать. Не хотела думать. Я заглянула в душу, пытаясь найти, позвать прежнюю Мелиссу. Звала, звала…ответа не было. Она погибла. Или лежала, задыхаясь, в лужице из крови своих разбитых надежд. У Кристиана-ублюдка стоял. Я понимала, это природа. Я лежу здесь полуголая, Стоунэм снимает немецкий фильм, трудно не возбудиться…но я ненавидела его за это. Кристиана тоже. Кай наклонился ко мне, придерживая дуло у виска. Адское дыхание опалило щеки. Дьявол вышел из преисподни. Я пыталась его не бояться. Пыталась. Я не боюсь смерти, я боюсь жизни в рабстве. Боюсь жизни в одиночестве и без любви…боюсь пустой жизни. Но гребанный инстинкт самосохранения. Он не давал. Не давал мне противостоять Стоунэму. Мое тело стремилось к одному – выживанию. А потом…мести. – Давай, Лейла. Делай, это как в машине. Прикиньте, она мне сосала в машине. Было весело, – снова гогот. – Я так хочу видеть твою боль. А потом я сделала это. Улыбнулась. Открыла рот. Не было другого выхода. Не было ни единого другого, блядь, выхода. Кроме того, как лишить Стоунэма моих слез, моей боли и унижения. Я попыталась успокоить себя тем, что это Кристиан. Противный, незнакомый, чужой…но все же не один из тех похотливых стариков, что боролись за меня. Кристиан молчал. Он будто сам находился в глубоком шоке от происходящего… – Не надо, – вдруг прошептали его губы. Стоунэм заметил это. Раздался выстрел. – В следующий раз будет в ее голову, сука! – маниакально заорал он, продолжая стучать мне по виску. Я облизнула губы. Моя душа в который раз рвалась на части. Была выпотрошена. Казалось, и рвать то уже нечего…но нет. Рвал и рвал. И мне хотелось блевать. Но я не собиралась показывать виду. Я сыграю свою роль блестяще, и Стоунэм не увидит больше боли на моем лице. Он не получит этого удовольствия. Никогда. Ведь он этого хочет? Унижения и моей боли? Не дождется, ублюдок. Я взяла в рот член Кристина. Выдавливая из себя настоящее, искреннее, неподдельное удовольствие. Но лишь с виду, на лице… Знал бы кто-нибудь каких титанических сил мне это стоило. Нереальных. Я хотела, чтобы Кай видел…хотела, чтобы он взревновал, психанул, дернул бы меня за руки и вылизывал мои ноги, вымаливая прощение… Я давилась, хотелось рыдать. Столько боли. Столько боли…сколько еще? Но с улыбкой, облизываясь, продолжала…пусть видит, что его игры меня не разрушают…нет…прилюдно… «Как это мерзко!» – кричала душа. Не мой мужчина. Какой-то чужой. Как все неправильно…почему? Как я докатилась до такого? А есть выход? В очередной раз хочется спросить. Только пуля в голову. А может, пуля лучше? Да, я отсосала Кристиану. С улыбкой, давясь рвотными позывами. Меня тошнило от него. Тошнило, потому что…я знала почему, но страшно было в этом признаться. Потому что в моей жизни был и мог быть один мужчина. И он клялся, что убьет меня, если я предам его. Если буду с другим. А сейчас сам заставил меня упасть так низко. Полная потеря… Меня нет… Я мечтаю отключиться… – Тебе нравится, шлюха? Я была счастлива, что все закончилась быстро. За две минуты Кристиан кончил. Я сдержала рвотные позывы. Миллионы рвотных позывов. Я улыбнулась Стоунэму и, чувствуя, как вся моя душа горит в агонии, прошептала: – Ты доволен? Я познала другого. И мне…мне понравилось, – я не знаю, как я могла произнести это. Это стоило мне ВСЕХ сил, ВСЕХ… Стоунэм приподнял бровь, пряча пистолет в карман. – Ну, точно, шлюха. Он будет очень расстроен, когда узнает, какая ты на самом деле, – голосом полным удовлетворения произнес Стоунэм. Но…кто ОН? Я опустила взгляд. Слезы ручьем покатились из моих глаз, но Стоунэм уже не снимал это на камеру. Рыдания, дикие вопли, доносящие из моей груди заполнили зал. Я надорвала голос, вены, аорту… Голову. Я падала, и вот…упала и разбилась. – Плакса, – пренебрежительно кривит губы Стоунэм. – Пусть охрана заберет ее.