Державы земные

– Ну да, нравятся мне вьетнамские женщины. Можешь меня осуждать.

– Калибровка займет не более тридцати часов. Так что мы достаточно скоро в порт пойдем.

– Тридцать часов? Ох. Мне передохнуть надо.

Дарси вывела на экран программу калибровки.

– Так передохни. Как насчет одного часа, а потом достанем прототип и начнем его калибровать?

Васим театрально вздохнул и согласился.

Дарси повернулась к Ризе:

– Как я понимаю, все под контролем?

Ризе, молчавший в течение всего спуска, заговорил:

– Противопехотные мины на палубе взведены, камеры по бортам не показывают ни лодок, ни буев. Мои люди у обоих шлюзов. Дни, когда вас могли захватить, прошли.

Дарси благодарно улыбнулась.

– Пойду в душ схожу и что-нибудь перехвачу.

Васим зевнул.

– Я несколько устал. Вздремну, пожалуй. У нас есть на это время?

Дарси зевнула. Это оказалось заразительным.

– О’кей, только недолго.

Она зевнула второй раз.

– Прости, не понимаю, что со мной сегодня. Я себе эспрессо сделаю, ты не хочешь?

Васим медленно моргнул и закрыл глаза. Что-то здесь не так. Почему он глаза закрыл? Почему у нее так руки отяжелели? Не от земного тяготения, а по-настоящему.

Надо сейчас же эспрессо выпить. Дарси отстегнула ремни, встала, сделала пару шагов к камбузу. И схватилась за спинку кресла Ризе. Ее шатало.

Что… что такое?

Спустя пару секунд она упала на пол.





* * *


Капитан Шродт смотрел через очки ночного видения на работу его солдат. Потом оглядел окрестности. Корабль под ними был покрыт тьмой, но вокруг него слегка светились завихрения морской воды. Море было зловеще красивым, своеобразное световое шоу, за исключением темных пятен в тех местах, где были парашюты, при помощи которых они высадились. Но времени глазеть на океан нет. Он снова посмотрел на солдат.

Один из них, черный на черном фоне поглощающей тепло формы, оторвал взгляд от часов на компьютере на запястье и поднял большой палец. Другой солдат кивнул ему и закрыл кран на баллоне, а затем вытащил из просверленной ими дыры в палубе шланг, сворачивая его. Сержант подал знак, и двое солдат подошли к надстройке с плазменным резаком. Спустя секунду вспыхнуло яркое пламя, и очки капитана Шродта среагировали, меняя яркость. Резак шипел и трещал добрых полминуты, и наконец внутрь корабля упал круг из стали. Над тихим морем разнесся громкий звон. Он еще не успел затихнуть, когда солдаты с резаком отошли в сторону, а двое других накинули термозащитную ткань на еще светящиеся края отверстия. Отошли назад, и группа захвата, четыре солдата с винтовками на изготовку, опустилась внутрь корабля.

Как только группа захвата оказалась внутри, остальные пошли следом.

Капитан Шродт смотрел, как его солдаты один за другим исчезают в дыре в палубе, пока не остался на палубе один. Он с удовольствием поучаствовал бы в захвате, но одна из жертв, которую приносишь, получая звание, заключается в том, что у тебя становится больше ответственности и меньше развлечений. Он обязан оставаться здесь и следить за ситуацией. Шродт ни на мгновение не задумался бы, если бы ему предложили сменить звание и ответственность на возбуждение операции, но такое ему не дозволено.

Посмотрев на дыру в палубе, он вздохнул. Оглядел палубу и небо. Ничего. Коснулся пальцем гарнитуры в ухе. Летающие наверху дроны сообщали, что все в порядке. Шродт снова вздохнул.

Спустя пару минут он услышал первый доклад.

– Группа Один. Нашли троих по списку высокой ценности. Номер один Поннала, спец по АГ. Номер два Шринивас Васим Вивекананд, помощник номера первого. Номер третий Дарси Грау. Здесь говорится, что она подруга Майка Мартина.

Что ж. Хорошие новости. Очень хорошие, на самом деле. Но, проклятье, как же все-таки хочется быть там, с ребятами, делать что-нибудь по-настоящему.





Глава 109

2064: ближняя сторона Луны, западнее кратера Жуковского





Джон сидел на полу палатки, скрестив ноги. Край шлема холодил его голые плечи. Он листал меню внутришлемного компьютера. Все работает чудесно, но ощущается как-то… странно. Не то чтобы меню не настроено под него. Он уже перенес в память настройки, логи, архив музыки, все остальное из старого шлема. Так почему же этот ощущается таким чужим?

Может, запах? После того как он прежний шлем шесть месяцев по двенадцать часов в день носил, конечно, он пах им, несмотря на то, что он через день подкладку стирал. Может, из-за этого?

Джон сделал вдох. Ага, точно. Шлем с мертвого солдата МК пах тканью и свежим пенопластом. Гм. Можно у приятеля бронежилет занять или вещмешок, но никогда не станешь просить взаймы ботинки или белье. В этом есть нечто персональное. Похоже, со скафандрами та же штука.

Ладно, ничего не поделаешь. Придется идти на войну в том шлеме, который есть. Джон закрыл меню, выключил систему, снял шлем и поставил на пол.

– Парни.

Макс и Блю повернулись к нему. Джон подождал, секунду.

– Дункан!

Дункан резко повернул голову.

– Ась?

– Парни, – повторил Джон и сделал паузу. – Нам надо вернуться в Аристилл, и нам нужен план.

Макс и Блю кивнули, не задумываясь. А вот Дункан…

– Зачем?

– Война идет, – сказал Макс.

Джон кивнул.

– Именно.

Макс пристально поглядел на него.

– Я тебе говорил, Джон. Война идет. Я говорил тебе, что так и будет.

Макс обвиняет его, несомненно. Джон моргнул. Понятно, почему он злится. Рекс погиб, этого бы не случилось, если бы… если бы что? Если бы они пораньше закончили путешествие? Если бы они вообще его не начали?

На это теперь нет времени. С обвинениями они разберутся позже. Джон поднял руку.

– Да. Я был не прав. Мне жаль. Но нам придется спорить об этом позже, Макс. Сейчас мы должны сосредоточиться на выживании. И на возвращении в Аристилл.

Он посмотрел на всех трех Псов.

– Наши припасы – еда, вода, воздух – убывают с каждой минутой. Я не знаю, летают ли корабли, которые могут доставить нам новые, но даже если летают, с того момента, когда спутники Гаммы сбили и он сказал нам отправляться в Жуковский, мы очень далеко ушли от запланированного маршрута.

– Следовательно, никто не знает, где мы, – сказал Блю.

Джон кивнул.

– Это может знать Гамма. И это еще одна причина для беспокойства.

Дункан наклонил голову.

– Что ты хочешь сказать?

– Все в Аристилле считают, что у Гаммы одна база, в Заливе Лунника. Остальные он держал в секрете. Но теперь мы знаем, что у него не только секретная база в кратере Константинова, но еще и другая, в кратере Жуковского, и…

– Ну, была, – перебил его Дункан.

Джон отмахнулся от ненужного педантизма.

– Суть в том, что у Гаммы есть секретные базы, и он хорошо постарался, чтобы скрыть их. Он определенно редактировал информацию со спутников – а возможно, и изображения на дисплеях кораблей. Дарси ни разу не видела с орбиты эти базы.

– Тогда что это означает? – спросил Блю. – Гамма – враг?

Дункан снова наклонил голову.

– Это вообще имеет значение? Здешняя база Гаммы уничтожена ядерным взрывом. Он мертв.

– У Гаммы есть база в ЗЛ, – сказал Макс. – И та копия Гаммы знает, что мы знаем про остальные базы.

– Так что ты хочешь сказать? – спросил Блю. – Что если мы вернемся в Аристилл, та копия Гаммы будет на нас зла?