Державы земные

Блю прокашлялся.

– У меня идея есть.

Джон поднял взгляд. Блю был в сорока метрах от них, но слушал их разговор. Пес поставил грабли.

– Я тебя слушаю.

– Мы можем достать аккумуляторы из Гаммы.

– Не хочу идти в Жуковский, если в этом нет серьезной необходимости. Там был наземный ядерный взрыв, и там очень горячо.

– Нет, не в Жуковском. У Гаммы были патрули на подходах к кратеру, повсюду. Наверняка были небольшие рудники и другие объекты. Там должно быть полно оборудования, которое не пострадало от взрыва. Найдем его и вынем аккумуляторы.

Джон принялся раздумывать. Когда Гамму взорвали, все его роверы замерли на местах. Они уже кое-что сняли с тех, что поблизости. К счастью, Гамма не отличался стремлением изобретать велосипед. Все, что изготавливал ИИ, начиная с резьбы на винтах и вплоть до размера пакета в IP-протоколе, соответствовало стандартам. Возможно, и аккумуляторы тоже.

Джон кивнул.

– Хорошо. Тогда давайте искать роверы.

Спустя десять минут он и Блю стояли у ровера, застывшего в 300 метрах от корабля МК. Джон встал на колени и пригляделся. Вот тут должен быть аккумуляторный отсек. Секунду поглядев на болт, он вытащил из грузового подсумка ключ на 6 мм. Еще спустя секунду дверца отсека распахнулась. Под ней были три аккумулятора. Схватив один за боковую ручку, Джон вытащил его с шасси. Положил гаечный ключ, взял аккумулятор двумя руками и ухмыльнулся.

– Что?

Он показал аккумулятор Блю. Пес наклонился и удивленно фыркнул. Джон тоже усмехнулся, а потом расхохотался в голос:

– Этот Гамма – сущий зануда с анальной фиксацией, а?

Аккумулятор был не просто стандартен, на нем был даже выгравирован номер модели фирмы «Тингверс», ниже охлаждающих отверстий.

Такой аккумулятор точно работать будет.

– И сколько нам их надо? – спросил Джон.

Блю ответил не сразу, видимо, что-то рассматривая на внутришлемном дисплее.

– Около четырехсот.

– Как дела со сборочной площадкой? – спросил Джон по радио.

– Минут через пять закончим, – ответил Макс.

– Хорошо. Нам надо сделать этот корабль и вернуться в Аристилл как можно скорее.

– Мы знаем, Джон.

– Прости. Кстати, ты и Дункан не прочь погулять?

– Зачем?

– Нам надо, чтобы вы нашли с сотню роверов и вытащили из них аккумуляторы.

– Ага, конечно, если… – начал Макс.

– Мертвые роверы? – перебил его Дункан. – Круто! Я понимаю, что время неподходящее, но если мы поставим это на карту как разграбление Могильных Холмов…

Джон покачал головой.

– Это значит «да»?

– Да!

Джон посмотрел на Блю.

– Готов начать сварку?





* * *


Джон стоял на наклоненной палубе корабля. Сдвинулся назад, пропуская мула. Тот тащил конец стального якорного троса, разматывающегося с барабана на носу.


– О’кей, достаточно. Бросай.

Блю, управляющий мулом, отдал команду. Робот бросил конец кабеля и засеменил прочь. Джон достал сварочный аппарат, переключил режим на резку и дал искру. Спустя мгновение выключил аппарат и дождался, пока оптика шлема выключит затемнение. Посмотрел на сделанное.

– Это последний. Забирай их.

Джон поставил аппарат и потянулся. Блю командовал мулом, перетаскивая куски троса в нужное место.

Мул затащил последний кусок троса поверх грузового контейнера. Блю отвел его в сторону.

– Твоя очередь. Все есть, что надо?

Джон взял в руки сварочный аппарат.

– Надеюсь, что смогу обойтись без баллона с защитным газом.

Он взял конец троса, приварил к грузовому контейнеру и взялся за следующий. Работал, пока в шлеме не запищало. Аппарат подал сигнал разрядки аккумулятора.

– У нас все, пока Макс и Дункан еще аккумуляторов не принесут.

Блю подошел к Джону и сел на палубу.

– Как думаешь, МК внутри уже умерли?

Джон мгновение молчал.

– Наверное, да.

– Тебя это беспокоит?

– Я дал им возможность сдаться.

– Я не об этом спрашивал. В смысле, я понимаю, что Макс кровожаден, но ты всегда говорил, что насмотрелся на войну, и я думал…

– Это пришлось сделать.

Блю молчал, ожидая продолжения.

Наконец Джон заговорил снова:

– Слушай, это не первый раз, когда я убил, и, учитывая, что происходит, не думаю, что последний.

Он снова замолчал.

– Когда это надо сделать, приходится это делать. Меня злит то, что люди создают ситуации, когда кому-то приходится умирать.

Блю продолжал молчать.

Джон посмотрел на Блю. За золотистым стеклом шлема лица Пса не разглядеть. Джон включил камеру. Тоже ничего понятного.

– Ты знаешь, что я не присоединился к повстанцам в Техасе или на Аляске, хотя у меня было много друзей, которые это сделали.

– Потому что ты считал, что насилие неоправданно?

– Нет. Оно было оправданно – люди не должны жертвовать своей свободой.

Джон поглядел на трещину в стене кратера, ведущую к огромному индустриальному трупу Гаммы.

– Я просто считал, что это дело обречено. Правительства слишком сильны… и слишком жестоки. Какой смысл сражаться, если все равно проиграешь? Пострадают люди, даже не участвующие в боевых действиях.

– Поэтому ты до сих пор не сражался, поскольку думал, что не сможешь победить?

Джон вздохнул.

– Ага, наверное, наполовину это так. А наполовину я просто устал драться. К тому времени, когда я понял, что в течение всей своей карьеры сражался не на той стороне, у меня уже силы кончились. Я просто хотел уйти.

Джон посмотрел на Блю.

– Я думал, что если я отступлю – даже если это вынудит меня оставить родной дом, даже если это вынудит меня покинуть Землю, – я смогу избежать всей этой грязи.

Блю кивнул, но ничего не сказал.

– Но я был не прав. Мы убежали так далеко, как только могли, но МК пошли следом за нами. А затем создали ситуацию, когда вопрос стоял просто – или мы, или они. Если бы я не пристрелил этих эмкашников, а вы четверо не перепрограммировали мулов и не уничтожили еще нескольких, мы погибли бы. Или, если бы они нас даже живыми взяли, вас четверых усыпили бы, а меня закатали бы в военную тюрьму на всю оставшуюся жизнь.