Державы земные
Часть 21 из 134 Информация о книге
– Самого мальчишки. У нас есть видео, где администратор предупреждает, что не стоит заниматься скалолазанием. – Скалолазанием? – возмущенно воскликнул Лоуэлл. – Ага. Администратор сказал ему этого не делать, сказал, что, если все-таки соберется, надо взять скафандр с защитой. Короче, мальчишка не послушался и убился. – Кто представляет интересы мальчишки, чего они хотят? – Юридическая фирма с Земли. Лоуэлл приподнял брови. – Правда, что ли? – Ага. Плащи-кинжалы, все такое, они же не могут официально вести с нами переговоры, а если примут от нас деньги, то их могут обвинить в отмывании, но… – О’кей, усек. И сколько же они хотят? – Десять миллионов. Лоуэлл присвистнул. – Круто. Он на мгновение призадумался. – Значит, переговоры надо начинать со слов «мы вам ничего не должны», потом предложить милли… Майк поднял руку. – Есть одна сложность. – Как всегда, да? Лоуэлл вздохнул. – О’кей, насыпай. – Лучший друг погибшего парня, который тоже здесь, в Аристилле, некий мальчишка по имени Хью Хейг. А мать Хью Хейга – Линда Хейг. Сенатор Линда Хейг. Лоуэлл онемел. – Ты меня слышишь? Говорю, мать мальчишки… Лоуэлл поднял взгляд. – Ага, услышал. – И что ты думаешь? Лоуэлл потер нос. – Иисусе. Ну и дела. Он помолчал. – Крутые дела. Понимаешь, Майк? – Конечно, понимаю. Не стал бы просить у тебя совета по мелочам. – Ты уже говорил насчет этого со своим приятелем Хавьером? Майк покачал головой: – Хавьер – мой лучший друг, но совета я прошу у тебя. Лоуэлл скривился. – Круто. – Что думаешь, как мне поступить? Лоуэлл ошарашенно поглядел на Майка. – Что ты хочешь сказать, «как мне поступить»? Платить. Целиком. И немедленно. – Иди ты на хрен, Лоуэлл! Ты же не… Вошла секретарша с двумя чашками кофе. Одну аккуратно поставила перед Майком, улыбаясь, вторую поставила на середину стола. Майк улыбнулся в ответ. – Благодарю. Она кивнула. – Жанин. – Прошу прощения? – Меня зовут Жанин. Майк снова улыбнулся. – Усек. Благодарю, Жанин. Она изящно вышла из комнаты. Лоуэлл немного подождал и принялся ворчать. – Сама учтивость с тобой, а мне даже кофе поближе не поставила. И это в моем собственном офисе. – Жесть, старик, в самом деле. Давай обратно к делу. Конкретно, к твоему безумному совету немедленно заплатить десять миллионов. – Безумному? Что в нем безумного, черт подери? – Слушай, я не тупой. Я понимаю, что тут замешана политика. Но десять миллионов? Этот мальчишка, по сути, сам убился. – Ты понимаешь, что тут политика замешана? Да ну? Правда? – Ну, конечно… – Давай, выкладывай. Майк вздохнул. – Сенатор Хейг может развоняться, настрополить ООН, дернуть за ниточки в Управлении по налогам и сборам, быть может, даже в ВМФ. Все это усложнит нам пересылку денег, прибытие и отправку грузовых судов, перемещение… – Майк, ты не понял. Это может спровоцировать войну. – Что? Нет… до войны еще пять лет. – Кто сказал? Ты, что ли? – Не только я. Понзи говорит, что им не меньше потребуется, чтобы разобраться в физике АГ-двигателя, даже если они прямо сейчас начнут. Он постоянно читает научную литературу, они и близко не… – Майк, не стоит недооценивать земные правительства. Они могут добраться сюда куда раньше, чем ты думаешь. – Лоуэлл, большая часть народу вообще не думает, что война будет. В этом я экстремист. Я единственный, кто думает, что она может случиться всего через пять лет. – Мне пофигу, что там думает «большая часть народу». Я не тот юрист, который работает на «большую часть народа». Я твой юрист. И ты попросил у меня совета. Теперь слушай его. Мы понятия не имеем, чего хотят всевозможные игроки в Вашингтоне и каковы их возможности – и да, прежде чем ты меня перебьешь, можешь заткнуться насчет Долгой Депрессии и их некомпетентности. Все твои выводы базируются на рассуждениях, ничем не подкрепленных. Другими словами, на всякой хрени. Ты вляпался в окно Овертона, думаешь, что если все говорят, что война будет через десять лет, а ты – что через пять, то уж никак не раньше. А кто это знать может? Лоуэлл потер лоб. – Позволь тебя спросить. Аристилл готов к войне, сейчас? – Нет, конечно же, нет. Я тебе миллион раз говорил, что если мы поспешим, то, может быть, будем готовы через пять лет. – О’кей, круто. Ты сам это сказал. Аристилл не готов. Точка. Конец разговора. А значит, ты не даешь Вашингтону – не даешь НИКОМУ в Вашингтоне – поводов больше чем у них и так есть. Понимаю, тебя это вряд ли обрадует, но в жизни бывает, что приходится кого-то в задницу целовать, и здесь именно такой случай. Если юрист этого мальчишки хочет десять миллионов, сделай так, чтобы «Ред Страйп» их заплатили. С улыбкой на лице. Если придется, залезь в свою кубышку. Это маленькая цена за то, чтобы скинуть проблему хотя бы на пару лет. Нам нужно выйти из всего этого без войны. – Это самообман. Все равно окончится войной. – Возможно, но если до этого дойдет, нужно сделать так, чтобы у нас был шанс победить. Если война случится раньше, погибнет очень много людей. Или загремят на пожизненное в «черные» тюрьмы. Майк открыл рот, чтобы возразить, но Лоуэлл не дал ему этого сделать. – Это мой совет не только как юриста, но и как человека, живущего тут, в Аристилле. Подумай о своих друзьях, Майк. Подумай об их семьях. Майк скрестил руки на груди. – Майк, ты услышал мой совет? – Ага, услышал.