Детектив для всех влюбленных
Часть 6 из 55 Информация о книге
– Здорово! Значит, остается только вот эта башня, которая поближе? – я указала рукой. – Думаю, она, – кивнул Алексей Андреевич. – До нее метров семьдесят, а то и меньше, так что подходит. – На этаже восемь квартир, на двух – шестнадцать. Ура! Шестнадцать – это не так страшно, их можно обойти за пару дней… Спасибо вам!!! Огромное!!! Сколько с меня? Детектив качнул головой и направился к выходу. – Удачи, Аня! – крикнул он, закрывая за собой дверь. А я кинулась в башню напротив. …Я сразу узнала его. По выражению глаз: в них было столько радости, сумасшедшей радости видеть меня! И любви. Я стояла на пороге, не в силах вымолвить ни слова, а он сидел и смотрел на меня снизу вверх, держа сильные руки на колесах инвалидного кресла. – Простите… – промямлила я наконец. – Я оши… Я не в ту квартиру попала, извините, – проговорила я и, быстро повернувшись, нажала на кнопку лифта. Кабина все еще стояла на последнем этаже, двери сразу раскрылись. Я ступила в лифт с бьющимся сердцем, щеки мои пылали, – я чувствовала: он замер на пороге своей квартиры, надеясь, что я вернусь… Но я не вернулась. Я осуждала себя за трусость, но этот молодой парень, он… Он влюблен в меня все эти годы, тут к гадалке не ходи: все сказали его глаза. А что я могу ему дать взамен? Я ведь пришла просто сказать спасибо, – оправдывалась я перед собой, – а он надеялся, что я разыскала его для… Не знаю, но влюбленный человек ждет любви в ответ. А я… Я не могу. Я не могу ему помочь, как когда-то помог мне он. Я больше не хочу инвалидного кресла!!! Это было ужасно. Я чувствовала себя виноватой. Я ведь даже не сказала ему спасибо… И не спросила насчет денег… Два дня назад я была уверена, что Фея и мое чудесное исцеление связаны между собой, что деньги в нашем ящике оставил тот же человек, который смастерил для меня куколку. И за это следует сказать хотя бы огромное-огромное спасибо. Но теперь я засомневалась: разве жил бы богатый человек в старой двенадцатиэтажной башне? Секрет остался неразгаданным. А я – неблагодарной эгоисткой. Я плакала всю ночь. Но так и не вернулась в ту квартиру. * * * И вот сегодня мне двадцать пять. Со дня моего совершеннолетия прошло семь лет, в которые я перестала выходить на наш балкон. Я знала: он ждет меня. Он годами смотрел на меня, жил мною… Как когда-то я сама жила сказками Феи – его сказками. Мне было стыдно, я чувствовала себя почти преступницей, но ничего не могла с собой поделать. Этот парень любит меня, и ему нужно больше, чем мое спасибо. Только мне нечего ему дать… За эти годы я чуть не вышла замуж – только для того, чтобы переехать в другое место, чтобы избавиться от невидимого взгляда, любящего и печального… Тогда в его глазах была радость, но я знаю: я эту радость убила. И теперь его глаза наверняка полны печали… Нет, я не сделала такой ошибки – замуж ради переезда. Я ждала свою любовь. И дождалась. Скоро мы с Сережей поженимся и будем счастливы. И я перееду в квартиру, которую мы уже присмотрели. А тот парень в инвалидном кресле… О господи, как же тяжело! Я посмотрела на себя в зеркало. Мое отражение показалось мне ужасным. Воспаленные глаза, бледность… Так и должны выглядеть люди с нечистой совестью. Я бросила пудру, сорвала тюрбан-полотенце с головы, наспех причесалась, оделась и выскочила из дома. Знакомый подъезд, последний этаж, кнопка звонка. Я набрала побольше воздуха в легкие. Я обязана хотя бы сказать этому человеку спасибо, обязана! Дверь мне открыла красивая пожилая женщина. Глаза у нее были немного грустные. Она посмотрела на меня и отступила молча, предлагая мне войти. – Здравствуйте, я хотела… – Заходи, Аня. – Вы знаете, как меня зовут? Женщина не ответила, жестом пригласив меня в большую комнату. Парня в инвалидном кресле не было видно. Может, он спрятался в соседней комнате? Чтобы не встречаться со мной? – Долго же ты шла к нам… – покачала головой женщина. И вдруг я подумала, что он умер! Слезы выступили у меня на глазах. – Простите меня… – всхлипнула я. – Я просто не посмела… Духу не хватило… Женщина лишь вздохнула. – Вы его мама, да? – Надежда Сергеевна, – кивнула она. – А он… Он… где? – Виктором его зовут. Подожди пару минут. Если бы я знала, что ты придешь сегодня, я бы ее приготовила… Я не отважилась спросить, о чем речь. Она вернулась минуты через три, держа в руках что-то прямоугольное, как коробка конфет, завернутое в бумагу. На мой вопросительный взгляд она сухо кивнула: – Разворачивай. Это была книга. На английском языке. – Если ты не читаешь по-анг… – Читаю. Я иняз окончила. «СКАЗКИ СИРЕНЕВОЙ ДОЛИНЫ» называлась она. Автор – Виктор Матвеев. С фотографии смотрел на меня он, тот самый парень, с грустными и ласковыми глазами. Я открыла книгу. На титульном листе от руки написано размашистым почерком: «Аня, будь счастлива!» Дальше шло предисловие издателя. «Однажды Виктор увидел на балконе дома напротив маленькую девочку в инвалидном кресле…» Я снова набрала побольше воздуха в легкие, чтобы не плакать. «…И тогда он решил смастерить для нее летающую куклу, которую он назвал Феей…» Рядом с этим текстом я увидела фотографию своей чудесной по- дружки. «…Он стал сочинять для девочки сказки, которые и легли в основу этой замечательной книги…» Я с трудом удерживала слезы. Принялась листать книгу дальше, чтобы не читать слова, которые вызывали во мне столько воспоминаний и столько неожиданной боли. На второй странице предисловия мелькнула фотография колпачка, который я смастерила для Феи… А на третьей – фотография с подписью: «Знаменитый сказочник с женой и детьми». Красивая женщина, двое хорошеньких пупсиков-близняшек… Виктор стоял рядом с ними. Стоял! – Он вылечился?! – обрадовалась я. И подумала, что на месте этой женщины могла быть я. Если б в тот день я не сбежала… – Можно и так сказать. У него бионические протезы. Это, если ты не знаешь… – Знаю. «…Книга Виктора Матвеева переведена на двадцать два языка…» Я перевернула страницу. «Моей маленькой Фее» – стояло перед текстом посвящение. – Фее?.. – Тебе. Ты была для Вити если не феей, то уж музой точно. – Значит, он уехал в Америку? – всхлипнула я. – Книга издана там… – Его отец, мой бывший муж, был богат. Но скуп. Однажды он все-таки дал значительную сумму на лечение Вити, однако мой сын предпочел подарить эти деньги тебе… – ровным голосом говорила его мать. Но нейтральная ее интонация не обманула меня: она не простила мне малодушия. – Родители мне тогда ничего не сказали… Я потом сообразила, несколько лет спустя… – Да. И пришла к нам… Наверное, поблагодарить собиралась, – холодно произнесла Надежда Сергеевна. «Но сбежала». Этого она не сказала, но фраза будто повисла в воздухе. – Витя считал, что вылечить его смогут только за границей, где уже начали работать с бионикой, – продолжала Надежда Сергеевна, – но отцовские деньги не покрывали поездку, операцию и протезы. А для тебя эта сумма была достаточной. Он все знал о тебе и изучал возможности твоего излечения… Если это может тебя утешить, я не держу на тебя зла. А уж Виктор – тем более. Ты очень скрасила ему несколько лет. Сначала он заботился о тебе, сочиняя сказки, а потом жил твоим счастьем. «Мама, смотри, Аня ходит!» – кричал он мне, когда впервые увидел тебя на улице… Я плакала, уже не таясь.