Девственница на подмену

 * * * 




Глава 1




План на миллион



– Куда вы меня везете? – задала я водителю вопрос, очень стараясь, чтобы не дрожал голос.

Но ответа не получила и даже взгляда в зеркало не удостоилась. А машина, тем временем, выехала за город.

Страшно-то как, аж ладони потеют. Но еще страшнее мне было бы, не решись я на это.

Вскоре машина свернула с трассы, и я увидела небольшой поселок, застроенный даже не коттеджами, а мини дворцами. Возле одного такого, на половину прячущегося за высоким забором, мы и остановились. Не успела я подумать еще хоть о чем-то, как ворота в заборе плавно разъехались в стороны.

К дому вела широкая аллея, но сразу за воротами водитель свернул направо и медленно покатил вдоль забора.

Территория вокруг особняка показалась мне поистине огромной, и где-то там, в глуби сада, прятался небольшой деревянный домик, к которому мы и подъехали.

– Вылезай, – велел водитель, и это было первое, что я от него услышала.

Спрашивать его о чем-то было бесполезно, и я молча покинула машину, прихватив свой рюкзак, куда в спешке покидала самое необходимое. Надеюсь, я ничего не забыла. Ну а если и забыла, то неделю могу без этого потерпеть.

Всего неделю! Даша, тебе нужно продержаться всего неделю, – уговаривала я себя, стараясь не терять присутствия духа. Но все равно, коленки тряслись, когда шла за водителем к крылечку и ждала, пока он не отопрет дверь.

– Держи, – протянул он мне ключи. – Правила знаешь. Жди.

Домик оказался небольшим, но полностью нашпигованный всем современным, делающим нашу жизнь удобной. Гостиная была обставлена бежевой кожаной мебелью, этажерками и столиком из стекла. Пол устилал пушистый ковер, а окна занавешивали синие портьеры. Имелась тут и плазма чуть ли не во всю стену, и электрический камин.

Из гостиной вели двери в спальню и кухню. На кухне чего только не было из техники, впрочем, разготавливаться тут я точно не планировала. А спальню так и вовсе предпочла не разглядывать – только рюкзак и забросила туда. А потом принялась ждать, не сомневаясь, что скоро придет тот, чьим трофеем на неделю я и стала. Добровольным трофеем, отчетливо понимая, для каких целей меня тут будут использовать.



Двумя днями ранее



Входная дверь шарахнула так, что я аж подскочила на стуле. Следом громыхнула дверь в ванную, и в квартире повисла тишина.

– Ир?.. – позвала я, посмотрев на часы.

Половина десятого. Что-то она сегодня рано. И почему молчит? Ах, ну да, она же в ванной. И все же, я решила проверить, все ли у сестры в порядке.

Дверь в ванную была заперта, но ни шума воды, ни каких-либо других звуков я не расслышала. Это уже настораживало.

– Ир, ты там? – спросила я и снова подергала ручку двери. – Не молчи, не играй на нервах.

– Проваливай, – раздалось гнусавое за дверью.

Она там плачет, что ли? И это моя сестра? Да я ее с детства плачущей не видела.

– Открой дверь, или я выломаю ее, – строго проговорила я.

Сестра вернулась домой не ночью. Она плачет. Значит, случилось у нее что-то серьезное. И хоть мне совершенно не хотелось вникать в ее проблемы, когда и своих хватало, но оставить все так я тоже не могла.

– Все! Я иду за молотком. Перед соседями потом сама оправдываться будешь…

Сработало, не успела я сделать и двух шагов. Дверь в ванную распахнулась и к косяку привалилась зареванная Ирка. Косметика у нее размазалась, волосы растрепались.

– Видок тот еще, – скептически заметила я. – Рассказывай.

– Не делай вид, что тебя интересует что-то кроме твоей дурацкой учебы.

Ира прошла на кухню, достала из шкафчика бутылку вина, что осталась нераспитой после нашего дня рождения. Откупорила ту и налила себе полный бокал.

– Будем здоровы, сестричка! – произнесла она тост и одним махом осушила бокал.


Если Ира пьет, значит дела совсем плохи. Обычно сестра не пила даже мало. От капли спиртного у нее трещала голова.

– Держи, – принесла я из ванной молочко для снятия макияжа и ватные тампоны. – Сядь, приведи себя в порядок и расскажи мне уже все.

Нет, ну я верю в пословицу, что любовь зла… Но не до такой же степени! Месяц назад Иру отчислили из института за регулярные прогулы и хвосты по всем предметам. От родителей нам это пока удавалось скрывать. Вот уже год, как сестра перепутала день с ночью – днем она спит, а по ночам шляется где-то. Эта ее гламурная жизнь изменила ее до неузнаваемости и не только внешне. А мажор Гена, с которым встречалась Ира, казался мне пустышкой в красивой обертке, у которого есть все, кроме ума. И последнему я только что получила подтверждение.

– А он чем думал, когда тратил чужие деньги? – поинтересовалась я.

– Ж…ой он думал! – скривилась Ира.

– Точно! – усмехнулась я. – Ну пусть у папочки своего попросит, делов-то.

– В том-то и дело, что не может. Отец его на камчатку упечет, если узнает. А я что буду делать?

– Поедешь за ним, как жена декабриста.

– Даш, хватит уже! Дело серьезнее, чем ты думаешь. У Гены есть два дня, чтобы отдать деньги. И должен он серьезному дельцу, с криминальным прошлым.

– И что? Если не отдаст, тот его убьет?

Время шло, я же глазам своим не верила. Но на лице сестры читала подтверждение своим словам.

– Мне кажется, ты драматизируешь, Ир. Кто сейчас убивает за деньги? Ну пусть твой Гена обратится в полицию…

– Даш, не знаешь ты жизни, – вздохнула Ира. – За деньги убивают всегда. А за этим гадом точно не заржавеет, – наполнила она снова вином бокал.

Завтра она будет умирать с похмелья, – подумала я, но ничего говорить не стала. Хочет пить – пусть, может, полегчает, и жизнь не будет казаться такой уж мрачной.

Вино развязало сестре язык, и еще битый час я слушала, как она любит своего Гену, как ей его жалко, и что ситуация у них безвыходная. Я же, слушая ее, убеждалась в мысли, что глупость не лечится. Но сестру мне было жалко. Да и знала я, что любит она своего мажора, хоть и считала его типичным представителем козлов из пословицы. Наверное, еще и потому всю себя посвятила учебе, а не парням.



На следующий день



Ира только уснула, после того как ее очередной раз вывернуло наизнанку, как зазвонил ее сотовый. Схватив телефон и убрав звук, я выскочила из спальни, а потом сделала то, чего никогда не делала, – ответила на звонок. Потом я и самой себе не могла разъяснить, зачем.

– Привет, красотка, – раздался на другом конце низкий мужской голос, лениво растягивающий слова.

– Кто это? – уточнила я.

На всякий случай убедилась, что номер звонившего не определился.

– Твой самый преданный поклонник.

– Кто?

В голосе говорившего слышалась издевка.

– Макар Кравцов, – представился мужчина.

Я напрягла память, услышав знакомую фамилию, и вспомнила, что именно про него мне вчера и рассказывала уже изрядно заплетающимся языком Ира. Как он к ней клинья подбивает вот уже какое-то время, непрозрачно намекает на собственную заинтересованность моей сестрой… Кобель и бандит! И именно ему умудрился задолжать крупную сумму Гена.

– И что вам надо?

– А мы уже опять на вы? – усмехнулся Кравцов. – Ну-ну… У меня к тебе предложение, с которым ты обязательно согласишься, если хочешь, чтобы дружок твой не пострадал. Ведь, я правильно понял, что денег у него нет?

– Что за предложение? – напряглась я, отчего-то испугавшись за сестру.

– Ты отдашь долг за него.

– Но… у меня нет таких денег, – вовремя вспомнила я, что говорю за Иру сейчас.

– А я разве что-то сказал про деньги, малышка? Мне нужна ты. Неделя в моем доме и в моей постели. И долг твоему парню я аннулирую.

– Это шутка такая? – опустилась я на пуфик в коридоре, возле которого и стояла.

– Нет, малышка, это не шутка. У тебя есть время до завтрашнего вечера. Или твой парень возвращает мне долг, или ты расплачиваешься со мной за него. Иначе… ну ты и сама поняла.

Он отключился, а я все продолжала прижимать телефон к уху. Все, что только что услышала, в голове укладываться отказывалось.

Сестра оклемалась только к вечеру и сразу же умотала из дома. Рассказывать о звонке Кравцова я ей не стала. Но сама о нем не переставала думать.