Дочери Темперанс Хоббс

– Почему так долго? – спросила Джанин, поглядывая на входную дверь. – Мне, конечно, нравится проводить время с вами, девочки, но вы же знаете, кого я действительно жду…

– Он сейчас будет, – заверила Конни. – Это не так быстро, как кажется.





* * *


Снаружи, под навесом у двери паба «У Абнера», переполненного шумными старшекурсниками, стоял Сэм, склонившись над коляской.

– Стояночный тормоз, – пробубнил он, вспоминая их с Конни чек-лист по прогулкам с коляской. – Сумка с подгузниками. Усадить Трусфул[47] в рюкзак.

Он погладил сонную головку трехнедельной девочки, которая сжимала под подбородком кулачки. На ней был связанный Грейс чепец цвета салатового капустного листа. Отец поместил дочь в сумку-кенгуру и поправил ремешки. Трусфул всегда вынимали первой, поскольку, что с ней ни делай, она все равно продолжала спать.

– Ну? – спросил Сэм, чуть присаживаясь и заглядывая в коляску. – Ты готова?

На втором сиденье коляски кто-то захныкал. На Фэйтфул[48] тоже был чепец, связанный Грейс, только цвета фиолетового капустного листа. Девочка замахала ручками в знак протеста.

– Ай-ай, как нехорошо, – тихо запричитал Сэм, закрепляя ремешки. Как они с Конни выяснили, Фэйтфул в отличие от сестры просыпалась от любого шороха, поэтому ее забирали последней. – Нас все заждались, – сказал Сэм дочке.

Фэйтфул прекратила хныкать и причмокнула, не сводя глаз с отца.

– Вот и умница, – пробормотал Сэм, вынимая дочь из коляски. – Ты надела чепчик? На улице очень холодно. В этом году у нас, можно сказать, лета и не было. Очень странно, учитывая, что по средней температуре этот год самый теплый в истории. Ты не находишь?

Сэм продолжал что-то рассказывать дочери, помещая ее в рюкзак, пока Трусфул посапывала рядышком. Он затянул все ремешки, проверил сумку с подгузниками и еще раз глянул на стояночный тормоз. Одна гарвардская студентка на подходе к пабу заметила на груди Сэма двух девочек и воскликнула:

– Ой господиии, как же это ми-и-ило! – И на высоких шпильках посеменила к коляске.

Сэму пришлось увернуться, чтобы спасти новорожденных дочек от поцелуев незнакомки.

Занятый близняшками Сэм не заметил, что в кустах под окном, неподалеку от того места, где стояла коляска, сверкнули два звериных глаза.

Пока он рассказывал хостес о том, что его уже ждут, зверек высунулся из лиственного укрытия и, молекула за молекулой, обратился бледной дымкой, которая перелетела через тротуар и сгустилась в тени коляски. Постепенно дымка преобразовалась в маленького щенка пестрого окраса, напоминающего летнее ночное небо. Он сидел, внимательно наблюдая за дверью «У Абнера», и ждал.

Сэм вошел внутрь и направился к уютному закутку. Завидев его, женщины принялись радостно приветствовать долгожданного гостя и громко умиляться малышкам. Тем временем щенок под коляской тихонько тявкнул, и в кустах под окном сверкнула еще одна пара глаз. Никто из студентов, столпившихся в очереди перед входом в паб, не заметил слабую дымку, которая устремилась под коляску и спряталась в ее тени, сгущаясь в очертания маленького котенка. Оба создания выжидающе глядели на дверь, тускнея и полностью сливаясь с осенним вечером.





Примечание автора




Салемская охота на ведьм, самая масштабная и беспощадная в Северной Америке, пришла к своему позорному завершению практически одномоментно. В 1693 году ведовство перестало преследоваться по закону. В письменных источниках восемнадцатого века новообразовавшихся Соединенных Штатов Америки колдовство продолжало рассматриваться как преступная деятельность, однако судебные разбирательства прекратились. В первое десятилетие 1700-х семьи осужденных во время салемского процесса ринулись подавать иски о восстановлении их доброго имени. В течение того самого десятилетия было проведено несколько судебных разбирательств над ведьмами, но их заключения существенно отличались от тех, что имели место до 1693 года. К примеру, Грейс Шервуд, которая была одной из последних женщин, осужденных за колдовство официально в штате Верджиния в 1706 году. Проведя относительно короткий срок в заключении, она была выпущена на свободу и даже отсудила у штата часть своего имущества. Умерла она от старости в восемьдесят с небольшим. Данная картина сильно отличается от того зрелищного спектакля, что разыгрывался в Салеме всего пятнадцатью годами ранее. Так неужели все ведьмы вдруг исчезли?

Как отмечает Конни, в 1735 году власти изменили политику в отношении колдовства и далее преследовали не само ведовство, а шарлатанство. Закон перестал видеть в магии прямую угрозу и занялся пресечением повсеместной практики вымогательства денег с доверчивого населения посредством заклинаний, снятия порч, приворотов и поиска пропавших вещей. Предполагаемых ведьм стали реже подвергать наказанию, но это не означало, что народ перестал верить в колдовство. Формулировка закона 1735 года предполагала, что суд должен защищать людей не от страшного малефиция, что был способен причинить вред их телам, трупам или же скоту, а от обмана.

Причиной таких перемен послужило то, что к 1730-м годам уже полным ходом происходила потребительская революция. Когда среднестатистические хозяйства Британии и ее колоний принялись самостоятельно обеспечивать себя пищей и необходимыми для жизни вещами, в суд стало поступать меньше обвинений на крадущих скот женщин, нежели в 1600-х. Магию скорее вытеснило развитие экономики, нежели внезапное искоренение веры в нее. С тех пор ведьмы переселились в мир фольклора, в котором благополучно пребывают и по сей день.

Все же, революция в науке и рост общего материального благополучия не искоренили потребность людей оказывать влияние на неконтролируемые процессы. Для прибрежных поселений Новой Англии, которые выживали благодаря фермерству и мореплаванию, огромную роль играли погодные условия. Предсказательница Молл Питчер (при рождении Мэри Даймонд) родилась в Марблхеде в 1736 году – сразу после вышеописанных перемен в семье, которая имела репутацию заклинателей погоды. Молл прожила до 1813 года. Она прославилась способностью предугадывать судьбу морских рейсов. Родись Молл Питчер чуть раньше, она бы стала объектом презрения и издевок, но во второй половине восемнадцатого века ее мнимые сверхъестественные способности перестали представлять угрозу и даже стали преимуществом. Тем не менее поэт Джон Гринлиф Уиттьер описывает Питчер, в точности как ведьму из сказки: «сухая, мрачная, нищая ведьма – черты злобны, как ее гнусный рок». Уиттьер даже наделяет Молл большим кривым носом. В реальной же жизни Питчер обладала совершенно заурядной внешностью и уж точно не безобразной. Однако уродливый литературный образ говорит о том, что, несмотря на отношение закона, женщины с ведьмовской репутацией продолжали вызывать у людей опасения и беспокойство.

Способности Молл Питчер обрели особую актуальность в тот самый «год без лета», начавшийся в мае 1816-го, который погрузил в хаос весь мир, но в особенности Новую Англию. Описанное в книге резкое падение температуры действительно произошло, и лето в том году так и не наступило. Все посевы замерзли, и экономика Новой Англии потерпела крах. Некоторые историки утверждают, что именно последствия аномального погодного явления послужили причиной тому, что люди устремились вглубь континента – в штаты Нью-Йорк и Огайо. Строительство Эри-канала, который впоследствии стал главной транспортной артерией местности, началось в июле 1817 года. Конечно же, экспансии на запад в период Джексоновской демократии способствовал ряд причин, но в том числе и погодные условия. Похожую картину мы наблюдаем в настоящее время. Из-за глобально потепления сегодня прибрежные зоны по всему миру претерпевают изменения. Не Конни повлияла на климатические изменения, а зависимость человечества от ископаемого топлива. И последствия этой зависимости скажутся на нас довольно скоро.

Магические приемы, описанные в данной истории, взяты из разрозненных источников. Все они уходят корнями в американский фольклор. Долгое время считалось, будто ведьмы обладают способностью к левитации. Парящие ведьмы встречаются на деревянных гравюрах средневековой Европы, а также об этом говорит Титуба Индиан в своем исповедальном показании в Салеме. Рецепт левитационного зелья, который Конни находит в стене дома на Милк-стрит, взят из раритетной книги европейского и американского фольклора и суеверий, которая впервые была опубликована в конце восемнадцатого века. Сегодня она хранится в Центральной библиотеке Нью-Йорка. В ней же описывается рыбацкий оберег с тремя узелками, которыми промышляет Темперанс. Интересно, что один из ингредиентов зелья, а именно белена, при употреблении предположительно создает ощущение полета. Действительно ли Конни и Темперанс удалось воспарить, я позволяю каждому из читателей решить самостоятельно.

Заклинание, которое читает Грейс, дабы защитить Конни и в то же время разоблачить источник страданий, также взято из существующего гримуара под названием «Шестая и седьмая книги Моисея», датируемого то ли восемнадцатым, то ли девятнадцатым веком. Он все еще доступен для покупки. В Северную и Южную Америку источник предположительно проник вместе с переселенцами из Германии и обрел популярность на Юге среди исповедующих худу афроамериканцев. (В частности, в нем содержится информация на тему повелевания погодой.) Мнение Зази о том, что схожие колдовские традиции, встречающиеся в разных уголках земли и культурных контекстах, имеют общие корни, основано на моем личном исследовании существующих источников. Применявшийся в Англии в ранний современный период метод гадания с использованием сита и ножниц, подробно описанный в «Книге врачеваний Деливеренс Дейн» и упоминаемый в данной истории, встречается в практически неизмененном виде в народных рассказах, собранных фольклористом, исследовавшим американский Юг в 1920-х годах. (Само собой, магия претерпевает изменения в зависимости от потребностей общества. В источнике также содержатся инструкции, как отвести от себя полицейские преследования. Подробности можно узнать через мой личный сайт за разумную плату.)

И наконец, хотелось бы принести извинения жителям английской деревни Истторп за столь неприязненное отношение к ней Ливви, которое я определенно не разделяю. Тем не менее в церкви Истторпа действительно есть барельеф шилы-на-гиг – схематичных очертаний обнаженной женщины, которая напоминает Ливви о том, что женская сила имеет много обличий и не каждое из них приветствуется в патриархальном обществе. У ученых нет единого мнения о том, что такое шила-на-гиг, однако они встречаются по всей Ирландии, в некоторых частях Шотландии и Англии (даже на востоке – в Истторпе). Шилы-на-гиг напомнили мне о скалящейся фигуре, что вырезана на межевом камне в городе Байфилд штата Массачусетс, который служит одним из множества примеров вечного стремления человечества обрести контроль и власть над сложными, неподдающимися влиянию процессами, происходящими в нашем мире. Возможно ли, что когда-то мы все будем жить в городе под названием «благополучие», куда так стремилась мать Ливии, Анна? Даже если такого места не существует на карте и в дремучих лесах где-то за голубыми далями, куда не ступала нога человека, возможно ли его существование в нас самих?





Благодарности




Я хочу выразить огромную сердечную благодарность моему волшебному редактору Барбаре Джонс и ее «правой руке» Руби Роуз Ли за то, что помогли этой истории превратиться в настоящую книгу, а также всему издательству Henry Holt за теплый прием. Благодарю и моего агента Сьюзан Глюк и ее «правую руку» Анреа Блатт за дельные советы как по важным, так и по пустяковым вопросам.


Идея этой истории начала зарождаться во время моего пребывания в Центре передовых исследований в области поведенческих наук в Стэнфорде (CASBS), где я получала истинное удовольствие от рабочих пространств, библиотеки, приятного общения и вкусных обедов, предоставляемых Маргарет Леви – щедрым директором Центра. Я безгранично признательна курсу CASBS за 2015–2016 учебный год и всем, кто делил со мной vinho verde за «вторничными» обедами.

Работу над книгой я продолжала в Центральной библиотеке Нью-Йорка, в «Комнате Вертгайма», где у меня было столько возможностей и времени для проведения исследований, о каких я и не смела мечтать.

Окончательную версию я редактировала в моем любимом кафе Front Street Café в Салеме штата Массачусетс. Спасибо Крису и всему персоналу заведения за то, что кормили меня, поили кофе и диктовали пароль от Wi-Fi. Рекомендую это место к посещению всем-всем. Только не занимайте мой столик.

Семьям писателей приходится мириться с жизнью под одной крышей с людьми, частично либо полностью живущими в параллельных мирах. Я благодарю за терпение и понимание своих родителей, Джорджа и Кэтрин С. Хоу, моего деверя Эли Хаймана, золовку Рейчел Хайман и Майло, благодаря которому я гарантированно выхожу гулять хотя бы раз в день. Но в первую очередь я благодарю своего мужа, Луиса Хаймана, которому, как никому, удается разжигать мое воображение и который следит за тем, чтобы я удерживала сюжет под контролем и не забредала в те дебри, из которых не смогу выкарабкаться.

И наконец, эта книга появилась на свет благодаря читателям «Книги таинств Деливеренс Дейн», которые в книжных магазинах, по электронной почте, в Твиттере и во время случайных встреч в самолетах уверяли меня, что хотели бы ее прочесть. О карьере писателя я не смела и мечтать, однако часто случается так, что наше неверие не гарантирует нашей правоты. Спасибо вам, дорогие читатели.



* * *





notes


Примечания




1




Aetite (от лат. – орлиный камень) – полый светло-коричневый камень этита, который женщины использовали в качестве амулета во время беременности и родов.





2




«The wonders of the invisible world», Cotton Mather.





3




Замковый камень – клинообразный или пирамидальный элемент кладки в вершине свода или арки.





4




Гора Пендл Хилл в XVII веке считалась гиблым местом: именно здесь ведьмы собирались на шабаш и проводили свои колдовские ритуалы.





5