Дракон для прилежной ученицы

– Ты даже не представляешь, насколько.





* * *


Подождав, пока эти двое приведут себя в порядок, я осторожно вошла в комнату. Рагон как раз заканчивал помогать Маори с мантией, завязывая последний шнурок на ее шее. Мужские пальцы нежно, едва лаская, касались кожи эссы. Это было так… притягательно, что я с трудом отвела взгляд.

Кто бы мог подумать! Рагон – больше не в путеводителе, и они с Маори – вместе… Я сглотнула неприятный комок, вспомнив об Аравеле. Ох, да пусть уже хоть кому-то повезет в любви!

Маори предложила чаю, но я отказалась – слишком взволновали слова фарна Земезиса. Объяснив все по порядку, стараясь не упустить ни одной детали, я наконец замолчала. Через пару минут эсса пришла в себя и, поджав губы, двинулась к комоду, где лежала ее рабочая сумка.

– Артефакт перемещения, значит… – задумчиво пробормотала она. – Сейчас…

Время шло, а кристалл никак не находился. Рагон в замешательстве провел рукой по темным волосам.

– Ты уверена, что он там? – взволнованно поинтересовался он. – Может, оставила в комнате?

– Нет, – чуть более резко, чем это было уместно, ответила Маори. – Я всегда ношу его с собой. – Она вывернула сумку наизнанку, вывалив содержимое на кровать. Красного кристалла не было. – Кто-то его украл! Еще вчера он был у меня…

– Спокойно, – сказал Рагон, подходя к Маори и осторожно вытягивая из ее дрожащих рук изувеченную сумку. – Если Маргарита не вернется в свой мир, ритуала не миновать?

Я кивнула.

– Тогда есть время до возвращения Элегиаса. То, что мы знаем о его планах, радует. Как и то, что он пока не знает о наших. Кстати, а они есть?

– Есть. Я пойду в кабинет ректора, – заявила Маори, выпрямившись.

Вид у нее был такой, что стало ясно: лучше не перечить.

Рагон кивнул.

– Боюсь, вынужден с тобой согласиться, – нахмурившись, сказал он. – Ну а мы с Маргаритой сходим к Аравелю. У меня к нему пара вопросов.

Отлично… Я хотела отложить возвращение в свою комнату, но обстоятельства, похоже, играют против меня. Спорить бессмысленно: очевидно, что сидеть на месте и обмусоливать внезапно свалившиеся на наши головы подробности – пустая трата времени. А дракон, возможно, в состоянии помочь. Если, конечно, не улетучился делать со своей суженой кучу мелких драконят. Расу восстанавливать. Он же ответственный… мантикора его за ногу!





* * *


Мы разделились. Рагон напоследок обнял Маори, но та ответила без особого энтузиазма – была слишком погружена в себя. Схватила сумку и выскочила из комнаты.

– Думаю, шубу лучше спрятать где-нибудь здесь, – с улыбкой сказала я, глядя, как Рагон потянулся к массивному кожано-пушистому одеянию. – Сейчас тут подобное не носят.

– Точно, – кивнул Рагон и легким движением отряхнул просторную белую рубашку. – Пойду так.

В академии оказалось на удивление пусто. То ли мне так казалось из-за внезапной потери подруги, то ли студентов действительно стало меньше. Раньше в широких мраморных коридорах было тесновато, а сейчас, несмотря на перемену, нам встретилось едва ли человек десять.

Я отперла дверь в комнату и на мгновение застыла, затаив дыхание. Пусть Аравель гипотетически и может чем-то там помочь, но в голове маячила надежда: вдруг он… улетел, например? Но обещал вернуться. Хотя нет – пусть лучше не возвращается. Век бы его не видеть.

Рагон нетерпеливо привалился к косяку, с непониманием глядя на меня из-под нахмуренных бровей. Я решилась и толкнула дверь. Аравель, разумеется, был в комнате. Как таракан, честное слово! Ничем не вытравишь…

Я скривила рот. Под удивленным взглядом дракона, читающего у камина книгу, прошла к шкафу, молча достала три чашки. Рагон с легким щелчком закрыл дверь. Я что? А я ничего. Буду спокойно чай наливать, а потом попивать с тортиком. Эти двое – пускай общаются, раз так приспичило.

– Вижу, ты жив, – протянул за моей спиной Рагон.

– Взаимно, – отвечал Аравель. – Тебя наконец вытащили из путеводителя? Контракт закончился?

– Долгая история, – со смешком сказал Рагон.

Послышался скрип, и я поняла, что он сел в кресло рядом с Аравелем. Покачав головой, я заварила чай, поставила кружки на небольшой поднос и пошла к камину.

– Я вспомнил, где встречал тебя, – задумчиво сказал Рагон. – Уже давно… Ты ведь был знаком с Аллией, да?

Поднос едва не выпал из моих рук. С этой самой спасительницей, которой отведена минимум одна глава в любом учебнике истории Альсторна?!

– Это было давно, – недовольно поджал губы Аравель. – Я тоже помню тебя, ты жил в академии. Но точно был не студентом.

Рагон принял дымящуюся кружку из моих рук, не глядя поставил ее на стол и чуть наклонился к Аравелю.


– Ты уверен? Кое-какие воспоминания от меня еще ускользают… – Он нахмурился. – Вообще, я и пришел сюда, чтобы ты рассказал, каким меня помнишь. И кем мы друг другу приходимся. Ведь мы… не чужие, верно? В те времена, пятьсот лет назад, все и началось.

Аравель вздохнул, отложил книгу и посмотрел на меня. Не знаю, что он там увидел, но глаза его заметно потемнели. Ну и пусть. Зачем мне пятисотлетний последний дракон с туманной историей? А тут еще Аллия…

– Мне тоже очень интересно послушать, – сказала я, присаживаясь в третье кресло. – В конце концов, погибать за ваш мир придется именно мне, так что чего уж там…

Рагон весело фыркнул.

– Это еще не конец. – Он смерил меня укоряющим взглядом. – Нас вон сколько, а Элегиас – один. Возьмем измором.

Аравель поднял бровь.

– Полагаешь, дело в Элегиасе? Возможно… Но вряд ли в одиночку. Не тот объем Силы. Я чувствую.

– Думаю, замешан весь Совет, – произнес Рагон. – Или хотя бы часть.

Мы немного помолчали. Дракон собирался с мыслями.

– Я помню Верховных, – начал Аравель. – Аллия Лейтис приходилась Главному названой дочерью. Назревала война между Ральмоном и Альсторном, и она, без пяти минут выпускница кафедры жизнетворения, решила, что может загасить пламя разгорающейся распри. – Он задумчиво отхлебнул из кружки и криво улыбнулся. – Аллия оказалась энергичной девушкой. Буквально ворвалась в Утесы, чтобы отыскать дракона, готового ей помочь. Она была красива и… так хотела сделать мир лучше! Я согласился. Мы бежали…

Мы с Рагоном переглянулись. В его глазах я видела страстное желание вспомнить. Тяжело, когда тебя подводит память и ты не знаешь, друзьями окружен или теми, кого полжизни считал врагами.

– Тебя, – Аравель бросил взгляд на Рагона, – я видел среди фарнов в отряде, посланном, чтобы поймать нас. – Он усмехнулся. – У Верховного дочь пропала, как-никак.

– Получается, я был фарном? С чего тогда меня заперли в путеводителе?

Аравель сощурился.

– Думаю, фарном ты все-таки не был. Одеяние отличалось от одинаковых мантий спутников. Ты их вел, что ли… По крайней мере, так казалось.

– Ну конечно! – Рагон комично подбоченился. Но вдруг, резко посерьезнев, добавил: – Наверное, какие-то навыки сохранились. Иначе я не выжил бы сейчас в Пустошах. Правда, это как… инстинкт. Словно тело само знает, что делать, когда рядом смертельная опасность.

– Тебе стерли память, – пожал плечами Аравель. – Ничего удивительного. – Он нахмурился и вдруг смерил Рагона тяжелым взглядом, будто видя насквозь. – Причем стерли еще до того, как поместить тебя в путеводитель. И очень качественно.

– Подожди, – сказала я. – Так для чего Аллии вообще понадобился дракон?

– Как выяснилось позже, для ритуала. Она предала меня. – Аравель отставил чашку, уголок губ дернулся. – Когда я очнулся, все задавался вопросом, почему она оставила меня в живых. А недавно узнал ответ. – Дракон внимательно разглядывал свои руки. – Она и не хотела оставлять. Отдать жизнь за ее колдовство должен был я, одна жизнь за многие тысячи – о чем тут думать! И нестрашно, что жертва знать не знает об этом плане: кто ж предупреждает жертвенного голубя? Но что-то пошло не так. Зато наша героиня стала мученицей и спасительницей всего мира. – Он нахмурился, погружаясь в воспоминания. – Кроме радужного посоха, было еще двенадцать ярких огней вокруг кристалла Силы. Мне кажется, они являли собой нечто целое… Это – последнее, что я увидел.

Рагон покачал головой. Я не знала, что сказать. Как завороженная, смотрела в свой чай и большим пальцем поглаживала кромку кружки. Так вот оно что. Все эти его внезапные уходы и раздумья… Если бы со мной приключилась подобная история – тоже глаз бы не сомкнула, пока не выяснила, что к чему. Но… двенадцать огней? Внезапно вспыхнувшая мысль заставила меня резко поднять голову и впериться глазами в Аравеля.

– Ритуал, говоришь? – чуть не уронив кружку, воскликнула я. – А как он проходил? Что она использовала?

Мужчины непонимающе глядели на меня.

– Радужный посох, – повторил Аравель. – Ритуал очень быстро отключил мое сознание, поэтому я мало что помню.

Но лицо Рагона посветлело. Он меня понял.

– Посох Верховного, последний из тринадцати… Такая мощь любого с ног свалит, даже Элегиаса. Тем более – вкупе с остальными. Мы сами его в жертву принесем, этого троглодита недоделанного!

Я счастливо покивала, не в силах сдержать эмоции. Даешь барбекю из нового ректора!

Аравель с сомнением оглядывал наши радостные лица.

– Последний? Что вы имеете в виду?

– Маори как раз работала над двенадцатью жезлами, их недавно нашли в одной из экспедиций, прямо в одном из мест Силы, – нетерпеливо пояснила я. – Видимо, это – коллекция жезлов Верховных! Маори не была до конца уверена, но подозрения имелись… А теперь ясно, что это так! Ведь ты говоришь – про огни, нечто целое и все такое…

Аравель задумался.

– Даже если все так, это не отменяет необходимости убрать Маргариту из нашего мира.

– Я тоже думаю, так и есть, – сказал Рагон. – На собственной шкуре ощутил мощь всего двух этих жезлов, а что будет, если собрать их вместе, – страшно представить!

– Тогда надо достать радужный посох для полной коллекции, – невесело усмехнулся Аравель. – А он ведь у Элегиаса…

Вдруг дверь с громким хлопком отворилась. В комнату вбежала обеспокоенная Саяна. А ведь я почти заставила себя забыть о ее существовании!

– Что случилось? – спросил Аравель, вставая с кресла.

Лицо драконицы было бледным, глаза сверкали страхом. Несмотря на неприязнь, я поняла, что Саяна не появилась бы тут без видимой причины.

– Смотрите сами! – воскликнула она, подбегая к окну. – Вы только взгляните…