Драконы навеки

Штора шагах в десяти раздвинулась и из алькова вышел высокий мужчина лет тридцати, в стеганом парчовом халате. Небрежно повязана на талии золотистая витая веревочка.

Волосы золотые, но не рыжие, а именно золотые, словно только что расчесаны, струятся по плечам. На полуобнаженной груди также блестят золотые волоски. А в глазах плещется расплавленное золото.

— На колени! — прошипел громко блондинчик за спиной и пнул Виталика под колени.

Ковер мягко подался под коленями. Дракон подошел неспеша, сунув руки в карманы.

— Прохожий, ты сказал?

Голос у оборотня оказался приятный, звучный, поставленный как у диктора телевидения.

Виталик кивнул. Его пробрало внезапно таким страхом, что заледенела вся спина.

— Попаданец, одним словом?! — усмехнулся дракон. — Вонючий попаданец!

Виталик тупо молчал. В голове звенящая пустота настала.

— Вот как? Ага!

Дракон хлопнул в ладоши.

Из алькова выскочил еще один блодинчик только голый.

— Надень штаны и приведи Айне. — распорядился дракон и, подойдя к фонтану, набрал в горсть воды. Выпил. Умылся. Стряхнул капельки на ковер.

— Я не был дома всего пару дней и что нахожу? Неповиновение дочери и вонючего попаданца! Айне тебе понравилась? — дракон подмигнул Виталику.

Виталик тупо кивнул, облизнув губы. Пить тоже хотелось…

— Она красивая, только непослушная. Горан, что я обещал твоей сестре прошлый раз?

Блондинчик немедленно отчеканил:

— Вы сказали, что следующий раз за колдовство без разрешения — накажете! Позвольте мне, отец?

Дракон засмеялся и погрозил блондичику пальцем.

— Своих детей я сам наказываю. Вы все-моя кровь и плоть и я со своей плотью сделаю что пожелаю. Горан, как ты смотришь, если зажарить Айне на вертеле?

— Как прикажете, отец.

"Куда я попал?!" — ужаснулся Виталик, не в силах даже глаза закрыть.

— Горан, к станку его!

Послушного, одеревеневшего Виталика блондинчик подтащил к ближайшему алькову. Сдернул штору, открыв. П- образную, сколоченную из деревянных брусьев

фиговину. Пораженный страхом Виталик позволил привязать себя за руки к верхним углам. Дернули так, что он привстал на цыпочках.

— Одежду долой!

Блонднчик вытащил кинжал и порезал всю одежду Виталика на лоскуты. Только тут странное оцепенение отпустило пленника. Он задергался как пойманная рыбка на крючке.

Дракон с интересом осмотрел пленника со всех сторон.

— Кожа, порченная…Не годится….

"Это он про родинки?"

Родинок на теле Виталик имел в изобилии и потому с самого детства не загорал. Мать пугала раком кожи.

"Повезло…"

Дракон ухмыльнулся.

— Молчаливый он. Горан, а ну-ка разочек!

Хлесткий удар жгучей болью рванул спину наискосок. Виталик заорал во всю силу, даже слезы выступили….Жгло так, словно огнем полосу прочертили!

Проморгавшись он увидел, что дракон держит в руке кнут, свитый из черной кожи.

— Горан легонько тебя погладил, попаданец и только раз. Провинишься-получишь таких ударов десятка два….Расскажи мне, прохожий, как моя дочь вытащила тебя сюда.


Виталик не заставлял себя просить дважды. Взахлеб все выложил и даже дважды.

Когда начал по третьему разу, дракон прервал его.

— Достаточно.

— Отец вы звали меня?

Дрожащий голос Айне вызвал в начале даже радость у Виталика.

"Пусть помучается, сучка!"

Девушка явилась к дракону в зеленом изящном платье. Платье обтягивало талию, подчеркивая пышность груди, а широкий подол доходил до пола. На обнаженной шее блестел ошейник. Волосы золотистые забраны на затылке.

— Проходи, дочь моя! Ты не обнимешь отца своего?

Дракон распахнул объятия.

Девушка, косясь на голого Виталика, сделала осторожный шаг вперед. Лицо напряжено. Губы поджала.

— Не успела заскучать, моя милая?

Дракон говорил ласково. Но от этого стало страшновато даже Виталику.

Айне рухнула на колени.

— Я виновата, отец! Я нарушила твой запрет!

Дракон немедленно подошел к дочери. Она обхватив его за ногу залилась слезами.

Позади ухмылялся второй блондинчик.

Дракон погладил Айне по голове.

— Плакать надо было раньше….Я же предупреждал?

— Да! Да! Я виновата!

— Это хорошо, что ты признаешь свою вину. Искренность украшает женщину. Горан, сними вонючего попаданца. Это место необходимо твоей сестре.

Айне зарыдала в голос.

Виталик через пару мгновений оказался на полу под присмотром Горана. Ноги дрожали, и руки не желали подчиняться…Спину жгло невыносимо…

— Хороший вкус-платье замечательное, одобряю. Придеться его снять, правда, моя дорогая? Нехорошо его рвать же? Сними платье…

— Простите, отец! Простите!

Дракон поднял правую руку, показал всем присутствующим растопыренные пальцы.

— Я уже прощал тебя, пять раз. Для дракона это уже слишком. Ты должна, наконец, получить урок послушания.

— Нет! Нет! Простите меня!

Айне все также цеплялась за ногу дракона, не поднимаясь с колен.

Левая рука дракона, гладившая дочь по голове, спустилась к затылку и сжала ее волосы.

В одно мгновение, завизжавшая от боли девушка оказалась висящей на собственных волосах в вытянутой руке отца. За несколько мгновений свободной рукой дракон сорвал всю одежду с Айне, превращая платье и белье в рваные лоскутья. Она оказалась очень белокожей, с маленькой грудью и тугой попкой. Девушка перестала вопить и вцепилась обеими руками в руку дракона. Он донес дочь, словно за шкирку нашкодившего котенка до деревянных ворот, и блондинчики быстро привязали сестру за руки, точно также как до этого Виталика. Она стояла на цыпочках, закусив губу, уже не плача и смотрела прямо в глаза дракона. Виталик увидел, как по ее нежным, белым бокам набежали мурашки. Напряженное девичье тело сияло в соблазнительной наготе.

Дракон протянул руку, и второй блондинчик вложил в нее кнут.

— Я прощаю тебя, Айне. Эй ты, прохожий!

Виталик проглотил слюну вязкую. Встал на дрожащих ногах.

— Она тебя обидела-иди отомсти-хлестни ее по белой попке!

— Отец! — гневно крикнула девушка. — Накажи сам! Не позволяй меня бить этому чужеземцу!

— Ты кричишь на меня, Айне…Ты не раскаялась… — дракон улыбнулся и погладил дочь по щеке. — Узнаю свою кровь. Прохожий, бери кнут и начинай.

Виталик осторожно взял кнут.

Бить девушку ему совершенно не хотелось. Да, из-за нее он попал в это дерьмо, но он не палач…Бить…связанную…голую…