Граница лавы

Новым транспортом для Брейна оказался средних размеров лайнер, ходивший недалеко, не более пяти суток в одну сторону, и имевший всего два яруса.

Каютки оказались с низкими потолками, неровными стенками и кривыми окнами-иллюминаторами. Но именно последняя опция понравилась Брейну больше всего, поскольку в богатых апартаментах элитных лайнеров, в которых он в последнее время катался, ни о каких иллюминаторах не могло быть и речи, их заменяли навороченные фальш-окна с дополняющей реальностью.

Едва бросив свой чемодан, он сел на жесткий диванчик возле иллюминатора и стал с интересом рассматривать ряды пришвартованных яхт, скутеров и глейдеров, к которым выходили персональные рукава, зашитые прозрачным пластиком. Рукава, подсвеченные изнутри, напоминали забавных червяков, которых Брейну случалось видеть в одной из командировок.

Те черви плавали по ночам в темной воде, и внутри них зажигались фонарики, делая видимыми все их внутренности в полной подробности.

Здесь было похоже, только вместо пищеварительных магистралей червяков внутри погрузочных рукавов двигались редкие пассажиры.

Вот бизнесмен в сопровождении трех охранников и носильщика с багажом. Идет с достоинством, головой не вертит, чувствует себя хозяином положения. А вот молодая женщина в темном костюме и на каблуках – сочетание делового стиля и красоты.

Брейну на мгновение показалось, что он узнает ее. Ну да, это же Сэм!

Здесь она уже не играла роль менеджера по размещению пассажиров и, подойдя к ожидавшему ее черному глейдеру, выслушала краткий доклад пилота, а потом о чем-то спросила двух вытянувшихся в струнку здоровяков в штатском.

Дверца глейдера поднялась, Сэм взошла на борт, и за ней последовали члены экипажа с парой сопровождающих.

Дверца закрылась, глейдер мигнул огоньками, ему ответил иллюминацией отсоединивший сектор шлюза. После чего судно заскользило прочь, и Брейн задумался: что повезла Сэм своему начальству?

Если это была пробная попытка его вербовки, то как-то невнятно.

И еще было интересно: какое же впечатление о себе он оставил?

Да, они не поладили во время беседы, но, возможно, он порадовал ее в физиологическом плане?

Брейн вздохнул и, поднявшись, прошелся по каюте, заглянул в крошечную ванную, где не нашел даже упоминания о воде, только водозаменитель, но хотя бы не самый дешевый, спасибо и на этом.

То, что ему так быстро сменили маршрут, Брейна не удивило. У спецов всегда было много накладок, и, вероятно, его хотели «припарковать» как можно незаметнее.

И это было не самое плохое, ведь убрать его могли и «дома» – на Лутоне-Двойном.

Судно качнулось, дрогнуло наполнение гравитационных соленоидов, на мгновение вызвав чувство тошноты.

– Узнаю посредственный сервис, – сказал Брейн и вернулся к иллюминатору, где было видно, как удалялся ярко освещенный город-остров «Панорама».

Чем дальше уходил от него пассажирский лайнер, тем интереснее выглядело пятно острова с кружащими вокруг него судами, суденышками и лайнерами солидных компаний.

В дверь постучали.

– Входите! – крикнул Брейн.

– О, да у вас не закрыто? – удивился сотрудник персонала, варвар лет сорока в фирменной оранжевой безрукавке поверх свитера с высоким воротом.

– Это потому, что защелка сломалась, – сказал Брейн. – Ее можно починить?

– Починить можно все, но до защелки никому нет дела. Подоприте ручку двери гладильной доской – вон она, между стеной и боковой стенкой шкафа.

– Гладильная доска? Я думал, лет пятьдесят все уже гладят высокочастотной панелью.

– Разумеется, сэр, но есть проблема с защелками с внутренней стороны, и для этого у нас имеется необходимое количество списанных гладильных досок.

– А починить все эти защелки не проще?

– Дело в том, что доски везли на утилизацию, а теперь и доски при деле, и можно сэкономить на их утилизации и на ремонте внутренних защелок. Изящный экономический этюд, вы не находите?

– Изящный, – согласился Брейн. – Это вы его придумали?

– Не я, племянник.

– Тоже неплохо.

– Я ведь чего пришел-то? – Сотрудник почесал голову. – Я должен вас зарегистрировать, а то у нас всякий сброд, бывает, в каюты вселяется. А потом поди попробуй их вышибить.

– Не получается?

– Механика приходится звать, тогда получается.

– С механиками всегда проще, – согласился Брейн. – А как же у вас получается, что бродяги на борт проникают?

– Так ведь поначалу вполне приличные люди, а потом – бац, предъявляют билет, купленный в кредит, мы обращаемся в банк, и оттуда сообщают, что нет у них такого клиента.

– Хорошо, зарегистрируйте мой билет, чтобы отпали все подозрения.






12


Капитан Клейн прибыл на площадку местного бюро ИСБ уже через полтора часа.

С непривычки воздух открытой атмосферы слегка горчил – у себя на «Панораме» он привык к искусственной, по нескольку раз в день проходящей через фильтры, конверторы, дозаторы и многие другие аппараты, чтобы удалялось все то, что отправляло в атмосферу местного «аквариума» его население.

– Вы Клейн? – спросил появившийся на площадке сотрудник, присланный встретить гостя. Режим безопасности требовал, чтобы посетители с гостевыми пропусками не перемещались по комплексу бюро без сопровождающих.

– Да, он самый.

– Как добрались?

– Спасибо, очень хорошо, – ответил гость, кутаясь в пиджак от легкого ветерка, ведь на «Панораме» ветров не было.

– Идемте, подполковник ждет вас.

– А другие начальники? – спросил Клейн, следуя за встречающим.

– Этой информацией я не располагаю, – сказал сотрудник сухо, что прозвучало как рекомендация заткнуться и не задавать глупых вопросов.

Клейн вздохнул. Всякий раз, посещая бюро, он ощущал себя здесь и в городе, когда удавалось выйти, простоватым провинциалом. А у этого молодца, варвара с повадками суперколвера, снисходительность и превосходство просто выпирали.

– Здесь направо, – сказал сопровождавший, и Клейн кивнул. Он и сам знал, что направо.

А еще он не отошел от дороги, но утомило его не долгое сидение, а пребывание один на один с баром, которым он раньше втайне пользовался, но теперь-то он пообещал начальнику, что обойдется без бара.

С другой стороны, появись он перед приезжими начальниками с запашком, это вызовет вопросы.

Спустя десять минут Клейн уже сидел в приемной своего руководителя, которому подчинялось подразделение на «Панораме».

Место секретаря занимал засидевшийся в лейтенантах канзас по имени Каспер. Прежде тут всем заправляли женщины, но потом была очередная перетряска, и решили, что женщины хотя и украшают, но при этом еще и отвлекают. Поэтому прислали Каспера.

Клейна эти перемены не устраивали, ведь если раньше он под видом легкого флирта мог разговорить секретаршу и что-то предварительно выяснить, Каспер был непробиваем и пресекал все попытки вербовки.

Зато он вставал, когда обращался к посетителям. Вот и теперь, получив на мониторе команду, он поднялся, одернул мундир и с важным видом произнес:

– Сэр, подполковник Саймон ожидает вас.

Клейн поднялся и, пройдя до двери, не удержался от того, чтобы сначала не постучать – робко так, просительно. Уже через мгновение он презирал себя за этот провинциальный жест.

– Да входите уже, капитан! – крикнул Саймон.

Клейн вошел и увидел, что помимо его начальника за совещательным столом сидели еще двое в штатском – сухощавый канзас и полноватый гоберли с усами.

– Ну вот, господа, это специально прибывший со станции наш специалист. Практически только что из боя, – отрекомендовал Клейна Саймон и сделал страшные глаза, когда Клейн посмотрел на него. Дескать, не подведи.

– Присаживайтесь, капитан, – сказал канзас, а гоберли даже не взглянул на Клейна, продолжая смотреть на свои лежавшие на столе руки.

Клейн сел у дальнего конца стола.

– Что там произошло, если быстренько, так сказать, на пальцах? – спросил канзас.

– Они снесли нашего «почтальона», мы снесли их «почтальона». Это если кратко.

– И кем оказался чужой «почтальон»?

– Судя по удостоверению, сотрудником Управления стратегического планирования.

– М-да, – произнес гоберли и пошевелил усами. Он продолжал смотреть на свои руки с таким видом, будто видел их впервые.

– Какую цель вы преследовали, нанося побои офицеру родственной нам службы, капитан Клейн?

Клейн бросил взгляд на своего начальника, а тот сделал вид, что изучает какой-то документ.

– Я не наносил побои офицеру родственной нам службы, сэр, это по моему приказу сделал мой подчиненный.

– Почему вы отдали такой приказ?

– Потому что офицер родственной нам службы преследовал меня и грозил этим сорвать нам операцию. К тому же, сэр, на тот момент он никак не продемонстрировал свою принадлежность к родственной нам службе.