Хрупкое равновесие. Книга 2

Если она скажет Харту, чем пахнет ее ребенок, он решит, что она свихнулась, или в лучшем случае скажет, что ей надо поспать. Он опять заберет ребенка. Нет! Это просто галлюцинация! Не более. Она опять вдохнула запах и теперь казалось, что Лео пах, как прежде: пеленками и уютом.

– Все в порядке, – кивнула она, – мне показалось. Больше не забирайте его без моего разрешения.

– Я хотел, как лучше…

– Лучше, когда он здесь.

Харт кивнул и вышел, следом за ним выбежала медсестра. А Диана прижала ребенка к груди.



Пять дней, проведенные в больнице, пролетели незаметно. Было страшно возвращаться в большой мир, где ей предстояло остаться один на один с трудностями. Диана знала, что друзья не оставят ее, но нужно было учиться самостоятельности.

Возле больницы ее встречал Фрэнк с новым букетом цветов. Зачем ей столько? Она передала их на пост медсестре, чтобы они не мешали ей держать ребенка.

Лео оказался на удивление спокойным мальчиком, что не могло не радовать: характер явно не в отца. Значит, они найдут общий язык. И хотя его внешность напоминала Стефано, Диана старалась гнать эти мысли прочь. Но сложно было не заметить сапфировые глаза малыша. Камилла говорила, что цвет изменится, но он становился лишь синее, как глубокие воды океана.

Диана зашла в свой дом, держа малыша на руках, и вдохнула полной грудью. С этой минуты начнется новая жизнь, совсем не такая, как прежде.

– Я могу остаться с тобой этой ночью, – начал говорить Фрэнк, но осекся, – я имел в виду, что могу спать в соседней комнате. А если нужна помощь – я тут как тут.

– Тебе завтра утром на работу, Фрэнк. Не хочу, чтобы ты работал кое-как. А что-то мне подсказывает, что ночи в этом доме будут веселыми.

– Я могу не спать сутками, ты это прекрасно знаешь.

Нет, Диана не хотела видеть его в своем доме. Ей нужно научиться жить одной. А еще так хотелось остаться с Лео вдвоем!

Фрэнк ушел. Может быть, обиделся, но сейчас об этом думать не хотелось. Все мысли Дианы были сосредоточены на малыше и заботе о нем.

– Я люблю тебя, Лео, – она прижала ребенка к себе, – за двоих. И дам тебе столько любви, что ты от нее устанешь. Я дам тебе все: любовь, заботу, образование… Ты ни в чем не будешь нуждаться. Я обещаю тебе.





Глава 61




Жизнь изменилась. О какой мести за смерть Мэта она могла думать? На это не было времени! Лео завладел всем ее вниманием и с каждым днем требовал его все больше и больше, одним этим напоминая своего отца. Диана боялась оставить его даже на минуту, он плакал и звал ее. Успокаивался лишь тогда, когда она прижимала его к груди. Диана была измотана, она засыпала на ходу. Пару раз она заснула вместе с Лео на кровати. Он уснул, чувствуя, что она рядом! Приходилось брать его к себе чаще, а потом уже каждую ночь. Но ей нравилось засыпать вместе с ним, она рассказывала ему разные истории, пока он сосал молоко из груди. При этом так внимательно на нее смотрел, как будто изучал, не моргая, с интересом. Ему явно нравились ее рассказы.

А потом он впервые улыбнулся. И сложно было не рассмеяться в ответ. Улыбка так шла ему! Он был ангелом с синими глазами и чарующей улыбкой. Очень красивый ребенок. Но любая мать так скажет про своего ребенка.

Камилла часто приезжала и помогала, первую ложку прикорма она дала сама. Это была рисовая каша. Лео отлично проглотил первый в своей жизни новый опыт. Затем овощи… Стало чуть легче. Он уже не «висел» на груди Дианы сутками. А вот кислое яблоко сразу выплюнул. Сначала Лео поморщился, а потом его передернуло. Девушки засмеялись, наблюдая эту картину. Диана засняла этот момент на телефон.

– Он гурман, – произнесла Камилла, чем привела подругу в замешательство.

– А ты, когда ешь кислое яблоко, улыбаешься?

Они снова засмеялись, и, смотря на них, Лео улыбнулся.



Через пять месяцев малыш уже активно переворачивался, Диане казалось, еще чуть-чуть – и он поползет.

Она часто гуляла с ним в парке, но Лео на прогулках все время спал. А она просто сидела на скамейке и наблюдала за облаками, которые ветер гнал куда-то к горизонту. Часто по ним можно было определить силу ветра.

В магазины за продуктами они тоже ходили вместе, но их Лео не любил. Чаще плакал, поэтому приходилось быстро кидать все в корзину и бежать на кассу.

– Найми няню. – Камилла уселась поудобнее на диване, наблюдая за Дианой. Та помогала Лео сесть. Вот он уже сидит… Время шло очень быстро.

– Я думала об этом. Но зачем ему няня? – И тут же вспомнила Марту. Она впервые вспомнила ее с тех пор, как та со слезами на глазах вышла за пределы ее дома. Няня. Для своего «мальчишки» Марта была даже роднее матери. Не побоялась поехать за ним и принять то, чем он занимается. Нет, Лео не нужна няня, у него есть полноценная мать! А этим аристократическим замашкам не место в ее доме! Диана была для сына всем: матерью, отцом и няней.

Фрэнк готовился к вступительным экзаменам, приходил с учебниками, но Диана отсылала его заниматься домой. Из-за концертов, что закатывал порой Лео, сложно было сконцентрироваться на учебе.

– Я хочу тебе помочь!

– Чем, Фрэнк? Ты очень поможешь себе, если сдашь экзамены. А я и сама неплохо справляюсь. Лео уже даже может сам себя занять… На пять минут. – Диана улыбнулась.

Фрэнк кивал и уходил домой, где его никто не беспокоил. Наверное, он стремился сдать экзамены не для того, чтобы стать врачом, а для того, чтобы в глазах Дианы выглядеть лучше, стать на ступень выше. Но она ценила в нем не желание получить новый статус, а ту поддержку, что он ей предлагал. И ту любовь, которую дарил. Иногда, сидя на кухне на стуле, она смотрела в окно на дерево, чьи ветки раскачивал ветер, и вспоминала тот день, когда так же сидела, пока Фрэнк готовил завтрак. В ту ночь она чуть не отдалась ему. Лучше бы отдалась, потому что он был достоин этого. И тут же мысли бежали в другом направлении, где она так же сидит, а на стол с грохотом падает пистолет, который швырнул Стефано. За окном стоит черная «БМВ», в которой сидит Томас… Видение стало размытым… Нечетким. Такое ощущение, будто ничего подобного не было в ее жизни. Постепенно стиралось из памяти.

Даже Лео мало напоминал своего отца, что не могло не радовать. Она жила одна с ребенком и, казалось, никому не была нужна в «Morte Nera». Ее не убили, ей дали право жить, но больше не трогали. Только тату напоминало о старой жизни.


Но на душе все равно было неспокойно. Как будто что-то не давало ей расслабиться и свободно вздохнуть. Диана не понимала, что именно. То ли неразгаданный человек, который подсадил Мэта на героин, то ли жестокость, в которую ее окунул человек, который клялся, что любит ее. При одной мысли становилось мерзко и противно. Поэтому она старалась не думать об этом. Но о смерти Мэта вспоминала часто. И часто сопоставляла факты, вспоминала его последние слова. Джейкобс… Имя человека, которого кто-то заказал и которому отвел вполне определенную роль… Грифу это было выгодно, скорее всего, это сделал он. Но как найти этого Джейкобса, если имя, возможно, ненастоящее? Где его искать, если Мэт так и не назвал место их встречи?

Мстить Грифу за Мэта? А еще человеку, который своей жестокостью убил в ней любовь.

Лео заплакал, и Диана тут же побежала к нему.

– Я здесь! – Она взяла его на руки, и он тут же замолчал. – Мама здесь, милый. Сейчас покушаем и пойдем гулять. Куда бы ты хотел сходить на этот раз? В парк или, может, в детский магазин? Иногда мне кажется, что ты вырастаешь из своих вещей быстрее, чем я успеваю их покупать.

Лео засмеялся, как будто понял, что она шутила. Но он всегда смеялся, видя ее улыбку и слушая ее ласковый голос. Все дети любят голос своей мамы. Диана прижала его к себе и поцеловала в лобик:

– Сейчас принесу поесть, Лео.

Она посадила ребенка в манеж и улыбнулась, проведя рукой по черным волосикам.

Звонок заставил обоих перевести взгляды на входную дверь, Диана пожала плечами:

– Наверное, Фрэнк. Опять пришел готовиться к экзаменам с тобой. Но мы не дадим ему учиться, ему придется пойти с нами гулять.

С улыбкой на губах она открыла дверь и в ту же секунду оказалась прижатой к стене. Диана не успела даже закричать – что чья-то рука больно зажала ей рот. Все происходило так быстро… Она ударилась головой о стену, от боли закрыла глаза, но тут же их распахнула. Попыталась убрать ладонь, которая крепко зажимала ей рот. Но ее руки были так же сильно зажаты.

Лео! Это первое, что промелькнуло в мыслях. Затем она сконцентрировала зрение на незваных гостях, видела лишь море черного цвета. Много людей в черных куртках… Мужские голоса резанули слух, и сердце сжалось. Девушка взбрыкнула, стиснув зубы, пытаясь вырваться из крепкой хватки, но еще один сильный удар о стену заставил Диану простонать от боли. Только на секунду. В мыслях мелькали ужасные картины… Кто? Зачем?

– Стой тихо, тварь! А то хуже будет!

Грубый голос прорычал ей на ухо, и Диана затаила дыхание, пытаясь рассмотреть его лицо. Она слышала этот голос впервые, и когда смогла заглянуть в его черные глаза, поняла – она не знает этого человека. Но он был не один, кто-то держал ее руки. Диана снова попыталась выбраться из захвата, не обращая внимания на угрозы. Что может быть хуже?

– Привет, Диана.

А вот этот низкий спокойный голос заставил замереть! Она слышала его раньше… Он был ей знаком, вызывал мурашки на коже. Девушка взглядом пыталась найти того, кому он принадлежал, но видела лишь незнакомые лица. Мужчин было не меньше четырех, двое ее держали, остальные ходили по дому и заглядывали в комнаты. Видимо, искали того, кто еще мог находиться здесь. Они не подходили к манежу, где сидел Лео. А он молчал, смотря на незнакомых гостей большими синими глазами. Господи! Хоть бы он молчал и дальше. Сердце Дианы сжалось, представив страшную картину: как кто-то ударяет его…

Но как только взгляд девушки остановился на знакомом лице, дыхание замерло, а глаза распахнулись шире от ужаса.

– Не ждала меня? – Джон Гриффин медленно шел к манежу, и с каждым его шагом ее пульс бил сильнее. Зачем он здесь?

Диана рывком выдернула руки у охранника, который явно не ожидал такого от хрупкой девушки. Но сил у Дианы резко прибавилось, она успела даже ударить другого человека, который от неожиданности убрал ладонь, но тут же дал сдачи, ударив ее по лицу.

– Гадина! – Мужчины опять схватили Диану и прижали к стене, сцепив ей руки.

– Что тебе надо? – крикнула она, пытаясь приблизиться к Грифу, но не смогла. Она даже не заметила рану на губе, из которой бежала дорожка крови. – Не подходи к нему! Не трогай моего сына!

До ее сознания начала доходить причина его пребывания здесь. В мыслях промелькнула та самая ночь, ставшая фатальной для Николаса. Она убила его сына… Но не могла поверить в то, что Гриф пришел… Она боялась своих мыслей. Она хотела лишь одного: вырваться из крепких рук этих людей, схватить Лео и кинуться прочь! Она так и сделает!

Диана стала вырываться, сил прибавилось, но что ее ярость против двух здоровых мужчин? Один схватил ее за шею, пытаясь душить, но Гриф его остановил:

– Нет, нет! Не причиняйте ей боль! Мы здесь не для этого!

Руки были убраны, но воздуха все равно не хватало. Диана сделала глубокий вдох в надежде, что они не тронут ни ее, ни Лео. Просто решили напугать! И у них это получилось.

– Физическая боль быстро забывается, – продолжил Гриф, и его пальцы коснулись черных волосиков на голове ребенка. Диана застыла… А Лео посмотрел на старика с интересом. – Но душевная боль остается с тобой на всю жизнь.

От этих слов кровь отхлынула от лица Дианы. Она снова попыталась вырваться, но все напрасно.

– Не подходи к нему! – рявкнула она, напоминая самой себе дикую кошку, котенка которой пытались отнять. – Только попробуй прикоснуться к нему…

– И что ты сделаешь? – усмехнулся Гриф, а его пальцы снова коснулись головы Лео. Малыш заплакал: большие слезы потекли из его глаз, а ротик так искривился, что от этой картины тоже самое произошло с его матерью. Только сейчас Диана осознала, что видит все как в тумане. Она зажмурилась, прогоняя слезы, и тут же снова взглянула на врага. Она не знала, что делать.

– Что ты хочешь, Гриф? – прошептала она, говорить не было сил. Надо было их поберечь, чтобы оттолкнуть этих амбалов, схватить ребенка и бежать отсюда.

– Ты оставила глубокую рану в моей душе, Диана… – Его тихий голос нагонял страх, пульс учащался с каждым произнесенным им словом. Она слышала шум в голове – это кровь потоком хлынула, приглушая слух. – Настал черед оставить такую же в твоей.

Нет! Эти слова вызвали дикий ужас! Страх… За Лео, на голове которого пальцы Грифа чертили круги. Ребенок плакал, и ей хотелось кричать с ним. Он звал мать, которая была прижата к стене и не могла даже дернуться. После слов Грифа, ноги стали ватными, и девушка стала оседать на пол.

– Прошу тебя… – Слезы застилали глаза, но Диана старалась говорить четко, чтобы он точно понял ее просьбу. – Это я убила твоего сына. Возьми мою жизнь, не трогай Лео.

И разревелась в голос, крича слова молитв. Сейчас она готова была для Грифа сделать все, что он попросит. Она готова была упасть к его ногам и целовать их, молить о своей смерти… Только чтобы он оставил Лео в живых.

– Убей меня! – крикнула она сквозь рыдания. – Это я убила Николаса!

Но Гриф лишь усмехнулся, наблюдая за ней, явно наслаждаясь своей местью:

– Ты будешь жить с этим, Диана. Ты будешь вспоминать этот день до конца своей жизни. Именно этот день будет стоять перед твоими глазами!

Он схватил Лео, и Диана завизжала, пытаясь согнуться пополам от боли, которая резко вонзилась в ее тело. Ее тут же заставили выпрямиться и снова приставили к стене. Грубая мужская рука схватила ее за горло, перекрывая дыхание.