Я спасу тебя от бури

– Почему бы вам не вздремнуть, и…

– Вы всегда так делаете?

– Что именно?

– Игнорируете людей, которые пытаются поблагодарить вас?

– Я делаю это не ради благодарности. Мэм… Сэм, постарайтесь не заглядывать в будущее дальше ближайших нескольких часов. Мы всё обдумаем завтра, а пока отдохните, поспите немного. – Телевизор с плоским экраном имел диагональ не менее пятидесяти дюймов. – Посмотрите кино, пока я буду покупать лекарства, и мы поедим около семи вечера. Хорошо? – Я взял рецепты со стола. – Побездельничайте, поболтайте ногами. Загляните в мини-бар и выпейте пару порций. Судя по вашему виду, это пойдет на пользу. Я вернусь в половине седьмого.





Глава 10




Мне был нужен воздух, и наконец я вздохнул полной грудью. Надышался до отвала. Я прогулялся до Миссисипи и посмотрел, как река несет свои воды. Представил Гека и Джима на колесном пароходе. Может быть, в компании Тома Сойера. Эта мысль на минуту отвлекла меня. Это была одна из моих любимых книг – одна из немногих, которые я читал больше одного раза.

Я совершил налет на аптеку и накупил лекарств на четыреста семь долларов. От этой цифры мне хотело сесть в автомобиль и уехать куда-нибудь подальше. Я стоял в очереди, пытаясь сообразить, хватит ли денег на моей кредитке, когда заметил аккуратную стопку флисовых одеял. На ярлыке стояла надпись: «Обнимашки». Одеяла лежали и ждали случайных покупателей вроде меня. Там было голубое одеяло с ангелочками и светло-розовое с феей Чинь-Чинь. Я подумал, что девочке оно понравится.

За углом я зашел в книжный магазин, где приобрел карманное издание «Американского толкового словаря» за пять долларов. Оно было толщиной три дюйма, и я решил, что малышка сможет найти там практически любое слово, какое ей понадобится. Я положил словарь в сумку с лекарствами и пошел обратно – на этот раз медленнее.

Я пересчитывал трещины в асфальте и думал о завтрашнем дне. Мне хотелось понять, во что я ввязался. Честно говоря, больше всего мне хотелось, чтобы на моем месте оказался кто-то другой. Моя тарелка была уже полна.

Когда я дошел до крытой автостоянки, то стал готовиться к будущей трапезе. Я поставил свой автомобиль в углу, что обеспечивало некоторое уединение; кроме того, здесь не было никого, кроме служащих отеля. От меня начало попахивать, поэтому я снял рубашку и вытер подмышки влажными салфетками. Потом я воспользовался дезодорантом, побрился перед боковым зеркалом, размазал по лицу немного лосьона после бритья, опустился на складной стул рядом с автомобилем и начал сворачивать сигарету.

В половине седьмого я услышал шарканье шлепанцев на автостоянке. Шаги были быстрыми и решительными. Я повернул голову и увидел Сэм, подходившую ко мне в халате, со все еще влажными волосами.

Я встал, застегнул рубашку и начал заправлять ее в брюки.

Она подошла прямо ко мне, бесцеремонно вторгнувшись в мое личное пространство. Потом немного отступила, посмотрела на автомобиль, играя бровями, и поджала губы. Она явно воспользовалась моим советом немного выпить.

– Вы не собираетесь ночевать тут, правда?

Я глубоко вздохнул.

– Послушайте, у меня есть искушение солгать, но у нас с этим автомобилем старинная дружба. Я провел много ночей в салоне, и здесь точно так же уютно, как у вас наверху.

– Но Марлина сказала, что может дать вам номер.

– Да, она предлагала, но я и здесь прекрасно себя чувствую.

Ее плечи поникли.

– Наш номер слишком дорогой, верно?

– Как правило, здесь действительно высокие цены. Но я довольно долго жил в этом отеле, когда работал, и Марлина дает мне особую скидку.

– Сколько?

– Девяносто девять долларов.

Она нахмурилась и уперлась руками в бедра.

– Вы платите сто долларов за этот небесный дворец? Наверное, этот номер стоит от шести до семи сотен в сутки. – Она помедлила. – Я не всегда была нищей.

– Без шуток, я не лгу. Кроме того, если ваш друг Билли приедет в город и будет искать вас, то, по моему разумению, это будет одно из последних мест, куда он заглянет.

Когда она увидела меня здесь, а не в роскошном номере наверху, это лишило ее паруса ветра. Она снова подошла ближе и скрестила руки на груди. Вода из душа еще оставалась на ее груди в вырезе халата и на мочках ушей. От нее пахло чистотой и свежестью.

– Мне нужно кое-что знать.

– Хорошо.

– Вы хотите выйти из игры?

– Не уверен, что понимаю вас.

Она плотнее запахнула полы халата, на мгновение дав мне увидеть, что находилось внутри, и завязала пояс.

– Ладно вам, мы оба взрослые люди. Я большая девочка. Теперь вы можете уехать. Завтра мы тихо уйдем отсюда, и никто не останется внакладе. Потом я пришлю деньги…


– У вас есть другая возможность?

– По сравнению с чем?

– Со мной. Если я уеду отсюда, что вам останется делать?

Она плотно сжала губы и посмотрела в сторону отеля:

– Я что-нибудь придумаю.

– У вас уже есть мысли по этому поводу?

Она покачала головой.

– Я пытаюсь помочь вам выйти из этой ситуации. На вашем месте я бы этого хотела. На вашем месте я бы приняла предложение.

– Ну… мы немного разные.

– Только не говорите, что вы даже не думали об этом.

– Разумеется, я думал об этом. Каждые несколько секунд. Но каждый раз, когда я прикидываю, что из этого получится, то вижу разные плохие вещи.

– Например?

– Вещи, которые я уже видел раньше.

– Но вы меня даже не знаете.

– Это правда. Но все, что я видел, говорит о том, что вам нужна пауза. Я мало что могу предложить, но я могу увезти вас дальше на запад – домой, куда я направлялся, когда началась эта заваруха. Это даст вам время собраться с силами и как следует подумать.

Она вскинула брови:

– Вы это сделаете?

– Это маленький городок. Одно из таких мест, где все друг друга знают, но они приличные люди. В основном.

– Почему?

– Я имел в виду, они просто занимаются своими делами…

– Нет, не они. Вы. Почему?

Я сел, посмотрел на часы и начал сворачивать сигарету.

– Однажды я видел, как душа женщины треснула пополам. Не особенно приятное зрелище. – Я лизнул бумагу. – Я не лучший судья в этом деле, особенно когда речь идет о женщинах. На самом деле просто отвратительный. Но я могу сказать, что ваша душа близка к этому. Поэтому тот факт, что мы недавно познакомились, не имеет никакого значения. – Я пожал плечами. – Душа есть душа.

Она стояла со скрещенными руками и изучающе смотрела на меня. Ее левая нога была видна в прорези халата. Я пытался не обращать внимания, но это было трудно. Я уже три года не спал в одной постели с женой. Я мужчина, а не идиот.

Она подошла ближе, глядя на мою сигарету.

– Почему вы это делаете?

– Может быть, в память о моем отце.

– Как это?

– Он так поступал каждый раз, когда собирался сказать нечто глубокомысленное. Обычно это обозначало важный момент.

– И вы собираетесь сказать нечто очень важное?

– Он также делал это, когда сталкивался с трудным решением, не имевшим простого ответа, и он не вполне понимал, что нужно сделать.

– Он курил?

– Да.

– А вы курите?

– Нет.

– Почему нет?

– Дело не в курении.