Я твой монстр. Книга 2

К тому моменту, как я появилась на полигоне перед пятью сотнями выстроившихся наемников, я уже была для всех «баба генерала», следовательно, на меня смотрели, более чем пристально смотрели, но уже точно знали – этот цветочек им не по зубам.

Во время осмотра строя за мной следовал капитан Тайнтон. Выглядел он не слишком одобряющим мое поведение, однако именно ему поручили присматривать за мной, и капитан определенно не был рад необходимости сопровождать столь дискредитировавшую себя особу.

А вот мне, напротив, это было крайне удобно: Тайнтон был уже практически «свой».

– Двое мужчин, – произнесла я, шагая мимо строя солдат, заложив руки за спину и безразлично следуя между абсолютно небезразличными ко мне личностями, – второй по правую руку генерала и девятый тоже по правую руку, кто они?

Капитан Тайнтон ответил почти мгновенно:

– Блондин – зам генерала полковник Стейтон. Шатен – в звании капрала, Урхос.

– Личные дела обоих ко мне, – приказала я.

Тайнтон сбился с шага, но вскоре догнал меня и произнес:

– Будет сделано.

– На полигоне потребуется установить камеры: ночного видения, тепловые, стандартные, стандартные с возможностью записи в большом разрешении, – продолжила отдавать приказы.

– Понял, привезут к вечеру.

– К обеду, – не согласилась я.

И, встав перед солдатами, скомандовала:

– Постовые свободны. Для остальных – двенадцать кругов. Бегом. Начали!





* * *


Камеры доставили действительно к обеду. Часть устанавливали спецы, исходя из плана, набросанного мной, часть я установила сама, ползая по крышам, стенам, препятствиям на беговой дорожке. К этому моменту меня ненавидели все наемники, вообще все. Полигон представлял собой круг протяженностью в милю, так что утренняя зарядка едва ли была воспринята с энтузиазмом.

И их ненависть лишь усилилась, когда после обеда, разделив личный состав на группы по сто наемников в каждой, я снова приказала пробежать все то же весьма изматывающее расстояние.

Сказать, что на меня, шмакодявку мелкую, смотрели с ненавистью, – это ничего не сказать.

Особенно если учесть, что, пока они бегали, я устроилась полулежа на шезлонге и, закинув ногу на ногу, наслаждалась жизнью, попивая коктейль.

Вообще, в моем пойле были одни энергетики, но… выглядело все так, словно я кайфово бухаю, тупо издеваясь над солдатами. Исходя из того, что все они уже были в курсе моего звания генеральской подстилки, бесило их это неимоверно, а я… я отслеживала движения, эмоции, любые странности.

И мои солнечные очки в половину лица размером вовсе не были солнечными.

– Капитан Давьер, вы заставляете меня думать, что склонны к садизму, – прозвучал низкий баритон справа.

Приспустив очки, демонстративно скептически оглядела подошедшего с головы до ног, вернула очки на место и сообщила:

– Я вас точно не заставляла что-либо делать, но мысль любопытная – командному составу ведь тоже не помешают тренировки, не так ли?

Полковник Стейтон постоял рядом, с какой-то ледяной и несколько пренебрежительной насмешкой глядя на меня, затем и позволил себе нетактичный вопрос:

– Вы затребовали мое личное дело. Могу я узнать зачем?

Оригинально так!

– Мм-м, – я повернулась и посмотрела на него, не снимая очков, – а могу я узнать, каким образом вы оказались в курсе того, что я запросила ваше личное дело?

Полковник промолчал.

Ну и, собственно, я тоже не видела смысла продолжать данный разговор.

Постояв еще несколько секунд, Стейтон молча меня покинул.

Едва он ушел, я достала служебный сейр и прямо спросила:

«Капитан Тайнтон, какого дерсенга о моем запросе стало известно полковнику Стейтону?»

«Простите?» – прислал удивленное Тайнтон.

«Потому что я веду дела личного состава, капитан Давьер», – неожиданно вмешался в нашу переписку Стейтон.


М-да…

Ну, в таком случае это не я влипла, а вы.

«Полковник, предоставить мне затребованные личные дела. Жду».

Мне показалось, что там, где-то в здании штаба, сейчас скрежещет зубами от ярости Стейтон, но… это были не мои проблемы, вообще не мои проблемы.





* * *


День запредельных нагрузок для наемников лорда Виантери закончился вовсе не отдыхом. Четыре сотни солдат – сотня находилась в карауле – сидели в зале, глядя на меня с такой ненавистью, что, казалось еще немного, и их не остановит даже субординация.

Между тем я с сейром в руках стояла перед огромным экраном, собираясь окончательно испортить всем настроение.

– Вы медленные, – начала с неутешительной правды. – Слишком медленные, слишком неторопливые, слишком… ленивые, я бы даже сказала.

Каждый из сидящих на неудобных складных стульях наемников весил раза в три-четыре больше меня, они были измотаны и явно ощущали боль в каждой мышце, но…

Но лучше смотреть в глаза неприятной правде, чем с мертвой улыбкой продолжать верить в ложь.

– Внимание на экран, – приказала я.

И включила запись нападения «ночных призраков», прокручивая ее на низкой скорости. Так, чтобы сидящие в зале отчетливо увидели, насколько медленнее двигались защитники городов в отличие от нападавших.

В зале стало тихо.

– Если смоделировать примерный силуэт «ночных визитеров», мы получим следующее.

Над этим я работала всю вторую половину дня, ставя маркеры на местах видимых повреждений, сломанных веток, задетых домов и прочее. Моделирование не являлось моей сильной стороной, особенно если учесть, что совершенно непрофессионально с моей стороны было постоянно мониторить систему воздушной обороны планеты, но… но я старалась не думать сейчас о своем монстре – мне предстояло разобраться для начала с местными чудовищами.

– Рост около двух метров, – продолжила вообще без энтузиазма, не стоило мне вспоминать о Чи, – вероятно, имеется хвост.

И я вывела на экран компиляцию, неявно, но конкретно обозначившую ящероподобное существо.

И, казалось бы, я обозначила врага, перед ними фактически его модель, но… часть солдат вместе с полковником Стейтоном в данный момент смотрела не на экран – а на меня. Пристально, оценивающе, крайне внимательно.

Ситуация становилась все интереснее и интереснее…

Не то чтобы я продемонстрировала, что заметила их мрачно-пристальное внимание к моей персоне, я, по идее, смотрела на экран, но только по идее – четыре установленные камеры в конференц-зале транслировали все на мои визоры. Всё! Включая взгляды, которыми обменялись полковник Стейтон и капрал Урхос. Причем Урхос явственно чего-то требовал, я так полагаю, моего устранения, но Стейтон отрицательно мотнул головой…

Не хило так.

– И снова внимание на экран, – продолжила я свою презентацию, – обратите внимание на скорость передвижения наших «ночных бабочек».

Уничижительное выражение заставило дернуться самого капрала Урхоса и еще нескольких наемников, остальные, как и полагается тем, кого это не затронуло, посмеялись над шуткой.

Между тем трансляция камер шла не только на мои визоры – дублировалась также в замок лорда Виантери. И лорд идиотом не был. Он едва ли оценил весь масштаб проблемы, но явно засек, что меня ждут… скажем так, «трудности взаимодействия».

«Капитан Давьер, – прозвучало в моем наушнике, – я полагаю, безопаснее для вас будет провести ночь в моем замке».

Отвечать в данный момент я не стала, как в целях конспирации, так и потому, что не видела в этом смысла. Зато сочла необходимым объявить следующее:

– С сегодняшнего дня территория военной базы лорда Виантери объявляется закрытой. Никаких самоволок, выходных и не санкционированных лично мной выездов в город.

Среди наемников послышался ропот, но будем откровенны – плевать я хотела на их мнение.

– По моим наблюдениям, нападения происходят исключительно в полнолуние. До следующего полнолуния две недели. В течение недели ваши тренировки будут увеличены втрое. К утру я постараюсь подготовить наиболее эффективный боевой комплекс. На этом все. Можете расползаться по казармам. Вольно.

И я, развернувшись, ушла к столу, вынимая диски, наброски и все прочее, внешне абсолютно утратив всяческий интерес к присутствующим…

Но только внешне – мои камеры фиксировали все исправно, и даже стоя спиной к уходящим, я заметила, как схватил за рукав капрала Урхоса полковник Стейтон, явно приказав угомониться. Но… они уже допустили главную ошибку – я насчитала двенадцать человек… или не человек, помимо капрала и полковника.





* * *


Когда я, собрав все папки и упаковав сейр, направилась к себе, слежку ощутила сразу. Быстро переключила визоры на трансляцию камер видеонаблюдения из коридора – увы, на видеосъемке имелась только я. Но едва ли это убедило меня в том, что чье-то присутствие мне почудилось.