Я твой монстр. Книга 2

* * *


Мой вечер закончился в три часа утра. Мой день начался в пять.

– Двадцать шесть кругов, – приказала я с ненавистью взирающим на меня наемникам, которых до этого дня раньше шести не будили.

А когда доблестные, тренированные, злые, невыспавшиеся и голодные… просто до завтрака еще три часа было, начали нехотя бегать, я… внесла нотку свежести в и так довольно прохладное утро. Сорок брандспойтов заработали одновременно, поливая остолбеневших солдат ледяной водой.

Начался тихий, ну, в смысле, громкий ад.

Почва на полигоне была в основном глинистая, так что дополнительный «дождик» превратил все это в вязкую сколькую жижу, и наемники было остановились, но по громкой связи раздалось мое издевательское:

– Продолжаем забег, господа.

Их стремительно увеличивающуюся в пропорциях и размерах ненависть в отношении одной маленькой меня можно было ощутить физически, но мне было все равно. Да и вообще плевать, если честно.

Устроившись в шезлонге, я потягивала протеиновый коктейль с убойной дозой стимуляторов и шарилась по даркнету. Обнаружила его совершенно случайно утром, но преступные организации, они такие преступные, в смысле – везде есть. Даже на Илонесе. И спустя пару часов издевательств над личным составом я обнаружила офигенный лот на местном преступном аукционе – коды доступа к системам безопасности высоких лордов!

Атас просто.

Заинтересовавшись лотом, начала писать сообщение продавцу, вообще это был стандартный вопрос: «Сколько?»

Но я еще не успела его отправить, как вид на великих мучеников (я про наемников) закрыла массивная фигура полковника Стейтона. Мужик был тут самым сухим на всем полигоне и в целом в поле моей видимости, а еще мужик был зол.

– Капитан Давьер, – с откровенной ненавистью процедил он, – вам не кажется, что все это, – он даже не стал обозначать, что именно, – несколько чересчур?

Глянув на часы, беззаботно ответила:

– Не-а. – И добавила: – Вы бы отошли, весь вид загораживаете.

Стейтон молча сделал шаг вправо, открывая мне картину. А картина была еще та. Как в темноте все кошки серы, так в глине все наемники были грязны. Вообще уже мало что было видно: лица, ноги, руки – все смешалось.

– Слышал, на Гаэре есть женские грязевые бои. Вы предпочитаете женщин? – задал ехидный вопрос полковник Стейтон.

– О нет, я абсолютно гетеросексуальна, видите, вот, предпочитаю мужчин, валяющихся в грязи. Плохо, конечно, что они в одежде, удовольствие от просмотра не то… Мм-м, завтра прикажу им бегать топлес. Или все же лучше сразу обнаженными, как вы думаете?

Полковника передернуло.

Между тем, мило ему улыбнувшись, я вернулась к переписке с местным хакером и отправила ему свое:

«Сколько?»

«Плим» – раздалось неожиданно из нагрудного кармана полковника.

Мы замерли. И я, и он… Наемники – нет, они продолжали месить грязь.

– Оу, – только и произнесла я.

А потом то же самое «оу» отправила сообщением.

Сейр полковника повторно издал «Плим».

Это уже вообще было за гранью.

Абсолютно за гранью!

Кое-кто здесь основательно охамел вообще!

Одна маленькая проблема – так как сделка купли-продажи не была произведена, то… собственно, и предъявить мне ему было нечего. В том смысле, что этот скользкий тип всегда мог выдать что-то типа: «Мы так ловим преступников».

И, твою мать, неудачно-то как вышло.

Просто одно дело – обнаружить, что полковник Стейтон и есть тот самый хакер, с которым я пыталась связаться, и совсем другое – обнаружить все вот это при самом полковнике, выдав себя с головой.

– Мм-м, может, так договоримся? – решила я выкрутиться из ситуации.

– Разве что через постель, – прошипел Стейтон, достав сейр и обнаружив, что я по нику «Горячая перчинка». – Вижу, вам определенно есть что мне предложить, – съязвил он.

– Ну-у… – я скептически оглядела полковника, – искренне сожалею, но вы не в моем вкусе.

– Предпочитаете генералов? – Да, разговорчик у нас вышел еще тот.

– Вообще, я много кого предпочитаю, но полковников как-то нет, простите, если обидела.


– Если?! – У него было такое лицо, что казалось, меня сейчас придушат на месте.

Лучезарно улыбнувшись индивиду, я решила, что пора сворачивать беседу, и мило сообщила:

– Кстати, вы не находитесь сейчас в карауле, соответственно… должны быть на полигоне, полковник. Как ваш инструктор по оперативной подготовке, я просто-таки обязана заботиться о вашей физической подготовке. Вперед!

Несколько секунд моя жизнь явно висела на волоске, но затем… Стейтон вдруг начал раздеваться. Молча и решительно. Сначала расстегнул, снял и бросил мне на колени мундир, после потянулся к пуговицам на рубашке и, с ненавистью глядя на меня, начал самый зверский стриптиз в моей жизни. Через секунд тридцать мне на колени полетела его рубашка. Следом майка.

Потом…

Ну, потом мне оставалось только впечатляться более чем развитой мускулатурой полковника.

– Как вы и просили – с голым торсом, – прошипел Стейтон.

А я смотрела на него, на его загорелое до золотистого цвета тело, на проработанную мускулатуру, но видела… Я видела лунную ночь на Ятори и Акихиро, такого нереально красивого в каплях кристально чистой воды, в сиянии лунного света, на фоне заполненного светлячками леса…

В моих глазах заблестели слезы.

– Какая интересная реакция, – прокомментировал полковник.

И волшебство распалось.

– Какая непозволительная медлительность, – не осталась в долгу я, брезгливо скидывая его одежду со своих ног на землю. – Приступайте к тренировке!

Взгляд полковника посулил мне скорую и очень мучительную смерть.

Однако реально основательно психанул не он.

Я переключила камеры на визоре и отследила того, кто прожигал меня взглядом, наполненным лютой ненавистью, – капрала Урхос. В отличие от полковника, он как раз находился в карауле, а потому в «издевательстве» не участвовал. Но странное дело – швырнув вверенную мне одежду на землю, унизила я полковника Стейтона, а взбесился от этого капрал Урхос. Взбесился настолько, что на какой-то миг его лицо вдруг поплыло… Но только на миг. Если бы не камеры и мое пристальное внимание, я бы не увидела, а увидев, решила, что мне просто померещилось.

Однако, прокрутив момент раз двадцать, я отчетливо поняла – не померещилось. Совершенно не померещилось.

Впрочем, я могла себя поздравить – тактика работала. Более чем работала.





* * *


Четыреста человек в одном зале для тренировок – это, конечно, перебор. В дальнейшем лучше работать с группами по сто человек, это было бы удобно и потому, что в карауле стандартно стояла сотня, так что можно было работать в пять смен, но пока что вот так.

Мужики сидели на полу, с уже поднадоевшей своим однообразием ненавистью глядя на медленно прохаживающуюся по рядам меня. И я не просто прохаживалась, я врала самым занудным и менторским тоном, именно таким, который позволяет лгать всем и всегда. Сам тон и подача уже сигнализировали, что во всем сказанном нет ничего интересного, а потому получасовую лекцию наемники съели без приправ и специй, я же завершила свой унылый монолог безразличным:

– Датчики, которые вам закрепили на запястье, в принципе, позволят мне наиболее эффективным образом распределять физические нагрузки.

Ну и не только, но вам об этом знать не полагается.

И тут один из наемников, как и большинство из присутствующих радующий мой взор обширными синяками на лице (падать нормально тут определенно не умели), поднял руку.

– Слушаю. – Я повернулась к нему.

Мужик лет тридцати пяти, с плечами шириной чуть ли не в мой рост, издевательски произнес:

– Капитан Давьер, а вы уверены, что обладаете достаточной квалификацией для… ну, в общем, не только для горизонтальных поверхностей?

И тварь широко улыбнулся, еще более усиливая акцент, сделанный на моих вчерашних «постельных утехах с генералом».

– Рядовой… – я глянула на сейр, и датчик услужливо подкинул мне его имя, – рядовой Жером, встать.

Он рывком поднялся.

О да, я знала, что они все хотели увидеть. Все и всегда. В любом подразделении, в любом месте, где зашкаливал уровень тестостерона. Везде. И это уже давно не вызывало у меня ничего, кроме глухого раздражения.

Я развернулась, отошла к стене, через голову стянула мастерку, собрала волосы и, закрепляя пучок резинкой, развернулась к рядовому. Тот стоял все так же, все там же… правда, немного с отвисшей челюстью.

Да, у меня была практически идеальная фигура. Фактически у любого, кто попал бы к психу от пластической хирургии, была бы такая же идеальная фигура. Она, собственно, и была, просто… этот психопат не любил пользоваться наркозом, предпочитал резать по живому… а после такого болевого шока способны выжить не все. Я выжила. Мне «повезло»…

А вот рядовому Жерому не особо.

– Подойти, – приказала я, сложив руки на груди.

Вышло, правда, скорее под грудью, так что степень офигения рядового, да и всех присутствующих существенно возросла, потому что в черной обтягивающей нательной майке и широких военных штанах я выглядела особенно… беззащитной. Тоненькая, хрупкая, красивая…