Клык. Хвост. Луна. Том I

Эхора разлепила свои морщинистые веки. Ее сознание вернулось в дремучую хижину, в пожилое тело женщины. Она первым же делом обвязала свою бритую голову платком и поспешно двинулась в общину клана Винтер.

Она застала Дорра в клановом доме. Вождь стоял у стола, склонившись над картой Станоки с дымящейся трубкой в руке. Дождь барабанил по скату крыши, ломился в окна. Хелла лежала в дальнем углу, подергивая острыми ушами на звук бьющего дождя. Эхора молча дошла до разожженного камина и стянула с себя потертый кожаный плащ.

– Я думала, ты знаешь каждый клочок земли на Севере. Зачем же тебе понадобилось изучать карту? – спросила Эхора, подвесив сырой плащ над камином.

Вождь отвлекся от контуров и обозначений с полной грудью едкого дыма, затем пустил струю в вверх, где дым собрался в плотное облако и разбился о деревянный потолок.

– Я изучаю особенности рельефа, – ответил Дорр Винтер с искрой хитрости в глазах.

Она со скрипом выдвинула стул из-за стола и присела рядом с вождем.

– Твой дедушка, Хольт Винтер, тоже любил карты. Он мог разглядывать их часами и порой выменивал у торговцев карты дальних земель и королевств за выделенную шкуру, за что, конечно же, отхватывал от своего отца.

– Мне нет дела до дальних земель, Эхора. На данный момент меня интересует только Станока.

Старушка заметила несколько округлых камней на карте вокруг общин Гойлов и Росслеров.

– Что ты задумал, Дорр Винтер? Мне тревожно следить за ходом твоих мыслей.

Дорр сгреб камни с карты в кучу на край стола:

– Всего лишь меры предосторожности. Вождь должен смотреть наперед.

– Это слова покойного Старио, – сразу же ответила Эхора.

Дорр обхватил двумя пальцами один яшмовый камень и поставил его на карту, прямо в центр общины Вирсмунк.

– Смерть, запустившая цепь других трагических событий: минувших и, к сожалению, будущих.

Эхора выдохнула скорбью и жалостью:

– Ты все еще не можешь отпустить Фьерда?

Вождь выставил в центр общины Винтер камень – белоснежный, словно молочная капля.

– Не будет мне покоя, пока я не смою его кровь со своих рук кровью всех тех, кто причастен к его убийству.

Два камня – серый и черный – опустились на отметки общин кланов Гойлов и Росслеров соответственно.

– Я предупреждала тебя насчет Фьерда. Нельзя относиться к воле Северного леса легкомысленно, – Эхора отчитала вождя, словно провинившегося мальчишку.

– Какое это имеет отношение к его смерти? – грубо отозвался Дорр.

– Непосредственное, мой вождь. – Старушка вперилась в вождя своими холодными, как туман, глазами. – Север молчал насчет имени Фьерда, но ты проигнорировал это. Самоуверенность и гордость молодого вождя сыграли с тобой роковую шутку.

– Мне нужен был наследник с названным именем, иначе меня бы смели с кресла вождя, – сухо ответил Дорр, всматриваясь в карту.


– И какой же ценой тебе обошлось это треклятое кресло, Дорр?

Вождь резко обернулся на старушку с ледяной яростью в глазах:

– Ты смеешь обвинять меня в смерти моего сына?

Эхора держалась стойко, сохраняя хладнокровие.

– Я просто хочу сказать, что если бы ты слушал меня, то все обернулось бы иначе. Север не простил тебе твою наглую выходку и забрал Фьерда. Не своими руками, но по своей могучей воле. Ты можешь не верить в это, но ответь, кажутся ли тебе все те события, что сейчас происходят, случайными?

Дорр дошел до камина и сбросил в него остатки терпкой травы из трубки. Огонь ответил ему шипением и запахом сушеной лаванды.

– Говори, зачем пришла, Зеница.

– Я пришла с добрыми вестями, мой вождь. Ночью меня посетило видение, которое вселило в мое сердце надежду на светлое будущее.

Снежноволосый пригладил Хеллу между ушей, лисица лизнула его ладонь шершавым слюнявым языком.

– Какое видение?

– Цветок с серебряными лепестками под ледяным дождем, – ответила Эхора, закатив глаза.

– И что это значит?

– Твоя дочь – дочь снежноволосого вождя, названного Ледяным Дождем, – станет правителем всего Великого Севера. Он сделал свой выбор.

Дорр выглянул в окно – ливень плетью хлестал по улицам общины. Спустя мгновение разразился гром, от которого затрещали стекла в окнах. Хелла сорвалась с нагретого места и с испуга свернулась под столом, прижав уши.

– Я не могу протирать штаны в ожидании Астры. Когда она вернется? Ты же все видишь, Зеница?

– Ее путь мне не ведом, как и путь остальных участников Сэнна де Тхонхе. – Эхора подошла к камину, стянула с гвоздя свой плащ и накинула его на плечи. – Но я призываю тебя в очередной раз, Ледяной Дождь, – не совершай ошибок. Дождись свою дочь. По ее решению мы призовем к ответу всех, кто повинен в смерти Фьерда, и в других смертях.

Она дошла до двери, натянула капюшон и обернулась к Дорру:

– Обещай мне, Дорр Винтер, вождь клана Снежной Лисицы.

Вождь смолчал, не переставая смотреть в окно.

Эхора с досадой цокнула языком, затем вышла из дома навстречу ливню, который, казалось, пытался смыть с земли всю ту грязь, что скопилась в Станоке: осадки горьких слез, въевшуюся в воздух брань, ложь и предательство. Не хватило бы и всех вод великой Лейха Сонх, чтобы очистить от черноты имя Великого Севера – края, который почти три сотни лет находился в гармонии и благостройности.

Края с суровой, но обвораживающей природой…

Края, чья судьба отныне находилась в хрупких руках одной лишь девушки…



Конец 1 части