Книга ангелов

– Конечно. Он будет рад тебя увидеть.

Феникс кивает Кассиэлю и покидает дом. Интересно, может быть, он идет к моей матери, чтобы доложить об обстановке?

– А ты не можешь привести ко мне Фели? – спрашиваю я. – Я бы хотела с ней поговорить.

Кассиэль внимательно смотрит на меня. Неужели он понял, чем я занималась прошлой ночью? Исключено.

– Думаю, да. Мы можем прийти к ней домой.

Я киваю, хотя лучше было бы, если бы мы могли поговорить с ней наедине.

– Расскажешь мне об испытании? Есть ли уже фаворитка?

– Да, есть. Одна из девочек очень похожа на ключ.

Значит, ангелы скоро получат то, к чему стремились все это время.

– Что им надо было делать? – Кассиэль сегодня неразговорчив. – Все было так плохо? – добавляю я.

– Габриэль и Рафаэль медленно теряют терпение. Девушкам пришлось несладко.

– Как их проверяли?

– Не хочу вдаваться в детали. Это было ужасно, мои братья просто наслаждались мучениями девушек.

Больше Кассиэль мне ничего не расскажет.

– Ты устала или хочешь немного со мной потренироваться? Можем отправиться на пробежку после завтрака. Мне нужно движение.

Я поднимаю брови.

– Ты только что прилетел из Парижа в Венецию. Для тебя это малоподвижный образ жизни?

Он ухмыляется.

– Для этого я использовал крылья, а не ноги. Ноги чувствуют себя покинутыми.

Я смеюсь и качаю головой. К счастью, Кассиэль не утратил чувство юмора.



Анфиэль бежит за нами по улицам Венеции, держась позади на расстоянии нескольких метров. Меня удивляет то, что ангелы не стали вести себя осторожнее. Теперь, когда я знаю о плане матери, мне кажется странным, что больше никому из людей не пришла в голову идея избавиться от ключей. На что надеются нефилимы? Знают ли они о своем происхождении? В курсе ли того, что в их венах течет кровь ангелов? Рассказывала ли я Фели? Когда я увижу ее, надо спросить об этом и о том, что она знает о плане моей матери. Сможет ли она убить других девушек? А меня и себя? Вдруг моя мать завербовала ее для того, чтобы она убила меня позже? В этом нет никакого смысла.

Погруженная в собственные мысли, я бегу рядом с Кассиэлем. Мы сворачиваем в лабиринт переулков. Некоторые из них такие узкие, что нам приходится бежать друг за другом. Я стараюсь следить за своим окружением. Что сделает моя мать, если я откажусь участвовать в ее плане?

Мой взгляд скользит по стенам домов. Где-то там она прячется со своими приспешницами, готовыми сражаться с ангелами. Они пойдут на любые жертвы, чтобы помешать архангелам достичь цели. Я уже не знаю, что правильно, а что нет. Разве цена жизней девятнадцати девушек слишком велика для спасения остального мира? Если бы я была уверена в том, что после этого все закончится, я бы и сама пошла на смерть. Но ничто не закончится – это всего лишь отсрочка.

Мы оказываемся на рыночной площади, с другой стороны моста Риальто. Рынок снова открыт, хотя здесь далеко не так много палаток, как до взрыва, из-за которого умерла Альберта. Они с матерью были подругами. Скорбела ли она по ней? Или смерть Альберты была для нее всего лишь сопутствующим ущербом? Тем, с чем можно смириться, когда есть благородная цель.

Мы прогуливаемся между лавок. Мария не вернулась в свою палатку, ей больше нравится торговать рядом с Дворцом дожей. Мы покупаем два яблока и пьем воду из колодца. Анфиэль держится на расстоянии: он скрестил руки на груди и мрачно оглядывается. Правда, он все равно пытается остановить Сэма и Лилит, идущих в нашем направлении чуть позже.

– Расслабься, Анфиэль, – говорит Сэм, хлопая ангела-воина по плечу. Улыбаясь, он подходит к нам. Сэм выглядит довольным, и я невольно задаюсь вопросом, присутствовал ли он на испытаниях в Париже. Почему Люцифер вернулся в Венецию посреди ночи? И что он собирался там делать в это время? Может, он целовал меня лишь для того, чтобы отвлечь? И чтобы помешать мне задать слишком много вопросов?

Люцифер. Я ненадолго закрываю глаза, заметив, что он следует за Сэмом и Лилит. Моя сестра идет с ним под руку и смотрит на архангела, когда тот говорит. Они еще не заметили меня, а мне уже хочется раствориться в воздухе. К сожалению, мне не удается. Как мне смотреть в глаза им со Стар?

– Что вы здесь делаете? – спрашивает Сэм. Он наклоняется ко мне и дружески целует меня в щеку, а затем подмигивает. Это что, намек на то, что мне не нужно ничего рассказывать Люциферу об их с Наамой визите в библиотеку?

Лилит обнимает меня и улыбается.

– Хорошо выглядишь, – сообщает она слишком громко.

– Большое спасибо, – бормочу я, и в этот момент Люцифер со Стар подходят к нам. Моя сестра улыбается и тоже меня обнимает. Я не осмеливаюсь смотреть Люциферу в глаза.

– Мун, – приветствует он меня. – Как тебе спалось?

Я поджимаю губы. Вряд ли он ждет ответа на этот вопрос.

«Ты снова дома», – жестикулирует Стар.

Я киваю.

– Тициан приходит ко мне по вечерам с Кьярой. Он скучает по тебе.


Она лишь нежно улыбается и ничего не говорит в ответ. Меня это почти злит. Неужели ее совсем не интересует, как дела у Тициана? Я наконец собираю волю в кулак и с вызовом смотрю на Люцифера. Он все равно не позволит ей посещать меня. Сэм уже предупреждал меня об этом.

Вместо того чтобы гневно на меня смотреть или обвинять в чем-то, он обращается к Стар:

– Если хочешь, можешь пойти в библиотеку вместе с Сэмом. Он все равно игнорирует мои приказы.

Сэм откашливается и ухмыляется.

Стар отстраняется от Люцифера и берет меня под руку. Следующий час мы гуляем по площади. Мы едим вкусности, наблюдаем за фокусниками и пьем вино. Люди смотрят на нас с подозрением, но быстро теряют интерес. Люцифер идет рядом со Стар. Если где-то взорвется бомба, он будет защищать ее, а не меня. Но нам не грозит опасность. Наша мать не станет рисковать и не допустит, чтобы с нами что-то случилось. По крайней мере, до тех пор, пока я не выполню свою кровавую работу, ради которой она меня воспитывала и обучала. Но Люцифер, разумеется, не знает всего этого.

«Люц рассказал мне о вашей встрече в четвертом небесном дворе». – Стар внимательно на меня смотрит.

Я пытаюсь игнорировать то, что она с любовью использует краткий жест для его имени. Мы сидим на низкой стене, а под нами течет Гранд-канал. Мягкий осенний ветер обдувает нас.

«Это было просто ужасно. Он был очень зол, когда вернулся. Он очень переживает за тебя».

«Не так сильно, как за тебя», – думаю я, поворачивая бокал между пальцев. Ангелы обсуждают вчерашнее испытание, и я чувствую взгляд Люцифера на себе.

– Просто Габриэль садист, и он хотел меня унизить. Другого я от него и не ожидала, – отвечаю я.

Если мне когда-нибудь удастся отомстить ему за его жестокость, я ни секунды не буду сомневаться.

«Люц был в Париже, – продолжает она. – Осталось совсем немного времени. Ты боишься открытия врат?»

«Бесконечно боюсь», – хочу я сказать, но я просто пожимаю плечами. Я еще не оставила надежды на то, что мы остановим все это. Я не могу не замечать взглядов, которые Стар бросает на Люцифера. Она полностью ему доверяет. Еще одна причина того, почему в нее влюблены сразу два мужчины. Сестра никогда не сомневалась ни в Фениксе, ни в Люцифере. Стар позволяет им быть такими, какие они есть. А я доверяю только самой себе. Вздыхая, я встаю на ноги.

– Тициан скоро вернется из школы. Нам надо возвращаться домой, – говорю я Кассиэлю, замечая краем глаза какое-то движение. Под одной из арок на другой стороне стоит наша мать. Когда она понимает, что я ее заметила, то исчезает в тени. Неужели она следила за нами все это время? По крайней мере, за мной и моим братом?

– Ты не хочешь сходить в библиотеку с Мун? – мягко спрашивает Люцифер еще раз.

Ко всеобщему удивлению, Стар качает головой.

«Феникс сейчас в библиотеке?» – спрашивает она меня.

«Он занимается восстановлением мозаики, – отвечаю я, потому что это самое простое объяснение. – Он разбил ее, когда ты ушла».

Стар сначала бледнеет, а затем кивает.

«Скажи ему, что мне очень жаль. Но я не могла иначе. Мы с Люцем…» — Она замолкает. На ее красивые глаза наворачиваются слезы, и она отворачивается. Я и так знаю, что она хочет сказать. Они с Люцифером созданы друг для друга. Это увидит даже слепой.

Мне бы так хотелось встряхнуть ее и начать ругать, но не из-за себя, а из-за Феникса. Она что, не понимает, как сильно он страдает? Как можно быть такой бессердечной? Ее болезнь не оправдывает такого поведения. Но Люцифер уже кладет руку ей на плечо.

– Удачи вам, – выдавливаю я, разворачиваясь в сторону дома. Я рада тому, что Кассиэль сразу же идет за мной, и мне больше не надо поворачиваться, чтобы найти его. Мы возвращаемся другой дорогой и бежим бок о бок.

– Никогда не пойму, какую стратегию избрал Люцифер. Если бы я был на его месте, я бы мечтал разорвать своих братьев. Тебя там не было, но то, что ангелы делали с людьми, как убивали детей и жен ангелов, было просто невероятно жестоко.

Меня там действительно не было, но я отлично помню свои видения. Я видела, как умер маленький сын Сэма. Я и не знаю, как он это пережил.

– У Люцифера не было ни жены, ни детей. Возможно, поэтому ему немного проще, чем остальным.

– Возможно. – Выражение лица Кассиэля остается недоверчивым. – Не могу представить себе этого.

Он снова молчит какое-то время.

– Ты долго была при дворе Люцифера. Он ничем особенно не выделяется, когда общается с другими архангелами. Но как он ведет себя среди своих?

Я делаю два шага и останавливаюсь на месте. Еще какое-то время я притворяюсь, что у меня перехватило дыхание.

– Ты пытаешься меня допросить? – спрашиваю я у него. Не хочу играть в эти игры. – Ты из-за этого остался со мной? Все еще самый верный шпион Михаэля?

Кассиэль отшатывается назад и качает головой.

– Нет, – говорит он уверенным голосом. – Я не его шпион. Я только хочу… Я много думаю. Это и мое будущее тоже, Мун. Если Люцифер планирует нечто, что может навредить другим небесным дворам, меня это тоже касается. Возможно, тебя это удивит, но наверху у меня тоже есть друзья. – Он поднимает голову и смотрит вверх.

– Если Люцифер что-то и планирует, то я ничего об этом не знаю. Мне он сказал, что просто хочет уйти на покой. Может быть, он и не такой жестокий, как остальные архангелы, но филантропом его назвать сложно.

Я бы хотела довериться Кассиэлю, но он уже однажды солгал мне, и я пытаюсь быть осторожной.

– Заглянем к Фели? – спрашиваю я, когда молчание становится неловким.

– Конечно. – Мне кажется, что Кассиэль даже почувствовал облегчение от того, что ему не придется идти сейчас со мной в библиотеку. Широкими шагами он направляется вперед.

Нерон де Лука живет в помпезном дворце на левом берегу Гранд-канала, во дворце Вендрамин-Калерджи[12]. Раньше в белоснежном здании с тщательно продуманными арочными окнами располагалось венецианское казино. Чтобы добраться до дома, мы садимся в гондолу, которая доставляет нас по каналу к причалу дома Нерона, и я рада, что Кассиэль не настаивает на том, чтобы мы туда летели.

На причале и перед входом в дом стоят охранники. После теракта Алессандры, вероятно, охраны стало только больше. Один из стражников стучит в дверь и объявляет о нашем визите. Еще мгновение мы ждем, пока нас впустят. Нас приветствует пожилой мужчина, который работал в этом доме еще до Вторжения. Я и не знала, что он еще жив, но раньше он часто давал нам с Фели сладости.