Консервация ненависти

– До связи, товарищ генерал!

Выключив телефон, Павел вернулся в гостиную:

– Я убываю в Гераньку. Тебе, Юра, осуществлять руководство подчиненной группой. Обо всех новостях немедленно докладывать мне. Если не смогу ответить, получишь сигнал отсрочки и повторишь вызов, как стану доступен.

– Понял, Павел Александрович.

– Все, до свидания.

Выйдя из конспиративной квартиры, Бакаров прошел к стоянке. В 15.20 он уже был дома.

Ольга открыла дверь.

– Ты сегодня раньше вернулся, – заметила Ольга. – А я думала, что и выходных у тебя нет.

– Правильно подумала. Я ненадолго. Пообедаю, соберусь и уеду.

– А я опять одна? Может, мне поехать к маме и дочери?

– Это, конечно, дело твое, Оля, но я просил бы тебя остаться дома.

– А что мне здесь делать? Сиднем сидеть перед телевизором?

– Пойми, я должен уехать.

– Но почему не даешь сделать это мне? В Грановске я хоть при деле буду. Дома у мамы дел невпроворот, а я тут бездельничаю. Бросила ей ребенка и укатила с женихом.

– Я всего лишь попросил тебя. Но если хочешь, езжай.

Бакаров прошел в кухню, достал из холодильника колбасу, из ящика хлеб, сделал бутерброды.

– Я приготовила обед, между прочим, – сказала Ольга.

– Спасибо, хватит и бутербродов.

– Конечно, обедать и ужинать мы будем в ресторане.

Павел внимательно посмотрел на нее и произнес:

– Действительно, тебе лучше уехать. А то в голове ерунда полнейшая.

– А что мне еще думать?

– Ничего. Ты должна верить мне. И уезжаю я не на гулянку, на работу.

Бакаров, проглотив бутерброды, переоделся. Достал пистолет, вложил его за брючный ремень сзади.

– Зачем тебе оружие? – увидев это, спросила Ольга.

– В ресторане деликатесы помогать стволом на вилку насаживать.

– Паш?! Ну, чего ты сразу злишься? Мне просто плохо одной, и я волнуюсь о тебе.

– Приеду, поговорим, если дождешься, а сейчас, извини, мне надо ехать!

Ольга пыталась остановить его, но Павел отстранил ее и вышел из квартиры.

В 16.50, не доезжая села Косино, он достал специальный телефон, вызвал на связь Хитрова:

– Леонид! Я!

– Где находишься?

– Перед Косино.

– Проезжай село. Между Косино и Рубино справа увидишь съезд на проселочную дорогу. Ориентир – водосточная труба под дорогой, за ней поворот, дальше вдоль лесополосы до старой мельницы, точнее, развалин мельницы, через мост, по полю до рощи. Там свернешь налево и проедешь метров двести, опять-таки вдоль лесополосы. Я вышлю на дорогу человека, он встретит тебя и проведет в лагерь. Запомнил?

– Заблужусь – свяжусь.

– Нет, Паша, давай запоминать, а то ты так можешь и в Палетку, а еще хуже в Гераньку заявиться. Прямо под нос к Мадьяру, который вряд ли забыл своего давнего пленника.

– Хорошо.


Бакаров повторил маршрут.

– Все верно, так и езжай, – подтвердил Хитров.

В 17.20 старший лейтенант, что встретил Бакарова, провел Павла в наскоро оборудованный и замаскированный наблюдательный пункт майора Хитрова. Бойцов группы, как ни старался, Бакаров не заметил. В наблюдательном пункте, а проще говоря, умело устроенном шалаше, находились двое – сам Хитров и старший лейтенант.

– Ну вот, Паша, наш лагерь, как он тебе?

– Нормально.

Он взглянул на молодого офицера. И Хитров представил его:

– Специалист по аудиоконтролю, старший лейтенант Волченков Дмитрий, встретил тебя старший лейтенант Коля Мазур.

– А где остальные бойцы?

– В роще, в своих укрытиях. Два снайпера и ликвидатор.

– Не заметил.

– Ты и не должен был их заметить.

– А где твоя техника?

– В овраге, отсюда метров тридцать. Тоже не заметил?

– Не смотрел по сторонам, тем более в присутствии твоего встречающего.

– Ну, и что решили в Москве?

– Будем брать банду здесь!

– Дело!

– До 19.00 мы должны разработать план действий и отправить его в Москву на утверждение.

– Ну, началась бюрократия. Ладно, подготовим план, я уже, в принципе, продумал, как уничтожить банду.

– Это хорошо. Скажи, боевики имеют доступ к привезенной взрывчатке?

– Нет, – ответил Хитров, – она в двух сумках, в подвале сарая, что справа от дома.

– Кстати, Леня, я не прочь посмотреть, где спрятался Мадьяр со своей бандой.

– Прошу к раскладному столу! Дима, – повернулся командир группы к старшему лейтенанту, – приподними «забрало» и поставь еще один стул.

Волченков выполнил распоряжение.

Хитров и Бакаров сели на раскладные стулья, имея перед собой небольшую смотровую щель, откуда была видна окраина практически брошенной деревни.

– Крайний двор, база Мадьяра. Сарай, о котором я говорил, справа. В его подвале сумки с «Тонитом», слева баня. За домами – речка, в этом месте глубокая, с обрывистым берегом. На той стороне старое небольшое поле и деревня Палетка на возвышенности. Такая же почти нелюдимая. Удобное место выбрал для базы Мадьяр.

– Откуда к нему подъезжала «Волга»?

– От Палетки, через брод, что прямо напротив нас. Там мелко, воробью по колено.

– А у дома Мадьяра речка глубокая?

– Омут.

– Боевиков не видно.

– Это сейчас, вечером выйдут два часовых.

– Ты определился, кто где находится на бандитской базе?

– Конечно.

Хитров подал сигнал Волченкову, тот опустил фанерный лист, замаскированный листьями деревьев, закрыв смотровую щель. Сел за одиночный столик, где было развернуто оборудование дистанционного прослушивания, надел наушники.

Хитров развернул на столе лист бумаги:

– Это схема участка. Как видишь, на нем три здания, естественно, дом в три комнаты, сарай и баня. Ближе к нему сад, до реки открытое пространство. По соседству сарая другой участок с таким же домом, сараем и баней. Он пуст. Справа – пустырь. На базе десять человек. Это Мадьяр, Кунич, Балла, Тагаев, Асигов и еще пять «духов». Первые трое и Тагаев размещаются непосредственно в доме. Мадьяр с Гезой Баллой, Кунич отдельно с Тагаевым. Геза готовит еду для всей банды на кухне дома. Мусса Асигов с группой боевиков – в бане. Как они там умещаются, не знаю, но, видно, места хватает. Ночью в бане попросторней, двое выходят на охрану.

– Куда именно?