Любовь под напряжением

Однако с нагретого пирса мы почему-то так и не поднимались.

– Валь, о чем ты думаешь? – внезапно спросила я, разглядывая, как одно из облаков заслонило собой закатное солнце.

– Очень смешно, – проворчала Валя. – Будто ты не знаешь…

– А я больше тебя не слышу!

– Да-а? – Валя удивленно приподнялась на локтях и уставилась на пруд. – Здорово! Интересно, Лер, с чем это все-таки связано?

Я так и не рассказала Вале принцип избавления от своей способности.

– Понятия не имею, – проговорила я, улыбаясь вечернему небу.





Глава тринадцатая




Как просто стать чуточку счастливей? Достаточно на минуту задержаться у цветущего благоухающего куста сирени во дворе. Куст, с которым так много связно – приятного и не очень. Знаю, что делать это под окнами тети Юли было рискованно, но я не удержалась и, поднявшись на носочки, сорвала несколько веток. Вышла под мягкий свет фонаря и принялась выискивать пятилистник, чтобы загадать желание и съесть цветочек. В детстве на даче у тети Томы я слопала, наверное, целый букет сирени. При этом желала всякие глупости: стать самой красивой девочкой в классе или получить в подарок новую куклу. Сейчас же я попросила бы мира в моем маленьком мире. Дружбы, любви, согласия с самыми близкими. Перебирая пальцами маленькие нежные цветочки, подумала, что пятилистники, падающие звезды, Валина карта желаний – все это такая ерунда. Сокровенные желания лишь в наших руках. Все-таки отыскав заветный цветочек, тут же отправила его в рот. Хорошо, что этого никто не увидел. А еще лучше, что поблизости нет Вани, иначе парень решил бы, что я не дружу с головой. Жуя горьковатый цветочек так долго, будто это был какой-то деликатес, развернулась к крыльцу и от неожиданности вздрогнула. Регина вынырнула из сумерек неслышно, будто кошка. Я даже не слышала, как открылась дверь подъезда…

– Ты меня напугала! – выдохнула я.

– Ой, прости, – отозвалась глухо соседка. – Я тут своего парня жду, заехать за мной должен.

– А-а-а, – с пониманием протянула я.

– Сирень рвешь? Соседка с первого этажа заметит, вой поднимет. Молодая тетка, но такая вредная… А я белую сирень больше люблю.

– Мне и синяя нравится! На кухне поставлю в банку с водой.

Мы замолчали. В траве трещали кузнечики. Я теребила в руках букет сирени и время от времени искоса поглядывала на Регину. Соседка выглядела взволнованной, пару раз достала телефон из сумочки, чтобы посмотреть на время. Я успела заметить, что на заставке у нее селфи с симпатичным брюнетом. Видимо, это тот самый парень, который сделал Регину такой непривычно потерянной.

– Как ты себя чувствуешь? – спросила соседка. Разумеется, лишь из вежливости. Вряд ли ее на самом деле так беспокоила моя судьба. С того злосчастного вечера Регина ни разу так и не написала первой, из чего я сделала вывод, что ей все равно. «Скорую» вызвала да домой отвезла, и на том спасибо.

Я, уткнувшись носом в букет сирени, проговорила:

– Спасибо, хорошо. Я уж и забыла, что тогда случилось.

– Ну слава богу, что без последствий!

Еще как «без последствий»!

– Ну почему? Я теперь мысли умею читать!

Регина рассмеялась.

– Смешно, Лер! – Затем оглядела пустой двор и тяжело вздохнула: – Я не очень люблю вспоминать тот вечер.

– Из-за ссоры с парнем? – припомнила я грустную Регину, стоявшую на вечеринке в сторонке.

– Все, кто еще оставался на крыше, очень испугались за тебя, Лера! – покачала головой Регина.

Все, кто оставался на крыше…

– Почему ты не передала мне привет от Вани? – не выдержав, задала я вопрос.

– Из головы как-то вылетело, – ответила Регина, равнодушно пожав плечами. – Или это было так важно?

Ха! Разумеется, это было важно! Вот так люди не придают значения каким-то вещам, а у других, может, в этом «привете» вся судьба заключена, и мир без него рушится…

– Нет, не важно, – довольно улыбнулась я. – Мы теперь с Ваней общаемся.

– Ох, вот как! Думала, тебе Рэд нравится.

Кажется, Регина здорово смутилась. И будто бы поспешила переменить тему разговора:

– Ты не хочешь в эту пятницу выбраться со мной в клуб? Есть пригласительные на хаус-вечеринку. Ты слушаешь хаус? Потанцевали бы…

В другое время я, наверное, задохнулась бы от восторга в ту самую секунду, как получила приглашение. Регина впервые позвала выбраться с ней куда-то вдвоем! Я уже представила себе наши совместные сборы, девичьи разговоры, смех и многочисленные наряды соседки. Я им всегда немного завидовала. Думаю, если б я попросила у Регины одно черное короткое платье, которое видела на ней, она бы мне одолжила его на вечер…


– Нет, извини, у меня другие планы, – проговорила я, виновато поглядывая на Регину.

Ведь в эту пятницу я пригласила в гости Зло. И сейчас мне больше всего на свете хотелось остаться дома с Валюшей и посмотреть любимый сериал.

– Что ж, как знаешь, – пожала плечами Регина. – Настаивать не буду.

Я попыталась заглянуть ей в глаза. Обидел ли соседку мой отказ? Услышу ли я ее мысли? Вернутся ли те самые вертолеты? Но нет, Регина все так же встревоженно поглядывала на экран телефона, и вертолеты молчали. Ее никогда не заденет ничего, связанное со мной. Я уже давно это поняла, но как-то не хотелось принимать правду. А тут я вдруг ощутила, что мне и самой уже абсолютно все равно. Лишь вновь посетило чувство облегчения, что я помирилась с Валей и она больше не держит на меня зла…

– Ну и где он, не знаешь? – нервно усмехнувшись, поинтересовалась Регина. Под светом фонаря ее губы, накрашенные красной помадой, казались совсем черными, а лицо каким-то чужим, непривычным.

– Не знаю, – машинально ответила я, не сразу разобрав вопрос.

– Что? – Регина заметила, как я на нее пялюсь. – Красная помада? Мужчины обожают красные помады, поверь мне!

– Да? – заинтересовалась я. Интересно, а Ване понравится такой оттенок помады на моих губах?

– Конечно! Красная помада – это чувственно и сексуально! – дернула плечиком Регина и полезла в сумочку. Достала оттуда симпатичный серебристый тюбик и протянула его мне: – Вот, держи. Дарю! Матовая. Совсем новая. Мне сегодня по акции вторую в подарок дали.

– Ох, спасибо, – пролепетала я, принимая подарок из рук соседки. Попробую накраситься этой помадой на наше предстоящее, пусть и двойное, но первое официальное свидание. Только подумав об этом, я испытала сладкое волнение.

– Ну ладно, пойду, наверное, – проговорила я, собираясь направиться к крыльцу.

– Погоди, Лер, не уходи, – попросила Регина. Она выглядела в эту минуту такой же растерянной, как на крыше. Только тогда лицо ее озаряли мигающие желтые лампочки, а теперь тусклый свет фонаря. – Скучно одной ждать. Постоишь со мной?

Я подняла голову и заглянула в наши окна. Свет горел. Конечно, мама не ляжет спать, пока я не появлюсь дома. Она сама мне об этом говорила…

– Ну, только если недолго, – пробормотала я. – Меня мама ждет. А твой парень не отличается пунктуальностью?

Регина как-то странно усмехнулась.

– Нет, это просто я раньше вышла… Хотя он должен уже подъехать.

Вечером наш двор показался мне каким-то зловещим. Луна высветила голубоватым светом старый дуб, и от его ветвей по земле протянулись неровные длинные тени.

– Я так волновалась перед нашей встречей, что начала собираться практически с самого утра, – рассмеялась Регина. – А как нарядилась, так и дома уже нет сил сидеть. Вышла во двор. Так волнуюсь! Впервые со мной такое. Вроде бы уже не первую неделю встречаемся, а все коленки дрожат.

– Это приятная дрожь, – с видом эксперта проговорила я.

– Да, наверное, – наконец расслабленно рассмеялась Регина. – Просто он такой… непривычный для меня. И из-за того, что такие сильные эмоции испытываю впервые, он и сам кажется ни на кого не похожим. Особенным. В начале наших отношений я немного накосячила, все хотела его на ревность вывести. Ну помнишь, Рэд за мной на тачке подъезжал?

– Помню.

– Так вот это я его попросила, чтоб он довез меня до одной кафешки. Мы там в тот вечер всей компанией собирались. Парень мой потом действительно стал жутко к Рэду ревновать… Мы даже поссорились с ним на крыше из-за этого. Но уже тогда я осознала, как страшно мне его потерять.

– Больше не косячишь? – спросила я.

Регина удивленно посмотрела на меня и смущенно улыбнулась:

– Нет, больше не косячу.

– Это хорошо…

– Но теперь мой парень кажется таким спокойным, уверенным. Я же, наверное, дерганая со стороны, взволнованная… Неужели я ему не нравлюсь так же сильно, как раньше?

– Поверь, парни в отношениях переживают не меньше нашего, – решила успокоить я соседку.

– Да?

– Конечно! – воскликнула я. – Ты даже не представляешь, что у них в головах может твориться…

– А тебе откуда знать? – удивилась Регина.

– Поверь, знаю, – убежденно проговорила я.

Я задумалась об этом лишь после того, как пообщалась с Рэдом. Никогда не знаешь, что может ранить человека и остаться шрамом в его памяти. Это не зависит от пола, характера, увлечений… «Тебя довела до слез девчонка? Какой же ты слабак! Да ты сам – девчонка!» – ругал Краснова отец. Просто потому, что мальчишка в шесть лет еще не осознал, что в глазах других он должен быть настоящим мужчиной.

– Ты никогда не задумывалась об этом? – продолжила я. – Ведь парни только с виду такие все из себя самоуверенные, смелые ребята. Поверь, у них заморочек в голове не меньше нашего, просто у них не принято это обсуждать. А на самом деле они так же боятся подойти к понравившейся девчонке, чтобы познакомиться. Или волнуются перед свиданиями. Мысли так же бешено скачут, сердце быстрее стучит…

– И у них тоже дрожат коленки? – с сомнением спросила Регина.

– Это вряд ли, – засмеялась я. – Но живот при виде нас, красивых, точно сводит!

Регина тоже рассмеялась: