Мы – кровь и буря

– Что? – в замешательстве спросила Лина.

– Где вы нашли бабочку, Лина? Вы, случайно, не родом из… Княжеского леса? – В его взгляде промелькнул зловещий блеск.

Лина медленно кивнула, ничего не понимая. Глаза Чатхама расширились, как будто от восторга.

– Точно! Когда мы впервые встретились, Охотник сказал, что встретил вас на пути домой. Но я предположил… Понимаете, из Княжеского леса уже много лет никто не приезжал…

Лина наблюдала, как золотая пчела расположилась рядом с бабочкой на столе. Казалось, она с любопытством исследовала родственную душу.

– Да… Но я пришла, чтобы вы сказали мне, что происходит, – напомнила Лина.

Чатхам улыбнулся, только во взгляде не появилось и намека на добродушие. Он отпил свой сладкий чай.

– Вот я глупец. Позвольте объяснить: леди Пейшенс Сантини была первой женой вашего герцога. Хотя она родом с островов Желаний на дальнем юге, как и большинство благородных магов, она по молодости училась в храмах, живя при дворе. Она пришла ко мне за несколько дней до заключения брака в Княжеском лесу, чтобы купить бабочку.

Лина почувствовала, как резко побледнела. Она не помнила первую герцогиню, но знала, что ее похоронили в склепах под замком. Значит, Лина действительно украла могильный атрибут. Но тогда…

– Когда я впервые нашла ее… или, точнее… когда она меня нашла… – Лина сглотнула, чтобы смочить пересохшее горло. – … бабочка… летела.

– Как интересно. – Чатхам запустил пальцы в шелковистые светлые волосы и опустил глаза на открытую страницу. – Видите ли, книга напомнила мне, что леди Сантини купила бабочку пустой.

Лина покачала головой.

– Пустой?

– В общих чертах: мои магические устройства, те, что предназначены для обычных людей, наполняются при покупке волшебными силами, как только их снимают с витрины. Лети сюда, маленькая пчелка.

Пчела прилетела ему на ладонь. Чатхам начал поднимать и опускать ее крылья, и та засияла ярким желтым светом.

– Видите свечение? Мои чары приводят существо в движение. Но для некоторых клиентов я могу оставить его пустым. Вот, смотрите. – Чатхам коснулся пальцем пчелы, и в ту же секунду желтый свет погас, а крылья замерли.

«Умерла», – подумала Лина.

Внезапный холод пробежал по спине, но девушка отбросила мысли. Можно ли вообще назвать эти предметы живыми? Чатхам положил пчелу рядом с неподвижной бабочкой.

– Теперь ее можно наполнить чужой магией… или заклинанием, или даже несколькими.

Лина нахмурилась, не понимая.

– И в чем смысл?

– Ну… Например, если вы – мать и хотите защитить своего ребенка. Вы можете создать целительное заклинание и поместить его в пчелу, а потом велеть ей следовать по пятам за вашим чадом. Когда ребенок расшибет колено, заклинание активируется, и рана заживет. Пчела может содержать в себе одно или два маленьких заклинания. – Маг обратил внимание на бабочку. – Это маленькое существо более сложное и может легко содержать два или три маленьких заклинания – возможно, больше. Это уже зависит от мастерства волшебника.

– Значит…

Мысли Лины резко вернулись к раннему объяснению Чатхама.

– Значит, Пейшенс Сантини была волшебницей?

Лорд кивнул.

– В крови рода Сантини течет невероятно сильная магия. Я помню, она попросила прислать бабочку в ее комнату в храме Региса. Она обучалась там до того, как был устроен ее брак. Хотя я сомневаюсь, что они рассказали новой семье в Княжеском лесу о талантах Пейшенс. – Чатхам мимолетно улыбнулся. – Вы, жители леса, не славитесь любовью к волшебству.

Лина проигнорировала комментарий.

– Какое заклинание содержалось в бабочке?

– Я не знаю. Как я уже сказал, я создал ее пустой. Леди Сантини сама решила, чем ее наполнить. – Чатхам отрезал кусочек торта. – Сколько вы за нее хотите?

Лина настолько была поглощена своими мыслями, что не сразу поняла, о чем спросил Чатхам. Но как только до нее дошло, она моргнула в замешательстве. Огонь в очаге мерцал, а тени возле потолка толпились над ними, словно нетерпеливые наблюдатели.

– Прошу прощения?

– Сколько вы хотите? Сто золотых?

Чатхам взял кусочек торта с подставки и аккуратно переместил на тарелку. Он хотел передать тарелку Лине, но девушка не шелохнулась.

– Она не продается, – произнесла Лина, качая головой.

Бабочка лежала на маленьком столике под пристальным взглядом обоих. Внезапно Чатхам протянул руку, чтобы схватить ее, но Лина оказалась быстрее и вовремя накрыла ее ладонью.

– Извините, но меня не интересует ваше предложение.


– Так-так, мисс Грей. Я думаю, мы выяснили, что это маленькое существо на самом деле не ваше, – напомнил он, все еще держа нож для торта. – Мне кажется, с моей стороны весьма щедро возместить вам потерю.

Лина подняла подбородок.

– Я не совсем поняла, почему она ваша? Эта вещь принадлежит Пейшенс Сантини, а она мертва.

– Ну… По праву она принадлежит ее дочери, Констанции.

Лина моргнула. Констанция. Леди в маске. Ученица Чатхама.

– Я бы хотел вернуть ее владелице, – продолжил он. – Мы с Констанцией старые друзья.

– Я думала, она ваша ученица. Я думала, она что-то украла у вас, когда сбежала, – медленно и тихо произнесла Лина. – Не похоже, что вы были друзьями.

Чатхам кивнул.

– Эмрис вам рассказал… Что ж, чего удивляться? Кажется, Охотник обращается с вами, как с наперсницей. Тогда я скажу вам кое-что еще: Констанция ищет бабочку.

Лина посмотрела на существо на ладони, не совсем понимая, о чем он говорил.

– Что?

Резкий голос Чатхама наполнился неприязнью.

– О да. Может, бабочка и кажется бесполезной, но по ее личным причинам Констанция ее ищет. – Теперь он выглядел по-настоящему злым. – Разве это не чудесно, Лина? Если вы отдадите мне бабочку, у меня появится то, что она ищет. Констанция вернется, чтобы ее забрать, и попадется в западню вместе с бесценным сокровищем, которое украла. – Он протянул руку. – Видите, вы просто обязаны вернуть ее мне.

– Нет, – возразила Лина, крепко держа существо в руке.

С перекошенным от злости лицом Чатхам ударил кулаком по столу. В одночасье он стал выглядеть лет на десять старше, чем несколько секунд назад.

– Какую ценность она для вас представляет?

– Это моя вещь, и я ее не отдам.

Вскочив с удобного кресла, Лина направилась в сторону двери.

– Если вы ее не отдадите, – прошипел он, – я всем расскажу, что вы ее украли, и остаток своей жизни вы проведете в тюрьме.

Глаза Лины расширились.

– Но это ложь!

– Кому все поверят, глупая девчонка? Отдай бабочку!

С вытянутыми руками лорд Чатхам бросился через стол, опрокинув чайник и разлив горячий чай по всему очагу. Под звук шипящего огня Лина побежала к двери, но комнату внезапно озарил ярко-желтый свет. Что-то схватило девушку за лодыжку, и она споткнулась. Вылетев из руки, бабочка со звоном ударилась об дверь и упала на ковер.

Лина почувствовала, как внутри ее тела что-то вспыхнуло, и шипящий холод начал резко усиливаться. Он поднялся из самых глубин, прожигая горло странным, ледяным электричеством. Сердце ее неистово колотилось.

«Я этого не делаю!» – осознала Лина.

Когда Чатхам схватился за ее сапог и начал тянуть Лину, что-то похожее на крик вырвалось из ее рта: темное, грозное облако теперь парило в воздухе как плохое предзнаменование.

Лина почувствовала, что Чатхам застыл и внезапно ослабил хватку. Облако напоминало пар, который она создавала во время практических занятий с Эмрисом, только намного больше и темнее. Оно наполнило воздух грохотом. Лина вздрогнула: казалось, облако жило собственной жизнью. В полном замешательстве Лина и лорд Чатхам наблюдали, как оно направилось к бабочке и в одно мгновение опустилось на изысканное механическое существо, окутав его тело. Бабочка вздрогнула пару раз, расправила крылья, а затем чудесным образом механизм заработал. Существо начало подниматься в воздух, выпуская маленькие клубы темно-серого дыма. Бабочка как будто кашляла, возвращаясь к жизни.

«Что произошло?»

Сердце Лины колотилось.

«Я не хотела этого делать. Неужели это Хаос?»

Тишина нарушилась: Чатхам взревел и бросился к бабочке. Лина тоже поднялась на ноги. Взлетев к потолку, бабочка села на верхнюю полку с бухгалтерскими книгами, едва показывая крылья.

Забыв про Лину, маг забрался на колесную лестницу. Девушка тотчас поспешила за ним и ударила ступени с такой силой, о которой даже не подозревала. Лестница откатилась в сторону и опрокинулась набок. Чатхам, находясь в тот момент на самом верху, упал на полки, сбросив несколько ящиков с металлическими креплениями. Лина увидела, как один из книжных шкафов качнулся вперед, и уже приготовилась отпрыгнуть в сторону… Вот только он не падал. Вместо этого он… открылся.

В тайной комнате оказалась еще одна мастерская, вдвое больше той, где Лина сейчас находилась. Внутри горел слабый желтый свет, и девушка мельком заметила разбросанные по длинному столу металлические предметы: ноги и руки… и даже серию масок, похожих на ту, что носила Констанция. А на простом белом каменном полу виднелись несколько темных пятен…

Лина сразу поняла, что это кровь. Тогда она заметила другие признаки насилия: под столом валялась пила, лезвие которой было испачкано засохшими красноватыми следами, а в большой металлической корзине лежали окровавленные куски ткани. Кто бы здесь ни убирался, работу он выполнил плохо.

– Убирайся оттуда! – прозвучал низкий угрожающий голос.

Чатхам поднялся на ноги. По глазам стало ясно – он жаждал ее смерти.

«Не стоило сюда приходить».

С замершим от ужаса сердцем Лина отшатнулась назад.