Напряжение сходится

— Данный термин отсутствует в практике нашего законодательства. Но я понимаю, о чем вы. Мой господин не торгует своими правами и не желает их уступать. — Был тверд представитель империи.

— В таком случае, мои люди рассчитывают на участии в расследовании.

— Это невозможно. — Развел консул руками.

— У нас на борту опытные криминалисты и медиумы с огромным опытом.

— Не сомневаемся в профессионализме ваших людей. Безусловно, мы прибегнем к их помощи, если таковая понадобится.

— Мне начинает казаться, что вы не заинтересованы в результате, — стал заводиться Олланта.

— Вы считаете нас пристрастными или некомпетентными? — похолодел голос Алмаза Семеновича.

— Я желаю видеть свою внучку дома!

— Мы приложим к этому все усилия.

— Их может оказаться недостаточно!

— Послушайте, уважаемый, — примирительно поднял ладони консул. — Вас шестьдесят человек, готовых выложиться и потратить все силы, чтобы добиться результата. А у нас десятки тысяч профессионалов на родной земле, от штаба спецопераций до городовых, которые знают каждый камешек в своем районе и наверняка отметят новое лицо на своей улице. Уверен, что расследование будет проведено в кратчайшие сроки.

— А если вы не справитесь за неделю?

— Тогда придется еще немного подождать, пока император вершит правду на своей земле. — Смотрел на него взгляд без эмоций. — Иные ваши действия будут расценены, как неуважение к титулу Его Величества.

— Алмаз Семенович, у вас есть дети? Внуки? Вы на мгновение можете себя представить на моем месте? — Уже готовый взорваться, произнес Олланта.

— Если они пропадут, я обращусь к императору. Ровно так же, как рекомендую поступить и вам.

— Послушайте, вы! У нас есть фотографии места преступления, место на карте, изображения сообщников похитителей! И мы не желаем ждать!

— С радостью примем имеющиеся у вас материалы. Безусловно, они поспособствуют наибыстрейшему завершению следствия.

— Я начинаю подозревать, что вы ни во что не ставите клан Аймара. — Зло процедил Олланта. — Я бы не рекомендовал вам совершать эту ошибку.

— Полагаю, что во взаимоотношениях великих стран не следует совершать ошибки, как одной, так и другой стороне. Ждать — мерзко. Я понимаю. Бездействовать в такой ситуации — угнетающе тяжело. — Уловил его эмоции консул, но остался рационален и спокоен. — Может, погостите в Москве? Мы устроим приемы в вашу честь. Сходите в музеи, прогуляетесь по исторической части города. Вашей дочери, если до нее донесется звук телевидения или радио о визите делегации клана Аймара, безусловно станет легче. Но принять мы вас готовы только в качестве почетных гостей. Без права участвовать в расследовании и влиять на следствие. Если эти условия неприемлемы, вы вольны подождать результатов в герцогстве или в ином месте вне территории империи.

Олланта взвесил предложение, сравнил с иными перспективами и хмуро вымолвил:

— Я хотел бы говорить с вашим господином.

— Безусловно, вы увидите Императора в Москве. — Заверил его дипломат. — Даю вам слово.

— В таком случае, это приемлемо.

Ну а два крупнейших землевладельца на своих континентах обязательно договорятся.

— Рад видеть вас гостем нашей земли. — Чуть поклонился Алмаз Семенович. — Остались небольшие формальности. Надо написать заявление, — тронул он бумаги на столе.

— Заявление?

— Бюрократия, — словно извиняясь, повел ладонью консул. — Чтобы запустить механизм поиска вашей глубокоуважаемой дочери, надо заявление от родственника. Будучи заявителем, вы получаете доступ к результатам расследования. Никто иной не будет знать деталей следствия, все материалы останутся навсегда закрыты от постороннего взгляда.

Никому не нужна огласка. А раз так, то регламент стоит соблюсти.

— Я готов. — Кивнул Олланта.

— Андрей Константинович, это ваша епархия, — пододвинул дипломат бумаги к угрюмому и до того молчавшему военному переводчику.

Тот деловито пододвинул бумаги к себе, взял ручку со стола и поправил стопку листов, выравнивая.

— Начнем? Фамилия, имя, отчество, год рождения.

— Аймара Качи Олланта, тысяча девятьсот первый.

— Текущее место работы?

— Анды.

— Должность?

— Стоящий на вершине пирамиды черепов.

— Думаю, достаточно, — чуть нервно прервал их консул, аккуратно перехватив ручку и бумагу. — Остальное мы заполним сами. От вас только две подписи и галочка на последней странице. — Передвинул он бумагу к Олланте.


— Что тут написано? — Хмыкнул старик, глядя на незнакомый язык.

— Что вы несете ответственность за дачу ложных сведений, — махнул рукой, обозначая пустяк, Алмаз Семенович.

А вот Олланта всерьез озадачился.

— У меня есть еще должность почетного палача. Это следует записать?

— Не стоит беспокоиться, одной вполне достаточно. — Горячо заверил его дипломат.

Олланта пожал плечами и подписался размашисто, на поллиста — не желая уступать его визави, изобразившему подпись, смахивающую на букву Z с чертой посередине.

— Был рад встрече, — осторожно забрали у него бумаги и поместили в портфель.

Книга с законами империи так и осталась на столешнице.

Олланта в знак уважения поднялся вместе с ними на ноги и автоматически оглянулся на пространство зала за стеклом кабинета, с удовольствием отметив приближающегося к ним сына рядом с шагавшим с ним высоким мужчиной — обладателем седой шевелюры и усов, в окружении богатой свиты, шедшей чуть позади.

Значит, сын так же уладил свои вопросы. Только взгляд у Катари какой-то заторможенный…

— Всего наилучшего, — поклонился консул и вышел вместе со спутником из кабинета.

А в момент открытия двери от процессии отчетливо донесся звонкий голос переводчика, который все равно уступал внушительному тону герцога:

— … и картошечку с лучком на шкварки. Главное — не пережарить!

Катари заторможено кивнул. А Олланта отчего-то забеспокоился.

Впрочем, почти сразу процессия замедлилась и остановилась, герцог пожал его сыну руку и заторопился по своим делам.

Олланта не оскорбился таким невниманием к своей персоне — он равноценно проигнорировал встречу. Кроме того, двух великих Аймара на одного герцога все-таки будет многовато.

— Как прошла встреча, — поприветствовал патриарх сына и указал на диван напротив.

В комнату прошмыгнул переводчик генерала, но разговор все равно велся на родном диалекте, так что заново выставлять его за порог не было нужды.

— Отлично, — вновь механически кивнул Катари. — Подарки приняли и отнеслись со всем уважением. Теперь город Могилев побратим Уанкайо.

— Прости, что? — Недопонял Олланта.

— Братство городов, — словно тоже не понимая, но силясь понять, поднял на него взгляд Катари. — Культурные связи. Год Могилева в Андах. Год Уанкайо в Беларуси. Развитие туризма, проведение конференций.

— А-а, — покивал Олланта. — А что-нибудь более существенное?

— Еще нам в знак почтения с хорошей скидкой продали пять горнопроходческих машин, сорок комбайнов и две сотни тракторов. — Медленно моргнул Катари.

— Очень интересно. Еще о чем вы говорили с герцогом? — Ласково уточнил Олланта.

— Всемерная помощь с поисками Инки! — словно очнувшись (или вовремя почуяв грядущий разнос), резко выпрямился Катари и доложил по всей форме. — Нам передадут контакты ключевых людей в Москве, завязанных на сеть информаторов и политиков на территории империи. Любые наши запросы будут иметь высочайший приоритет.

— Ну хоть что-то… — Проворчал патриарх клана. — Как ты вообще собрался забирать эти машины и трактора?

Не говоря про невысказанный вопрос — зачем вообще их покупать за полмира.

— Так, морем. — Возмутился сын.

— Каким морем?

— Тут же Европа! Тут везде — море, — пожал тот недоуменно плечами.

Олланта только горестно покачал головой.

— Как таможенные формальности? — Чуть неловко уточнил глава клана.

— Не требуются, — буднично ответил Олланта. — Ныне мы почетные гости империи. Без права расследовать, но с правом ждать и наказать виновных.

Катари дисциплинированно промолчал, не став обсуждать решение старшего. Хотя настроение после таких новостей стало откровенно скверным.

— Нам откроют небо и помогут разместиться в Москве, — продолжил патриарх клана, после чего на английском с любопытством обратился к стоящему у дверей переводчику. — Вы не объясните, что случилось у вашего соседа?

— Разрешите включить новости? — После секундной заминки, ответил юноша. — Это произошло вчера вечером, и с каждым часом добавляются новые подробности. — Словно извиняясь, произнес он.

Но так было правильнее, чем узнать личную точку зрения, и Олланта покровительственно кивнул.