Наследница молний

– Я забыл, что кабинет на сигнализации.

Поймав мой удивленный взгляд, он пояснил:

– Не только гости не доверяют мне, но и я не сразу доверяюсь гостям. Из Штормхолда совершенно необязательно приходят прекрасные порядочные люди. Поэтому все ценное и важное хранится в кабинете, а сам кабинет на сигналке. Иди к себе, я принесу ноутбук.

– Спасибо.

– Пока не за что, – отозвался Даркхолд.

Что-то мне показалось в этот момент в его голосе знакомым. Но мужчина поднялся по лестнице – и его шаги стихли, а мысль я уже упустила. Пожала плечами и поднялась следом, чтобы вернуться в комнату и упасть на постель.

Может, переход через межмировые порталы повышает привлекательность? Иначе как объяснить, что, будучи горничной в отеле, я не могла сходить на свидание даже с портье, а после того как стала студенткой школы, вокруг так и бегает куча мужиков. Правда, не факт, что хоть один из них задумывался о свидании.

Зато все точно задумывались о необременительном романе. Если бы каждый раз, когда мне кто-нибудь предлагал заняться сексом на одну ночь, мне давали доллар, у меня бы уже было… три доллара. Ну, или шесть, если вспомнить трех амбалов с факультета огня, решивших мстить мне изощренно, жестоко, коварно и в лесу.

– Брина, ты там в порядке?

– Да! А здесь есть магия, которая сушит волосы?

– Голову в окно высунь и потряси, – пробурчала я.

Но фена ни в ванной, ни в спальне не было (да и зачем он мужчине?), так что бедной Брине пришлось смириться с тем, что наутро у нее на голове будет бедлам.

Через несколько минут в дверь постучали. Тактичный донельзя Дэвид дождался, пока я открою дверь, и не стал заходить – просто отдал тонкий белый лэптоп и настоятельно попросил ничего на него не устанавливать и не удалять.

– Не волнуйся, я просто зайду в интернет и покажу Брине пару волшебных штук.

Соблазн зайти в собственные соцсети был, если честно, огромный, но я поборола ностальгическое желание. Меня ничего больше не связывало с Землей, а если исчезновение не прошло незамеченным и за моим инстаграмом, например, следит кто-то из полиции, к Дэвиду возникнут лишние вопросы. Это было бы совсем уж свинством, втянуть его в расследование моего же исчезновения и смыться обратно в Штормхолд.

О том, что произошло дальше, однажды я расскажу потомкам, ибо вероятность того, что мы с Бриной ди Файр будем валяться на одной постели и смотреть ролики на «Ютуб», была настолько мала, что я подняла бы на смех любого провидца, вздумавшего мне сообщить эту весть.

Но, тем не менее, мы лежали бок о бок, и Брина с открытым ртом изучала ноутбук. Кажется, ее не столько интересовала информация о Земле, сколько пластиковая коробочка с доступом ко всем благам мира.

– Да, пожалуй, интернета очень не хватает. Можно было бы мгновенно искать информацию, вести блоги, на худой конец, выкладывать фотки.

Я все же не удержалась, показав Брине инстаграм и любимые блоги. Открыв рот, наследница ди Файров смотрела на фэшн-фотосеты, подборки арт-проектов и просто яркие блоги.

– Каждый может создать такую страничку и выкладывать что-то о себе.

– Зачем?

– Не знаю. Способ похвастаться, может? Или потребность в самовыражении. Представь, что ты можешь запечатлеть мгновение и отправить его кому угодно. Маме, брату, подругам. Показать, в каком красивом месте ужинаешь или какое платье купила, как танцевала на балу с потрясным парнем, ну, или особенно хорошо выполнила трюк на крыльях. Другие люди смотрят фото, пишут тебе комментарии, оценивают и общаются. Создается иллюзия, что ты не одинока, что кому-то есть до тебя дело. Если раньше человек не был никому интересен и не мог вырваться из порочного круга, то сейчас наверняка на всей планете найдется сотня-другая человек, которым ты понравишься. И будет казаться, что совсем не одинок.

– Так странно… но интересно. Надо подумать, как реализовать такое у нас.

– Я пыталась на артефакторике. Получилось жалкое подобие.

– Я посмотрю. У меня есть пара знакомых, которые любой артефакт могут довести до совершенства. А это что?

– Это «Скайп» – можно общаться и видеть при этом человека, который находится далеко. А вот это фотошоп – в нем можно редактировать фотографии или рисовать. Это плеер, слушать музыку, днем я дам тебе послушать свои любимые группы.

Я отвлеклась, чтобы дать глазам отдых. Дислексия, от такого яркого проявления которой я успела отвыкнуть за последние недели в школе, снова дала о себе знать. Вкупе с ярким экраном и усталостью я чувствовала, что в глаза будто насыпали песка.

– А это что? – снова спросила Брина.

Я всмотрелась в темно-фиолетовый значок и… не поверила собственным глазам.

– Я не знаю. Написано «Штормхолд».

Все-таки Брина быстро осваивала новое. Понаблюдав за мной час с небольшим, она ловко научилась водить пальцем по тачпаду и кликать на интересующие иконки. Сначала ничего не происходило, а затем на экране появилась карта мира с несколькими точками геолокации. Колесико определения местоположения крутилось в загрузке, а когда ноутбук определил, где находится, карта приблизилась и…

– Что там? Делл?

Я навела курсор на ближайшую фиолетовую точку.

– Активный портал, время открытия двадцать три сорок четыре.

– Что это значит?

– Я не уверена, но… это карта порталов, на которой отмечены действующие. Здесь написано, что портал рядом с нами открылся… не так уж и давно. И до сих пор активен.

– Портал в Штормхолд? Но… Даркхолд солгал! Он знает, где портал, но почему-то не хочет, чтобы мы его нашли!


– Брина, погоди, давай разберемся.

В возбуждении она вскочила с постели.

– Разберемся?! Делл, миров всего два, и они связаны! Портал может вести только в Штормхолд! Не существует причины, по которой нам нельзя к нему подойти! Единственный вопрос – где нас выбросит, но я смогу вернуть нас в школу из любой точки мира, даже из демонова открытого моря!

– Может, проблема не в Штормхолде, а в этом мире. Например, портал находится на территории военной базы или в опасном месте…

Но снимки со спутника сообщили, что ничего особенного в том месте нет. Тупиковая ветка дороги, закусочная для дальнобойщиков и чистое поле, возможно, засеянное кукурузой. Так почему Дэвид не отвез нас туда?

Я свернула программу и принялась делать очень нехорошую вещь: шариться на жестком диске. Просматривала папки, программы, названия файлов. Взгляд зацепился за одну превьюшку. Развернув картинку на весь экран, я ахнула.

Фото было мое.

– Это ты?

– Да… несколько лет назад.

– Фото из того… как ты сказала? Грама?

– Нет. Я не вижу, что меня снимают. Это не моя фотография, ее сделал кто-то другой.

– Кто? И зачем?

Я листала фото до тех пор, пока не устала, и мне казалось, что я смотрю фильм о собственной жизни. Он наблюдал за мной годами. Фотографировал меня на улице, на работе, в школе, даже мой силуэт в окне квартиры поздно вечером. На фото я улыбалась, плакала, злилась, зевала, ела! Ощущение, будто тот, кто сделал эти снимки, тенью ходил за мной много лет.

– Делл, мне это не нравится… мне не нравится он! Давай уйдем? Я прошу тебя! Я боюсь оставаться здесь! Давай попробуем найти портал? А если не получится, то спрячемся и будем ждать магистра Кроста! Деллин!

– Спокойно! Мы уходим. Только давай сделаем это тихо, потому что я понятия не имею, кто такой Дэвид Даркхолд и какое отношение имеет ко мне. Бери обувь, обуемся на улице, каблуки слишком громко стучат. Жди здесь, я проверю, ушел ли Даркхолд спать.

– Нет! – Брина вцепилась в мою руку. – Демон, Делл! У нас же нет магии!

– Успокойся. Магии у нас нет, но и выбора тоже. Я сделаю вид, что хочу вернуть ноутбук. Поверь, врать я натренировалась. А если он уже свалил спать, мы смоемся.

– А если он догадался, что мы залезем в его файлы, и ждет тебя?

– То принципиально ничего не изменится. Он или дождется, или придет сам. Если услышишь, что я кричу, – попробуй выбраться через окно. Все, не паникуй.

– Это сложно, знаешь ли. Кто-то подсунул портал в мой дом, мой брат умирает и, возможно, уже умер, а если нет, то собирается сделать величайшую глупость на свете, псих из другого мира следит за тобой и врет о порталах, вынуждая нас жить в своем доме!

– Ну… будет о чем написать в объяснительной записке «Почему я не успела вернуться из города к комендантскому часу» на имя директора. Все, сиди тихо, я пошла.

С колотящимся сердцем я выглянула в коридор. Было темно, свет везде выключен, никаких звуков снизу не доносилось. Стараясь ступать бесшумно, я проскользнула к лестнице и снова затихла, вслушиваясь. Но по-прежнему никаких следов присутствия Дэвида не нашла. Спустилась в гостиную, осмотрела сначала ее, а затем и кухню.

Боги, как страшно было бродить по темному дому в напряженном мучительном ожидании, что кто-то вот-вот выскочит из темных мест! Вспомнились все прослушанные и просмотренные ужастики, все жуткие рассказы! Я ждала… сама не знаю чего. Дэвида с маньячной улыбкой и окровавленным ножом, монстра или привидение. Рука инстинктивно тянулась к браслету с крупицами, но магия здесь не действовала, и я вдруг поняла, что уже не могу без нее, чувствую себя почти голой и беззащитной.

К счастью, Даркхолда на первом этаже не было. Зато на столе, рядом с недопитой бутылкой пива, валялся смартфон. Пароля на нем не оказалось, и я решила не игнорировать шанс, подаренный судьбой: забила на карту координаты портала и сунула мобильник в карман.

– Идем, – поманила Брину, вернувшись в комнату. – Только очень тихо.

Надеюсь, ворота не на сигнализации. Хотя все равно придется перелезать, калитка хорошо просматривается из окон спальни Дэвида. Вдруг он решил на ночь снова полюбоваться енотами?

В полной тишине, нарушаемой лишь едва слышным стрекотом сверчков, мы с Бриной прокрались к забору. Я первая перелезла наружу. Тренировки по крылогонкам, несмотря на магическую природу крыльев, оказались полезными. С Бриной вышло сложнее, но в итоге и она приземлилась рядом. Правда, оцарапав руку и едва удержавшись на ногах.

– Все, обойдем дом с той стороны, чтобы не было видно из окон, – и к порталу. Гугл говорит, идти минут сорок. Если поторопимся, придем за полчаса. Может, Даркхолд еще не хватится.

– А Гугл – это кто? Он точно знает, что говорит?

– Забей. Я точно знаю, что говорю.

Я испытывала громадное облегчение, вырвавшись из дома. И поняла это, только когда он пропал из виду. Слишком уж много совпадений, чтобы со спокойной душой валяться на постели и мечтать, как добрый миллионер-филантроп купит тебе кучу шмоток и накормит ужином из ресторана.

Только не пойму, в чем резон?

Привезти к себе, убедить в чистоте намерений, накормить, одеть, уложить спать, поприставать в процессе и… что? Он знает, кто я, следил за мной долгие годы. Зачем ему это?

Мы шли вдоль трассы. Через лес было бы быстрее, но я боялась заблудиться, так что мы лишь сошли с дороги, скрылись среди деревьев и двигались по направлению к порталу. Я старалась вслушиваться в посторонние звуки, вздрагивала от каждой приближающейся машины. Но ни одна нас не заметила, ни одна не остановилась.

– Думаешь, он понял, что мы сбежали? – спросила Брина.

– Не знаю. Если действительно лгал и допускал возможность, что мы не поверим ему, то да. А если лгал, но думал, мы все проглотили, – вряд ли. В любом случае остался километр до места.

Мы увидели сиреневое сияние задолго до того, как геопозиция совпала с точкой на карте. Небольшая, размером с автомобильную шину, воронка закручивалась прямо в центре поля. Вдалеке виднелись едва горящие огни закусочной, а запустение вокруг придавало картине налет какой-то… постапокалиптичности, что ли.

Брина первая сделала решительный шаг к воронке, но я успела ее остановить.