Наследница молний

– Ага, чтобы загреметь в тюрьму за подделку почерка. Хороший план.

– Тот, кому ты отправишь письмо, понятия не имеет, какой у меня почерк.

– Ну, давай попробуем.

Интуиция подсказывала, что если я в лоб спрошу, что в письме, Бастиан меня пошлет. А вот согласиться написать и оценить содержание – совсем другое дело. Не очень честное, конечно, но кто вообще думает о честности, ведя дела с огненным королем?

– Честное слово, если это «Арен Уотерторн, ты – козел», то отправлять это я не стану.

– Пиши! – потребовал Бастиан.

Пришлось достать чистый лист бумаги и конверт. Совершенно некстати я вдруг засмущалась почерка, как всегда неровного и дрожащего. Хотя Бастиана, казалось, этот вопрос не интересовал, что показалось мне странным. Он будто пребывал в возбуждении, когда диктовал мне две простые строки:

«Я готов принять ваше предложение. Пришлите мне, пожалуйста, все, что обещали, на адрес в Спаркхарде».

И дальше шел адрес: оказывается, в городе рядом со школой у Бастиана был дом.

Адресатом письма значился некий Р. Киглстер, проживающий в Джахнее. Странно, с учетом того, что на самой первой лекции рассказывал магистр Симон. Джахней – страна кочевников, к тому же с крайне неспокойной политической обстановкой.

– И что этот Киглстер должен тебе прислать? – спросила я.

– Не твое дело.

– Ну, тогда иди на почту сам. Уверена, отправить какое-то письмо для тебя ничего не стоит.

Мне подарили такой взгляд, что стало ясно: очухается – придушит.

– Книгу.

– Книгу?

– Да. Что тебя удивляет? Что люди вокруг умеют читать?

– Какую книгу?

– Важную. Старинную. С ценными магическими сведениями. Все? Устроит? В книге описан ритуал, который поднимет меня на ноги. Заберешь ее в моем доме и отнесешь матери. И все, Шторм, даже для такой недотепы, как ты, это простая задача.

– Напомни мне, – я сложила руки на груди и укоризненно покачала головой, – хоть одну причину тебе помогать, слушая постоянные оскорбления?

– Я красив?

– Нет.

– Богат.

– Вполне возможно. И что?

– Я могу стереть тебя в порошок.

– Пока ты мне только сквозняк устраиваешь… Ай!

Я взвизгнула и подскочила на стуле: задницу снова обожгло искрой.

– Ладно. – Бастиан тут же сделал вид, будто ничего и не было. – Меня бил отец. Лупил ремнем за каждый проступок. А когда начал лупить сестер, я заставил его вместо них наказывать меня. Из-за чего магия вышла из-под контроля и пришлось уехать в село к Кросту. И вот когда папа умер, а мы все вздохнули с облегчением, вдруг пришел поехавший мудак, который решил меня прикончить. И раз уж у меня есть шанс не сдохнуть, то, по-моему, будет справедливо мне помочь.

Я задохнулась от шока, так зло и серьезно все это прозвучало. Перед глазами мгновенно встала картинка из мрачного, но богатого дома и несчастных детей. С королевской фамилией, но страхом вместо родительской любви.

А Бастиан… рассмеялся.

– Ты что, наврал?! – ахнула я.

– Ну конечно, я наврал. Но ты повелась. Видела бы свое лицо, Шторм. Жаль, что я – всего лишь иллюзия, иначе ты бы мне точно дала. Просто отправь письмо. А я просто оставлю тебя в покое, скажем, до… начала нового семестра.

Когда я опустилась до того, чтобы торговаться с ди Файром за право жить в тишине? Закусив губу, я с сомнением смотрела на конверт. Всего лишь письмо. Книга, о которой Бастиан, скорее всего, лжет. Что же такого ценного есть у мага из Джахнея, что Бастиан готов поступиться своей ненавистью ко мне, лишь бы переслать ему весточку?

– Да сходи ты уже на почту! – не выдержал Бастиан.

И я сдалась.

– Сначала положу Аннабет на полку ее подарок. Подождешь чуть-чуть.

– О боги, почему меня видишь именно ты?


– Вот отличный шанс подумать, где же ты так нагрешил. Не думал, что боги, к которым ты взываешь, наказывают тебя за что-то?

– Нет, – отрезал ди Файр и отвернулся к окну.

Я закатила глаза. Даже если ему что-то позарез нужно, подчиниться мне он не способен.

– Может, выйдешь? Я хочу переодеться.

– Я тебе не мешаю.

– Чем дольше ты здесь стоишь, тем дольше письмо ждет отправки.

Замерцав, Бастиан исчез, и я с облегчением выдохнула. Из всех людей в огромном магическом мире… ладно, хотя бы в большом Штормхолде, душа Бастиана выбрала именно меня. Отсрочка до начала учебного года ничего не даст. С началом нового семестра Бастиан вернется и попросит что-нибудь еще. Сыграет на злости или чувстве вины, а может, на любопытстве. И кто знает, куда снова меня заведет собственная глупость.

Рассказать Кейману? Или нет? Что он сделает, если узнает?

Я оделась и прокралась в комнату Аннабет. Подруга спала как сурок, видать, перелет и правда выдался не из легких. Стараясь не шуметь, я аккуратно подсунула ей подарок на полку в шкафу вместе с коротенькой запиской «Ушла в город, вернусь через час».

Затем спустилась вниз в надежде выпить чашечку кофе, но обнаружила, что кофе кончился. Прислуга еще не пришла, а вот Кейман уже ушел, оставив две записки. На каждой был список покупок к новому семестру, для меня и для Аннабет. И вот тебе, Деллин, новая порция размышлений. Купить подруге все по списку или это ее обидит? Вряд ли у Аннабет были деньги. Но и ссориться из-за очередного напоминания, что я хорошо заработала, пока она воровала, не хотелось.

Погруженная в эти мысли, я вышла на улицу. Снежинки летали вокруг, мороз щипал щеки. Я плотнее закуталась в меховой воротник пальто и поспешила к центральной улице, где находилась почта. В такое время на улицах было совсем мало народу. Рядом с почтовым отделением я приметила уютную лавку чая и кофе и решила, как хорошая гостья, пополнить запасы кофе в доме. Ну и так, прикупить чего-нибудь к завтраку. Мне была жизненно необходима компенсация за появление Бастиана ди Файра посреди комнаты в тот самый момент, когда я голая рассматривала подарки.

Боги, я не забуду этот позор до конца жизни!

– Я думал, ты еще копаешься.

А вот и позор.

– Если я буду разговаривать с тобой на улице, меня заберут в дурдом. Не мешай, пожалуйста. Видишь? Я отправляю твое письмо. Можешь уже исчезать согласно уговору.

– Размечталась, Шторм. Я тебе не верю.

Я вошла в здание почты, принеся с собой рой снежинок, которые тут же растаяли – так внутри было жарко. К счастью, в столь ранний час, кроме сотрудников, никого не было. Сняв капюшон и достав из внутреннего кармана письмо, я обратилась к миловидной девушке за стойкой.

На самом деле от волнения дрожали руки. Я еще ни разу не пользовалась местной почтой. Нервозности добавляло и присутствие Бастиана, который нетерпеливо бродил туда-сюда по залу.

– Здравствуйте, я бы хотела отправить письмо.

Девушка внимательно посмотрела на адрес и нахмурилась.

– Вы – Б. ди Файр?

– Да, – подсказал Бастиан. – Скажи, что ты – Брина.

– Брина, – повторила я. – Брина ди Файр.

Девушка продолжала смотреть с сомнением, но взяла конверт и куда-то ушла.

– Это что значит? – Я повернулась к Бастиану.

– Письма нельзя отправлять от имени другого человека.

– Ты не мог об этом сказать?!

– Ты не спрашивала. Просто будь увереннее и спокойнее. Она не станет проверять.

Когда Бастиан оживет, я его сама убью. Не могу оставить такое удовольствие Оллису или Акориону. Подкараулю в темном уголке и дам дубинкой по темечку, а пото-о-ом…

Вообразить страшную кару для огненного вруна я не успела, вернулась девушка с конвертом. Мило мне улыбнулась и принялась что-то там считать. Мне озвучили сумму, а после того как монетки перекочевали из моего кошелька в кассу, из-под стойки вдруг выпорхнула воздушная птица. Подхватила конверт и унесла под самый потолок.

Я не сдержалась, ахнула и чуть было не возмутилась такой наглостью, но вовремя сообразила, что раз Бастиан и девушка реагируют спокойно, то ничего страшного не произошло. И действительно, птица взлетела под самый купол, а затем нырнула в неприметную дверку – и была такова.

– Все, можешь идти, – сказал ди Файр.

И никаких «я твой должник, Деллин», «спасибо, Деллин, я этого не забуду».

Мы вышли на улицу. Я огляделась, убедившись, что никого рядом нет, и повернулась к Бастиану. Тот выглядел чрезвычайно довольным. То ли собой, то ли тем, что авантюра с письмом удалась. Так странно было смотреть на Бастиана, босого, одетого в тонкую светлую рубашку и стоящего посреди заснеженной улицы, в эпицентре небольшой метели.

– Надеюсь, ты свое слово сдержишь. И оставишь меня в покое.

– До первого учебного дня.

– Я не буду забирать посылку из твоего дома, – предупредила я. – Напишу твоей матери, чтобы сделала это сама.

Но Бастиан лишь ухмыльнулся. Как всегда любил: с видом, будто только ему доступно какое-то очень тайное и пафосное знание, а еще будто весь мир перед ним преклонил колено. Когда он делал так в школе, мне хотелось дать ему в зубы, а сейчас…