Невеста Повелителя ирлингов. Дневник моего сна

Она неподражаема и сводит его с ума. Вспомнив, как она посчитала, что женская одежда в его шкафу необходима ему для личного использования, Крон рассмеялся. Он вообще никогда столько не смеялся, как при общении с нею.

Камердинер, который принес одежду, чуть ее не уронил, услышав смех господина. Слишком редким было это явление.

– Могу ли я узнать причину вашей радости? – осторожно спросил он. Пользуясь тем, что служил уже много лет, он мог позволить себе эту дерзость. – Это как-то связано с той прекрасной госпожой, что поселилась в смежных покоях?

– Я скоро представлю двору свою Кьяри, Гардиан, – признался Крон. Сказать это вслух уже доставило ему удовольствие.

– От всей души поздравляю и рад за вас! – с чувством произнес камердинер. Все знали, что найти свою Кьяри большая редкость и удача.

– Значит, она человек?

– Уже нет. Цирбис одарил ее крыльями и благословил наш союз.

– Это замечательная новость! Еще раз поздравляю! Значит ли это, что мы скоро будем готовиться к свадьбе?

– Не так скоро, как хотелось бы, – заметил Крон, – но поверь мне, это будет скоро.

Гардиан склонил голову, не став лезть с вопросами, уточняя странную оговорку господина. Он всегда знал черту, которую не стоит переступать. К тому же он уже был в курсе, что эту ночь господин провел в одиночестве. Если учесть, что крылья Кьяри обретала лишь после близости, это вызывало вопросы. Но он всегда знал, когда стоит прикусить язык. Не его дело сплетничать.

Закончив с одеванием господина, он передал тому утреннюю почту и пошел распорядиться насчет завтрака.

Просматривая почту, взгляд Крона зацепился за письмо от кентавра. Интересно, что тот ему пишет? Наверняка возмущается и требует вернуть ему жену. Коварная улыбка заиграла на губах ирлинга. Ему было даже немного жаль соперника. Тот потерял свою суженую без надежды на возвращение. Кентавр еще не знает об этом и может тешить себя надеждами.

Возможной войны Крон не боялся. Если кентавр решит атаковать в лоб, то его ждет сюрприз. Недаром доверенные лица разжигали недовольство среди его бывших сторонников. Немного политических игр и интриг, и тому станет не до жены, а придется защищать границы империи.

Крон уже хотел отложить письмо в сторону, но все же решил прочитать. Отвечать он сразу не будет. Он планировал написать кентавру после представления Рии народу в качестве его Кьяри и уведомить о ее новом статусе.

С ленивой улыбкой победителя он вскрыл письмо, и после первых же строк его хорошего настроения как не бывало. Как? Вот скажите на милость, как тот узнал?! Из письма следовало, что кентавр в курсе, где находится его жена, и знает об их договоре. Формулировка некоторых фраз заставила ирлинга заскрежетать зубами.

Крон зарычал и, как ядовитую змею, отшвырнул от себя письмо, сжимая от ярости кулаки. В этот момент тьма клубилась в его глазах, и он был страшен.

– Ваш завтрак, господин! – в комнату вошел камердинер, но одно лишь слово «вон!» заставило исчезнуть того из комнаты.

С трудом справившись с собой, Крон был вынужден признать, что кентавр его переиграл. Его! Осознание этого сильно ударило по его самолюбию. По всему выходило, что уже сейчас Шерридан уведомляет и приглашает к его двору всех глав государств. Наглость данного действия вызывала желание придушить наглого мерзавца!

Крон и сам планировал их пригласить, но без кентавра. Теперь уже думать об этом было поздно. Наглец!

«Вот что бывает, когда недооцениваешь противника», – скривился ирлинг.

Ничего, пусть в этом он его переиграл, но их противостояние еще не окончено. Так даже лучше. Рию успокоит факт присутствия мужа на церемонии. Кентавр не скрывал, что дела не позволят ему остаться и при дворе задержится его мать. Пусть так. Рия быстрее успокоится и будет чувствовать себя в безопасности. Это ему на руку и облегчит задачу по приручению непокорной Кьяри.

«Но как он узнал об их соглашении?! – эта мысль не выходила из головы ирлинга.

Неужели она встречалась с кентавром во сне?! Представив на мгновение ее в объятиях того, Крон потемнел лицом и, подняв письмо, направился получать ответы.





* * *


Разговор с Вестой меня успокоил и придал уверенности. Одно дело – ощущать себя беззащитной, и совсем иное – знать, что в любой момент тебя могут спасти. Я решила сыграть по правилам Крона. Если станет совсем уж невыносимо, всегда можно обратиться к Весте и попросить меня перенести. Хотя злоупотреблять ее дружбой не хотелось. Я догадывалась, что вмешательство богини будет иметь последствия для нее, и не хотелось подставлять подругу. Оставим это уж на самый крайний случай.

Поэтому, несмотря на то что меня похитили и я нахожусь далеко от дома, можно сказать, у черта на куличках, настроение у меня было с утра на удивление хорошим.

«А Крон действительно напоминает падшего ангела, утащившего в свои владения невинную деву, – усмехнулась про себя я. Сходство усилила его приверженность к черному цвету, и крылья способствовали аналогии. – Ничего, будем воспитывать. Я ему такое за этот месяц устрою, что будет еще Шерридану доплачивать, чтобы забрал жену обратно», – подбадривала себя я.

Утром пришли несколько девушек, представившиеся моими горничными, и помогли с выбором одежды. Интересно, а где вчерашняя барышня, что мне помогала? Неужели нервы не выдержали? Они как раз завершали мою прическу, когда без стука открылась дверь и вошел Крон.

Я вообще его появление не сразу заметила. Лишь по тому, что все девушки напряглись и умолкли, я догадалась, что в нашем полку прибыло. Вот это тихое появление без стука мне совсем не понравилось. Это хорошо, что я уже одета и в приличном виде. А если бы еще спала? Настроение испортилось мгновенно.

Крон сделал знак, и все девушки мгновенно покинули комнату, оставив нас наедине. Я встала, и мы сверлили друг друга одинаково раздраженными взглядами. Так я-то понятно почему, а ему кто с утра на хвост наступил? Как оказалось, мой муж.

– Что это?! – гневно спросил он, протягивая мне письмо.

Пробежав глазами послание, я не сдержала улыбки от уха до уха, восхищаясь мужем. Это еще больше взбесило ирлинга, и его глаза начали стремительно темнеть.

– Лимонад, – ответила я, улыбаясь во все тридцать два.

– Что?! – моргнул он, не поняв моей логики.

– Лимонад, – повторила я. – Есть такое выражение: «Если вам дали лимон – сделайте из него лимонад». Вот Шерридан его и сделал.


– При чем здесь это?! – раздраженно рявкнул ирлинг.

– Крон, позвольте узнать, почему, собственно, вы нервничаете? Вы хотели меня объявить Кьяри? Шерридан созывает на это событие всех глав государств. Как истинный Правитель, он думает о судьбе наших государств и из-за личных трений не собирается портить отношения между нашими народами. Он показывает вам, что принимает этот факт. У нас с вами договор на месяц. Он обставил мой визит здесь так, чтобы он не вызывал кривотолков, и присылает свою мать.

Я видела, что Крон взбешен, но при такой постановке вопроса придраться ему было не к чему. Я же в душе ликовала. Без ума от своего мужа! Надо же было все так обыграть. Он не только смирился с моим решением, но и обставил все с наибольшей выгодой для нас. Один приезд Марияны чего стоит, даже я до такого не додумалась.

– Я хочу знать, откуда он узнал о нашем соглашении, когда мы лишь вчера его с тобой заключили? – грозно процедил Крон. – Ты встречалась с ним во сне? Что еще между вами было? – допытывался он, нависая надо мной.

«Ну просто ревнивый муж, устраивающий разборки своей благоверной», – нервно подумала я, вслух же сказала:

– Прошу заметить, что в данный момент он мой муж и ваш тон неуместен.

– В данный момент не самый умный поступок напоминать мне об этом, – угрожающе произнес он. И вроде тихо так сказал, но опасность я почувствовала мгновенно.

По-хорошему, мне бы надо было сгладить ситуацию, но я понимала, что спустишь такое раз, и потом отчитываться буду постоянно. И ведь я права!

– Перестаньте меня запугивать, – так же тихо и напряженно произнесла я. – Ваше поведение возмутительно! Ворвались в мою спальню без стука и начали кричать и требовать объяснений, как ревнивый муж. Как бы вам это ни не нравилось, но вы им не являетесь. Наш договор включает в себя, что вы не будете подрывать мою репутацию в течение этого месяца. Как мне верить вам, когда с первого же дня вы его не придерживаетесь?

Крон чуть отшатнулся, и было заметно, что старается взять себя в руки. Я облегченно выдохнула и уже более спокойно произнесла:

– Я встречалась во сне с Вестой. Все были обеспокоены моим внезапным исчезновением, и она хотела узнать, все ли у меня в порядке. Я рассказала ей о нашем соглашении и попросила успокоить Шерридана. Если на этом ваш интерес исчерпан, то буду благодарна, если вы оставите меня и вернете служанок, я еще не закончила свой туалет.

– Веста – это та богиня, что тебя перенесла?

– Да.

– Почему она входит в твои сны?

Мне так и хотелось съязвить что-то типа: «А вы считаете это только вашей прерогативой?» – но я прикусила язык и сдержанно ответила:

– Потому что мы подруги.

– С богиней?!

– Да! – с вызовом произнесла я.

Круто развернувшись, Крон покинул мою комнату.

«Вот тебе и с добрым утром!» – подумала я, провожая его взглядом. Как только за ним захлопнулась дверь, все мои мысли вернулись к Шерридану. Какой же он молодец! Его письмо ирлингу – это шедевр! По возвращении домой я повешу его в рамочку, надеюсь, копию Шер сохранил, и буду перечитывать для поднятия настроения и оставлю на память потомкам. Я преклоняюсь перед ним! Как удачно он сумел вывернуть ситуацию. С затаенной надеждой я ждала встречи с мужем. Хотелось так много ему сказать…

Отворившаяся дверь и шелест шагов уведомили о том, что вернулись служанки. Подавив вздох, я терпеливо дождалась, когда они закончат с прической. Завтракала этим утром я одна. Не буду врать, что меня расстроило отсутствие ирлинга.

«Наверное, Крон оценил масштабы грозящих ему неприятностей и принялся срочно готовиться к приему гостей», – подумала я, прилагая усилия, чтобы ехидно не захихикать. Вообще, несмотря на то что Крон с утра испортил мне настроение, оно неуклонно поднималось. В самом деле. Подумаешь, месяц. Вот и Марияна здесь погостит. Будет доверенный человек, с кем можно спокойно общаться, не опасаясь интриг.

Жаль, что заняться мне было нечем. Может, и правда ремонт Крону сделать, чтобы жизнь ему раем не казалась? Шучу. Служанки сообщили, что я могу спокойно передвигаться в данном крыле и осмотреть все, что меня интересует. Вообще, замок был большой и как будто составлял единое целое с горным массивом. Это мне вчера в глаза бросилось, когда я самоубийцу изображала. При строительстве ирлинги замечательно использовали горный рельеф.

Мне захотелось на воздух, и я попросила меня проводить. Препятствовать мне не стали, лишь выделили охрану. Парк был многоярусный, с множеством лестниц, дорожек, мостиков, которые хитроумно переплетались и выводили к самым неожиданным местам. То к искусственному озеру с золотыми рыбками, то к водопаду с задорно журчащей водой и каменным берегом, то к беседке с цветами. Меня удивило, что было много зелени, цветов, разнообразных плодовых и хвойных деревьев. По такому парку можно было гулять часами, и каждый раз взгляд находил что-то новое и интересное.

После всех этих спусков и подъемов я немного притомилась и присела в беседке с мягким полукруглым диванчиком. Устало вытянув ноги, я довольно жмурилась, глядя на невероятно синее небо. Охрана держалась в сторонке, и я спокойно откинулась на спинку, прикрыв глаза. Нет, явно надо заняться пробежками, как Ася, а то ноги с непривычки гудели. Вокруг была тишина, лишь откуда-то доносилось журчание ручья, создавая расслабляющую обстановку.

Не знаю, сколько я так просидела, но кто-то закрыл мне свет, встав на проходе, и я открыла глаза, желая выяснить, что за непорядок.

Как оказалось, свет мне загораживали два парня. Один высокий, крепкий, как дуб, с гривой темно-каштановых волос и холодным взглядом, второй отличался от него, как солнце и луна. А почему, собственно, луна? Наверное, его длинные пепельные волосы своим холодным цветом напомнили мне ее. Он был более худощав и гибок. И пусть они были совсем не похожи, но вот одинаковыми их делали высокомерное выражение лиц и холодный взгляд.

– Так-так-так, и кто здесь у нас? Откуда птичка? – произнес темноволосый.

– Если и птичка, то явно не певчая, мальчики, – в тон ответила я.

– Видно, отец себе новую игрушку притащил, – скучающим тоном произнес светловолосый. – Он человечек любит.

«Надо же, сказал это так, как будто его отец зоофилией увлекается», – хмыкнула я, а потом меня как током ударило: «Отец?!» Мама дорогая, так это сыночки Крона?! Сев прямо, я стала изучать их уже более внимательным взглядом, ничуть не стесняясь. А что? Им можно меня нагло разглядывать, а мне нет?

– Нравимся? – лениво улыбнулся светловолосый, неправильно истолковав мой интерес.

– Я бы не сказала. Никогда не привлекали самоуверенные ублюдки.

– Что?! Да ты знаешь, кто мы? – одарил меня темноволосый взбешенным взглядом.

«Догадываюсь. А вот вы, мальчики, даже представления не имеете, кто я такая», – подумала я, оскалившись в отнюдь не любезной улыбке. Хищную улыбочку они оценили и, не понимая ее причины и моего самоуверенного поведения, впились в меня одинаково раздраженными взглядами.

– У девочки вскружилась голова от оказанного ей внимания, – процедил светловолосый. – Она еще не понимает, что здесь ненадолго.

Оценив юмор ситуации, я расхохоталась. Идиоты. Все как раз наоборот: я мечтаю остаться здесь ненадолго, а вот их папаша планирует меня здесь задержать.